— Леди Вера! Господин! Вы вернулись! — заорал он и, бросив бумаги, повис на мне.

— Кексик, дыши, — сказала я, отдирая его от себя. — Что случилось?

— Ничего не случилось! — выпалил он, выпучив глаза. — Но пока вас не было, я все проверил! Все отчеты! Все запасы! Все комнаты! Эльфы не украли муку! Орки не съели печенье! Дракон не сжег библиотеку! Тетя Агата не замуровала ни одного призрака! Всё в порядке!

— Молодец, Кексик. — Я погладила его по рожкам. — Ты справился.

— Я старался, — выдохнул он. — Но я так устал! Я не спал трое суток!

— Трое суток?!

— Я боялся, что без вас что-то случится! А если бы что-то случилось, а меня бы не было? А если бы я спал, а эльфы украли муку? А если бы орки съели все печенье? А если бы...

— Кексик, — остановила я. — Иди спать.

— Не могу! — возразил он. — У меня еще отчеты! Я должен показать вам, что я сделал! Я все записывал! Каждый день! Каждый час! Вот смотрите!

Он попытался поднять бумаги, но они рассыпались по полу.

— Кексик, — твердо сказал Лоренс. — Спать. Отчеты подождут.

Кексик посмотрел на нас, всхлипнул и поплелся в свою комнату.

— Бедный, — сказала я. — Переработал.

— В вашем отсутствии все перерабатывают, — улыбнулся Лоренс. — Вы создаете вокруг себя зону ответственности.

— Это плохо?

— Это замечательно. Но иногда надо отдыхать.

— Себе скажите, — фыркнула я. — Вы тоже трое суток не спали, пока мы ехали обратно.

— Я Темный властелин. Мне можно.

— А я ассистент. Мне тоже можно.

Мы улыбнулись друг другу.

---

На кухне нас ждал Мартин.

Он метался между плитой и столом, готовя, кажется, сразу десять блюд. Поварята бегали за ним с половниками, на сковородках что-то шипело, в котлах булькало, а в печи аппетитно пахло хлебом.

— Леди Вера! Господин! — всплеснул он руками, увидев нас. — Вы вернулись! А я тут как раз ужин готовлю! И завтрак! И обед на завтра! И на послезавтра! И вообще!

— Мартин, вы чего? — удивилась я.

— Так гости же! — выпалил он. — Дракон новый! Златослав! Его кормить надо! А чем кормить дракона? Я не знаю! Арчи вон баранину ест, а этот золотой что ест? Может, он бриллианты любит? Или золото? Или, может, он вегетарианец?!

— Мартин, успокойтесь, — сказала я. — Он наверняка тоже баранину ест. Они же родственники.

— А вдруг нет? — не унимался Мартин. — Вдруг у них в роду кто-то был аллергик? Вдруг он на баранину чихает? Или у него несварение? Я же потом отвечать буду!

— Мартин, — вмешался Лоренс. — Идите к Арчи и спросите. Они разберутся.

— К дракону? — побледнел Мартин. — Я? Один?

— С Хряком и Бульком, — добавила я. — Они вас защитят.

— Орки? — Мартин задумался. — Орки — это хорошо. Орки — это надежно.

— Мартин!

— Ладно-ладно, иду!

Он смахнул фартук, схватил половник (на всякий случай) и выбежал из кухни.

Мы остались одни.

— Вера, — сказал Лоренс. — Садитесь. Я принесу чай.

— Вы? Чай? — удивилась я.

— Я умею, — обиделся он. — Не только тапки носить.

— А где, кстати, ваши тапки?

— Я их в карете оставил, — признался он. — Думал, при гостях неудобно.

— При каких гостях? При Златославе? Он дракон, ему все равно.

— А вдруг он эстет?

Я засмеялась.

— Ладно, давайте чай. Посмотрим, что за напиток у Темного властелина.

Лоренс заварил. Получилось... даже вкусно. Ароматно, с нотками мяты и еще чего-то.

— Неплохо, — похвалила я.

— Я старался.

— Вы вообще много стараетесь в последнее время.

— Для вас — да.

Мы смотрели друг на друга.

— Вера, — сказал он. — Я хочу кое-что сказать.

— Что?

— Я... — Он запнулся. — Не сейчас. Потом.

— Потом так потом.

Мы пили чай и молчали.

