Меня прибило к стулу, как муху газетой к стеклу. Я не могла даже представить в своём самом ужасном кошмаре, что Коган окажется женат. И как теперь жить с этим?

– Думаю, на сегодня хватит. Я арендовал яхту на сегодня, давай прокатимся. – как ни в чём не бывало продолжает Великан и идёт в мой крошечный душ в коротком халате.

Я остаюсь на кухне, придавленная фактами из биографии мужчины и не знающая как с этим жить дальше. Верующей я не была и не считала, что мы с Коганом сгорим в адском котле за его грехи, но слушать о том, что он наркобарон, торгующий оружием и занимающийся чем-то там, связанным с террором, было странно. Тем более странно, что я переспала с женатым мужчиной, который только собирался разводиться. И конечно его жена не милая булочница из кафе, а наркобаронесса.

Меня будто поместили в сюжет кино.

– Амели? – Коган выглядывает из душа, голый и хитрый. – Пошли ко мне. Хватит загоняться по мелочам. – А что тогда для него не мелочи?

– Нам не хватит места там. – отмахиваюсь, потому что хочется побыть одной. У меня такой сумбур в голове, что нужно записать к психологу.

– Сложу тебя вдвое. – шутит Великан и я послушно иду к нему. Сбрасываю пижаму и забираюсь в душ. Тут для нас двоих и вправду тесновато, мы прижимаемся к друг другу, становимся единым целым. Когда Коган накрывает меня собой, становится легче, мысли начинают отступать. – Я поищу, что-нибудь побольше для нас. Не люблю дома и пафос, постараюсь найти уютную квартиру в центре.

– Меня устраивает и эта. – честно отвечаю ему. Мне очень понравился выбор Когана, я была удивлена как мужчина точно угадал мой вкус.

– Знаю, милая, но тут мне приходится наклоняться, чтобы пройти в двери. – замечает он и целует меня в висок.

Мы ласкаемся в душе, напоминая детей. Жмёмся, мылимся и много целуемся. Я впервые принимаю душ с мужчиной, но рядом с Коганом нет места стеснению. Просто живу здесь и сейчас. Даже мысли о его жене и работе не кажутся больше такими страшными.

Коган вытирает меня полотенцем после водных процедур, целуя в макушку как маленького ребёнка и заливисто смеясь, вызывая негодование.

– Ты напоминаешь мне маленького воробушка, которого остригли из-за вшей. – смеётся он, а у меня глаз дёргается. Я за стрижку отдала все свои карманные деньги. – Ну прости, не люблю женщин с короткими волосами. Но ты даже в образе мальчугана секси, спасает аппетитная фигурка.

– Специально всё это говоришь, да? Чтобы я отрастила волосы? – шеплю зло. – Завтра же побреюсь налысо!

– Ох, Амели, глупышка. – говорит мужчина, оттягивая мою голову назад и кусая до крови за нижнюю губу. – Ни один парикмахер не позволит тебе больше подстричься. Я об этом позабочусь.

Не на секунду не сомневаюсь, что он не шутит. Не удивлюсь, если он силой мысли отрастит мне локоны по ягодицы за ночь!

– Ты не оставляешь мне выбора в этом вопросе!

– За то даю его в других. – мягкость Когана обманчива. Он милый и пушистый сейчас, но один раз погладишь против шерсти, и мужчина отгрызет тебе пальцы за такое. Я чувствую силу под его гранитной грудью.

Белоснежная яхта с милым названием «Белый лотос» вызывала во мне щенячий восторг. Я никогда не плавала на яхте прежде, не видела даже их вблизи. Меня умилила бы даже рыбацкая лодка, но эта шикарная субмарина лишила меня дара речи на несколько минут.

Коган, как самый «не настоящий» романтик, заказал на борт яхты ресторанную еду и безалкогольные напитки, алкоголь он запрещал мне пить, считая, что он меня портит. Интересно, исходя из чего он сделал такие выводы? Он ни разу не видел меня пьяной.

Яхта была вся в ароматных цветах. Тут были и розы, и пионы, и прекрасные хризантемы. От их запаха кружилась голова. Было очень мило со стороны Когана украсить всё цветами.

Чтобы он не говорил про себя, но милым он умел быть. И это перечёркивало всё, что он говорил о себе утром. Боюсь, что я так сильно влюбилась в него, что, если бы он расчленял в ванне людей, я держала бы и подавала ему ножи для удобства.

