Однако пока идет война, высшей властью в стране является Государственный Комитет Обороны, и вот тут за счет военных уже у маршала Кулика, как Верховного главнокомандующего, в руках намного больше власти, причем никем неоспоримой. Так что требовалось закрепить ее на будущее, когда отгремят последние залпы, и успеть за это время провести реформы и реорганизацию собственно власти, придвинув к ней «советы», и отодвинув партию. Соблюсти «баланс», как сказал ему однажды Жданов наедине, чтобы сама партия с годами не превратилась в сборище номенклатурных работников, во все вмешивающихся, но ни за что не отвечающих, подменяющих собой государственное управление. Сейчас «процесс пошел», как сказали в иное время и по другому поводу, и тот же Госплан заметно усилил свои позиции, как и наркоматы. Но вот на местах пошли склоки и «перетягивание одеяла» — трения между партийными работниками и директорами оборонных заводов были неизбежны.

— Десяти танковых армий пока достаточно, Григорий Иванович — командармы Родин, Кравченко, Вольский и Богданов вполне компетентные и заслуженные генералы танковых войск, назначение которых вы и провели. Думаю, немцы будут неприятно удивлены, когда мы скоро начнем решительное наступление на западной Украине.

Обстановка на карте, накрытой красными стрелками, кругами, штриховкой и прочими значками давала определенные надежды на успех начавшегося зимнего наступления. На западном направлении сосредоточились четыре фронта, причем была проведена реорганизация и переименование — Северо-Западный фронт генерала армии Говорова стал Северным, а Рокоссовский стал командующим переименованного СЗФ. А вот новый Западный был развернут южнее Центрального из правофланговых армий ЮЗФ, включая две танковых генералов Рыбалко и Романенко. После долгих «разборок» в Ставке, командование было возложено на генерала армии Баграмяна — места для него знакомые, здесь он встретил войну, будучи начальником оперативного управления штаба Киевского особого военного округа. Центральный фронт генерала армии Конева получил две танковых армии — 7-ю и 9-ю, сформированных на месте из механизированных корпусов самого фронта. А вот 8-ю и 10-ю танковые армии уже развернул маршал Жуков в Маньчжурии из имеющихся у него «подвижных» соединений — долбить летом японцев Георгий Константинович собирался вполне серьезно. И возможности у него были немалые, к тому же самураи и так держались только благодаря поступлению из Германии всевозможных противотанковых средств и отправляемых им танков, среди которых превалировали отремонтированные старые «тройки» и «четверки», новую бронетехнику Гудериан придержал.

— Румыния сейчас уже воюет на нашей стороне, по крайней мере, венграм уже будет не до помощи Германии. Царь Борис изъявил желание перейти на нашу сторону, благо танки командарма Орленко на подходе. Болгарские войска начали сосредоточение в восточной Фракии, пока тайно, до открытых перебросок дело дойдет позже.

Василевский чуть отошел от карты, всего на один шаг — в Генштаб стекалась не только военная, но и политическая информация. Да и сам Кулик собирался скоро вылететь в Бухарест, а оттуда в Софию — события на Балканах развивались стремительно. Юго-Западный фронт маршала Ватутина уже развернулся, вслед за 4-й танковой выдвигалась 1-я танковая армия. Планировалось выйти к Белграду на рывке, и тем самым полностью отсечь Балканы, вступить в Грецию, и выйти к Босфору и Дарданеллам, куда нацеливался Южный фронт генерала армии Толбухина.

— Теперь очередь за шведами — Черчилль в своем письме уверил меня, что «переход» королевства состоится в самые ближайшие дни. Главком флота Кузнецов меня уверил, что британские корабли в финских портах стоят наготове к переходу в шведские гавани. Какие-либо боевые действия на Карельском фронте вообще не ведутся с осени. С вступлением в войну на нашей стороне Швеции, обстановка полностью изменится в лучшую для нас сторону — англо-американская авиация получит там аэродромы в непосредственной близости от самой Германии — в часовом полете будут все ее порты и военно-морские базы, в трех часах практически вся территория рейха. Торопятся в Лондоне, Григорий Иванович, сильно заторопились.

