– Есть что-то, что ты мне не рассказываешь?

– Конечно. – прозвучало как вызов, мужчина вспыхнул. Но стоило его жене лукаво подмигнуть, как тучи над его головой стали рассеиваться.

– Давайте, Вы пойдёте мурлыкаться в вон ту комнатку и не будете смущать приличный людей своей прелюдий.  – Коган запустит в друга яблоком. Бес ловко его поймал и откусил половину. Я следила за мужчинами, затаив дыхание.

– Коган. Не нарывайся. – прогремел Брюнет. – Где мне мурлыкаться на своём самолёте решать не тебе.

Краешек губ Когана вздёрнулся, образуя усмешку. В ответ Бес примирительно засмеялся. Его бархатистый смех заставлял меня трястись от страха. Не хотелось мне попасться под горячую руку этого человека.

Остаток полёта я проговорила с Алёной, пока мужчины говорили о работе. Я не понимала ни слова из того, что они обсуждали, но мне было приятно ловить на себе периодически взгляды Когана. Великан как будто проверял, что у меня всё хорошо. Заботился.

Если задуматься, то я бросила всё и в компании мало знакомых мне людей совершала первый в моей жизни перелёт в неизвестность. Стоило быть осторожной и стараться начать новую жизнь самостоятельно, но у меня за душой не было ни копейки. Поэтому приходилось довериться Когану и принять его подачку. В будущем остаётся надеяться у меня будет возможность отплатить ему за помощь.

– Я выбрал для тебя уютную квартиру в центре в элитном, очень хорошо охраняемом доме. Район считается молодёжным, там много магазинов, ресторанов и баров. – заявил Коган, когда мы сошли с самолёта к машине в аэропорту. – И от него удобно добираться до любого университета Окленда. До конца недели там будут делать ремонт и обставлять всё мебелью, поэтому ты пока поживёшь у Беса с Алёной. Они помогут тебе освоиться здесь.

Великан быстро устроил всё Окленде. Я грустно улыбнулась, осознавая, что ему не терпится уже отделать от меня. Коган даже передавал меня на попечение своим друзьям.

– Спасибо. – прошептала я, чувствуя себя обузой. Настроение неумолимо катилось вниз, вгоняя меня в депрессию. – Я им не помешаю?

– Нет. – уверенно ответил Коган, стаскивая пиджак и закатывая рукава на пиджаке. В Окленде было жарко, мужчина покрылся влажной испариной, придававшей ему более порочный вид. – Не переживай. Алёна с радостью покажет тебе город и университеты, которые есть в городе. Ты сможешь выбрать любой.

– Коган. – я прервала его, непроизвольно касаясь руки, чтобы он обратил на меня внимание. – Я обязательно отработаю все расходы. Найду работу и буду отдавать по чуть-чуть за обучение и постараюсь сама платить за жильё. Ты слишком много делаешь для меня…

– Не неси чушь! – брови мужчины сошлись на переносице. – Амели, девочка, мы, кажется, обо всём договорились!

– Разве? – не совсем понимаю о чём я.

– Я помогаю тебе устроиться в университете и начать новую жизнь. Ты за это ничего мне не должна. Можно считать, что я виновен в том, что с тобой произошло, поэтому я возмещаю тебе моральную компенсацию. – Смотрю на него и ничего не понимаю. Как он может быть виноват в том, что сотворили Хонхофы? – Нужно было сразу убить ублюдков, а не пытаться восстановить своё имя. Я поступил глупо и эгоистично. Не мальчик же, знаю как устроен этот мир в отличие от тебя. Нужно было сразу им обрубить конечности, чтобы они не могли их распускать.

– В произошедшем я виновата сама. – заправляю волосы за уши и смотрю в окно. – Сама заглядывала в рот Альфа, принимая наши отношения за любовь. Хотя, на самом деле он был просто первым, кто не вытирал о меня ноги по приказу своего отца.

Коган сжал мою руку, и я поняла, что всё это время удерживала его.

– Теперь никто не посмеет тронуть тебя. Обещаю. – Я поверила ему на слово. Смотрела в его ясные глаза и чувствовала, как омут затягивает.

Боже. Кажется, я влюбилась!

Три месяца спустя.