– О чём призадумалась? – спрашивает Великан, стаскивая с себя поло и оставаясь в одних плавках красного цвет. На рыжем парне красный цвет выглядит особо вызывающе.

Скольжу глазами по его натренированному телу и чувствую, как заостряются соски от вожделения. У меня практически слюна начинает капать на пол. Коган пропитал меня своей испорченностью.

– Думаю, какое милое прозвище тебе придумать. Все любовники же называют как-то друг друга? – Я специально выбираю термин «любовники» к нашим отношениям, потому что ревность вгрызлась в меня и периодически напоминает, что мой мужчина женат на Алехе. Надеюсь, что она выглядит как русский Алёшка. Толстуха с небритыми ногами.

– Тогда хочу быть котиком. Милым, рыжим котиком. Муррр. – Коган не замечает моего обращения или игнорирует.

– Ты не похож на котика. – протягиваю, прикусывая нижнюю губу.

– Почему? Рыжий котяра, который может стать тигром в любую минуту. Р-р-р! – Мужчина рычит и топорщит пальцы на руке.

– Больше напоминаешь медведя. – смеюсь в голос. – Такого матёрого, когтистого и хищного.

– Зато в постели я котик. – обижается наигранно мужчина. – Ты только что задела мои кошачьи чувства, киса.

– Котик. – зову я мужчину и вижу, как он кривится от прозвища. Теперь точно буду так называть его. Особенно часто при Бесе и Алёне, буду бесить этого женатика пока не разведётся. – Чем будем заниматься на этой яхте, котик?

– Киса, сдвинь ножки поплотнее. Твоя девственная дырочка не выдержит спаривания сегодня. Лучше давай намажу тебя солнцезащитным кремом, чтобы белоснежная шкурка не поджарилась на солнце. – Уверена, что Коган просто нашёл повод полапать меня.

– Угу. – расслабленно вытягиваюсь на лежаке, принимая ласку от рук своего дикого кота. Коган тщательно смазывает меня солнечно защитным кремом, не пропуская ни сантиметра разгорячённого на солнце тела. Купальник начинает скользить от обилия жирного крема, так и приоткрывая вид на интимные места.

Розовый милый купальник мне подарила Алёна. Он был раздельным, но не вульгарным. Высокие трусики подчёркивали талию, а треугольничники подчёркивали форму груди. Коган успел его заценить и отметить, что он шикарен.

– Котик, я ведь могу привыкнуть к такому. – парадирую голос Зары, желая выглядеть раскованнее. Сестра знала толк в интонациях и управлении мужчинами. – Когда Вы меня покинете, как я буду без Вас?

– Кто сказал, что я собираюсь покинуть тебя? – серьёзность в его голосе заставила меня дрогнуть. Я не считала себя мимолётным увлечением Великана, потому что он был не тем человеком, кто так сильно бы замарачивался ради секса. Просто взял бы то, что ему нужно. В то же время я отдавала себе отчёт в том, что как бы больно это ни звучало, на семьянина Коган не был похож.

– Счастье не вечно. – философски изрекаю я после длительной паузы. Опускаю глаза и стараюсь не смотреть на Ирландца, чтобы он не заметил грусти в моих глазах.

– Киса, рано или поздно смерть разлучит нас. – в тон мне отшучивается Великан и ложится на соседний лежак. – Лучше выбери дату и время визита к гинекологу.

– Зачем? – Коган стал всё чаще брать на себя роль моего папочки и это пугало, ставило меня в неловкое положение.

– Затем, что тебе нужно подобрать контрацептивы. Ты хочешь отказаться от учёбы в пользу материнства? – насмешливо интересуется Великан, загоняя меня в тупик своим вопросом. Конечно, мне не хотелось сейчас бросать учёбу и зарываться в пелёнки, но, когда мужчина напоминает о контрацепции, он определённо даёт понять, что не хочет детей.

– Нет. – коротко отвечаю я, сползая по шезлонгу и стараюсь не слишком много думать на эту тему. – Университет прикрепил нас к больнице, запишусь на днях.

– Амели, выбери удобную дату и время, а я скину тебе адрес больницы. Хорошей больницы, а не богадельни, куда Вас прикрепил университет. – Коган надевает солнцезащитные очки и ложится на бок, чтобы было удобнее наблюдать за мной. – Ты не сможешь ходить в обычную больницу, тебя должен обследовать проверенный врач, компетенции которого я смогу доверять. Плюс, тот, кто не продаст всю информацию о тебе.