За окном темнело. Где-то во дворе Арчи и Златослав о чем-то спорили — доносились обрывки фраз: "ты не понимаешь!", "а ты понимаешь!", "баранина!", "овечка!".

Мартин с орками, судя по крикам, добрались до места назначения. Тетя Агата парила под потолком и делала вид, что не подслушивает (но было видно, что подслушивает).

— Хорошо дома, — сказала я.

— Хорошо, — согласился Лоренс.

— Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Я пошла в свою комнату.

Завтра будет новый день.

После ужина все разбрелись по своим делам.

Мира убежала раскладывать подарки и перебирать платья. Кексик наконец-то отправился спать — сил на отчеты у него уже не осталось. Мартин с орками все еще суетились во дворе, пытаясь накормить Златослава (дракон оказался непривередливым и с удовольствием уплетал баранину, как и брат). Тетя Агата парила где-то под потолком, делая вид, что проверяет сохранность картин, но на самом деле просто хотела быть в курсе событий.

Мы с Лоренсом остались одни в малой гостиной.

Огонь в камине потрескивал, за окном темнело, в комнате было тепло и уютно. Я сидела в кресле, поджав ноги, и грела руки о чашку с чаем. Лоренс устроился напротив, в своем любимом кресле, и смотрел на огонь.

— Устала? — спросил он.

— Есть немного, — призналась я. — Но это хорошая усталость. Когда всё позади, и можно выдохнуть.

— Да. Последние дни были... насыщенными.

— Это мягко сказано. — Я усмехнулась. — Принцесса, бал, дракон на дороге... Я начинаю привыкать, что моя жизнь — сплошное приключение.

— Тебе не нравится?

— Нравится, — честно ответила я. — Раньше в моей жизни были только отчеты, кофе и начальник-самодур. А теперь... драконы, магия, орки, танцы. И даже принцессы иногда извиняются.

— Она изменилась, — сказал Лоренс. — Благодаря тебе.

— Я просто сказала ей правду.

— Иногда этого достаточно.

Мы помолчали.

— Вера, — вдруг сказал Лоренс. — Я хочу кое-что у тебя спросить.

— Спрашивай.

— Ты счастлива здесь?

Я задумалась.

— Знаешь, — сказала я. — Когда я только провалилась в твой кабинет, я думала, что это какой-то кошмар. Что сейчас проснусь, а надо мной стоит начальник и требует отчет. А потом...

— Потом?

— Потом я увидела тебя в тапках с зайчиками. И поняла — это не кошмар. Это что-то другое.

Лоренс покраснел.

— Ты опять про тапки!

— Про тапки — это навсегда, — улыбнулась я. — Это мое любимое воспоминание. Ужас на Крыльях Ночи, Повелитель Тьмы — и розовые зайчики на ногах.

— Я их выброшу!

— Не смей. Это твоя фишка.

Он засмеялся.

— Ты невероятная.

— Знаю. Но ты мне это уже говорил.

— Сто раз. И скажу еще сто.

— Тогда говори.

Он посмотрел на меня. Долго. Тепло.

— Вера, — сказал он. — Я хочу сказать тебе что-то очень важное.

— Я слушаю.

Он встал, подошел к камину, повернулся ко мне.

— Я никогда не думал, что встречу кого-то, кто... кто заставит меня чувствовать. Понимаешь? Триста лет я был один. У меня был замок, подданные, обязанности. Но не было... жизни. Я просто существовал.

— А теперь?

— А теперь я просыпаюсь и думаю: увижу ли я тебя сегодня? Будешь ли ты на кухне? Улыбнешься ли мне? Скажешь ли что-то смешное?

Я молчала.

— Когда в пещере сработала магическая ловушка и я думал, что мы погибнем, я чуть не сошел с ума. А когда ты погасила взрыв и осталась жива, я понял тогда одну вещь.

— Какую?

— Что ты для меня — всё.

У меня перехватило дыхание.

— Лоренс...

— Дай сказать, — попросил он. — Я люблю тебя, Вера. Не как помощницу, не как друга. По-настоящему. Так, как не любил никого за всю свою долгую жизнь.

Он подошел ближе.

— Ты появилась из ниоткуда. Упала с неба в мой кабинет. И перевернула всё. Замок стал домом. Люди стали семьей. Я стал... живым.

— Лоренс...

— Я не знаю, что ты чувствуешь. Может, для тебя это просто работа. Может, я просто работодатель. Но я не могу больше молчать.

Я встала.

Подошла к нему.