– Амелия! – мой однокурсник Джордж в рваной футболке и джинсах догнал меня у выхода из здания университета. Буквально подрезал, не позволяя обойти его. – Присоединишься сегодня к нам в баре? В честь праздника там будет шоу.

Джордж был смуглым маори с короткими чёрными волосами и дерзким взглядом. На курсе говорили, что у его дедушки всё лицо в татуировках и он практически не говорит на английском. Дедушка Джорджа работал в заповеднике и был настоящей легендой в Окленде.

– Прости, Джордж, но я не могу. – на самом деле я просто не хотела. Джордж был милым, но он мне не нравился, да и отношений с кем-либо мне не хотелось. Сейчас у меня на первом месте была учёба и необходимость выбиться в люди. Три дня в неделю я подрабатывала в кофейне, чтобы у меня были личные деньги. Пользоваться картой Когана мне не хотелось.  – Много дел.

– Да ладно, рыжик. – Джордж провёл указательным пальцем по моему носу. – Выходные же впереди, всё успеешь. Отдохни хотя бы раз.

– Нет. – я развела руки и покачала отрицательно головой. – Это окончательно.

– У Вас в Ирландии все девушки такие скромные и упрямые? – его вопрос вызвал у меня улыбку. Если бы Джордж познакомился с моими сёстрами или Карин, то так бы не думал. – Что смешного я спросил?

– Джордж, все твои комплименты очень милые, но у меня правда очень много дел. – я обошла парня и поспешила домой. Нужно успеть выполнить и отправить домашние задания преподавателям. Алёна позвала меня на ужин, я очень хотела к ней заскочить и повидаться. Из-за плотного графика занятий я практически не успевала видеться с моей первой настоящей подругой. Все силы уходили на учёбу и работу.

Я решила поступить в Оклендский технологический университет на факультет дизайна и креативных технологий. Решение пришло само собой. С детства я рисовала красиво и у меня было множество идей как организовать пространство, как должны выглядеть вещи. Поэтому проходя мимо выставки университета, я решила поступить.

Пока у меня всё получалось.

– Хай! – задорный голос Алёны по ту сторону телефона поднимал настроение. Я только зашла домой. – Ты придёшь к нам сегодня?

– Привет, да! – я скинула туфли в коридоре. – Принесу банановые маффины из кофейни!

– Супер. Я позвонила, чтобы предупредить, что Коган вернулся и он присоединится к нам за ужином. – за такими простыми словами скрывалось столько смысла, я знала на что Алёна намекала.

Коган уехал в тот же день, когда мы прилетели в Окленд. Он привёз меня в солнечный город, снял мне квартиру и обеспечил материально, а затем просто уехал по работе в неизвестном направлении, оставляя меня на попечение своих друзей даже не попрощавшись.

Муж Алёны Макс, или как все называли его Бес, тоже часто отсутствовал дома. Я не знала каким бизнесом он занимается, но точно чем-то не совсем законным, потому что у их семьи охраны было больше, чем у президента.

Не было дня, чтобы я не думала о Великане и чем он занимается. Меня переполняла благодарность за помощь, хотелось сказать ему лично спасибо. Я чувствовала некую связь между нами, что образовалась после моего спасения, но не смела отвлекать от работы, звонить или писать по пустякам. У меня не было повода его беспокоить, как бы я не старалась его придумать.

Поэтому, когда Алёна сказала, что Коган вернулся спустя три месяца я вся загорелась как молодая звезда на небе, готовая сиять и удивлять своей красотой. Мне захотелось показать своему покровителю, как бы пошло это не звучало, что за эти девяносто дней я проделала длинный путь и теперь была не та Амелия, которую он встретил в родном городке.

Я стильно остригла волосы в очень короткое каре и стала краситься, подчёркивала тенями зелень в глазах и чернила ресницы, чтобы взгляд получался более глубоким и чувственным.

Алёна помогла мне с гардеробом. Теперь у меня было множество стильных, подчёркивающих фигуру вещей. Они не были вульгарными и не демонстрировали всем моё тело, но отлично сидели на мне, очерчивая женственную фигуру. Надевая платье в университет и ловя на себе взгляды парней, я чувствовала себя желанной и красивой. А не монашкой, как назвал меня Коган.