— А ничего другого им не остается — переименование Северного фронта в Карельский их сильно напугало. Ведь у нас была Карело-Финская ССР, пусть и ставшая сейчас автономным краем. Вполне напрашивается вывод, что в ее состав войдет вся занятая нами территория Финляндии, тем более там население «уполовинено», жители ушли в Швецию. Вот и задергались союзники, понимают, что мы можем втянуть бывшее «Великое княжество Финляндское». А там дело потихоньку дойдет до «царства Польского», или «Привислянского края», как говорили царские сановники после подавления очередного мятежа тамошней шляхты.

Маршал Кулик усмехнулся, представив, как взовьется Черчилль, после того как узрит танки с красными звездами на башнях у Босфора и Дарданелл. Это же самый кошмарный сон Форин-Офис на протяжении двух веков. И отдавать «зону проливов» никому нельзя, ни под какие гарантии и обещания, кого бы то ни было, насмерть упереться. Логика тут простая — захотели воевать, ваше право, но тогда и платите по счетам за разбитые горшки. И не будет никаких проблем в будущей истории, особенно если турки насмерть сцепятся с курдами, которые являются самым потенциальным союзников, особенно когда получат вожделенную государственность. К тому же самопровозглашенный король Курдистана Махмуд Барзанджи еще с семнадцатого года выказывал прорусские симпатии, как раз когда была попытка создания Евфратского казачьего войска. Как и Мустафа Барзани с его «Мехабадской республикой» сейчас поднимал курдов на восстание, получая советскую помощь — англичанам они не верили ни на грош. Да и в Тебризе, занятом дивизиями Закавказского фронта, происходят значимые события…

Ближний Восток и сейчас представляет огромный «плавильный котел» народов, многие из которых, включая двадцати миллионную диаспору курдов, до сих пор не имеют государственности, и на протяжении веков подвергались гонениям и принудительной ассимиляции. И социальные взрывы происходят с закономерной регулярностью…

— Мы должны разгромить русских, Гудериан! Я надеюсь только на вас, когда кругом царить предательство. Нужно показательно наказать румын за измену, сжечь Бухарест дотла, отбить Плоешти. Мы зависим от нефти, и с пустыми баками ваши танки воевать не будут, Хайнц, не взлетят самолеты, не выйдут в море подводные лодки. Нет, но какие мерзкие предатели — когда мы напрягаем все силы, они устраивают перевороты!

Гитлера прямо-таки трясло от злости и негодования, которое можно было посчитать праведным. Вести из Румынии приходили недобрые — «фокшанские ворота» были открыты перед русскими войсками буквально настежь, румынская армия и не думала сопротивляться на прекрасно оборудованных оборонительных позициях. И что хуже всего, ударили в спину германским войскам, которые отчаянно сражались, пытаясь остановить наступающие советские танки. А их молодой король выступил по радио с обращением, в котором нагло заявил об аресте диктатора Антонеску, о расторжении союза с Германией и денонсации всех договоров, и присоединении к «объединенным нациям» в их борьбе с «Еврорейхом». Наглость дошла до того, что Михай призвал народы всех Европейских стран, «оккупированных» Германией, начать справедливую борьбу за свое «освобождение».

— Им удалось «соскочить» в прошлый раз — если румыны оказались в победителях тогда, означает только одно — они изменили дважды. Но сейчас они заплатят за все — к ним надо отнестись без всякой жалости, чтобы для всех это стало показательным урок.

Гитлер выдохся, еще раз взмахнул рукой и остановился, хрипло дыша. Его буквально трясло, действительно, переживать измену всегда трудно, а тут произошло такое предательство, которое целиком обвалило фронт всей группы армий «Юг». И что хуже всего, генерал-полковник Модель погиб, угодив в засаду, и не смог выпрямить положение в самый решающий момент. И конечно, главной причиной стал мощнейший удар русских полчищ — в наступление пошли сразу четыре танковых армии, за которыми в резерве следовала пятая, отразившая фланговый контрудар двух германских панцер-дивизий, предпринятый фельдмаршалом Клюге.