Разговор с Соней, мягко говоря, не удался. Еще одного такого, но уже с дядей я просто не переживу.

К нам возвращается консультантка и тем самым нарушает возникшую неудобную паузу между мной и Дымом.

Я ухожу в примерочную. То платье, которое выбрал Дым мне не нравится. Категорически. Оно вульгарно подчеркивает мою грудь. Буквально выдавливает ее наверх. Еще чуть-чуть и можно будет увидеть контуры ареол, хотя пышным бюстом я никогда не могла похвастаться. Среди вороха пышных юбок, которые уходят в длинный шлейф, я замечаю разрез, который слишком сильно оголяет одну мою ногу.

Консультантка пытается меня подбодрить, включает весь свой профессионализм на максимум. Я начинаю злиться, потому что вижу в зеркале не себя, а… какую-то порно-актрису.

Возвращаюсь к Дыму. Он мажет по мне быстрым взглядом и кивает.

— Заверните, — обращается к консультантке.

— Серьезно? — вырывается из меня с нервным смешком. — Тебе нравится вот это? — развожу руками.

— В чем проблема?

— Оно же… Оно же вульгарное. Я вроде бы и одетая, и в то же время почти голая.

— Тебе нравится ходить голой.

У меня сбивается дыхание. Опять я попалась на тот же самый крючок. Ни черта Дыму не… похуй, раз теперь он меня наказывает этим дурацким платьем. Я и шагу ступить не могу, чтобы не поправить его в районе груди.

— Тогда зачем тратить столько денег? Выйду просто в нижнем белье и белых чулках.

Не понимаю, зачем пытаюсь вывести нас на конфликт. Зачем мне это? Но и молчать не получается.

Чёрт.

Подбираю юбки и сбегаю с пьедестала обратно в примерочную. Хватит с меня на сегодня.

Пытаюсь самостоятельно расшнуровать корсет, но у меня ожидаемо ничего не получается.

Глухо хлопает дверца примерочной. Я поднимаю голову в ожидании увидеть свою консультантку, но вижу Дыма. Его мрачное лицо и тяжелый взгляд.

Он подходит ко мне и сжимает мою шею. Не больно, но достаточно сильно, чтобы я даже не думала дергаться.

Мы смотрим друг на друга в отражение зеркала. Оба не моргаем. Оба часто и шумно дышим.

Моя грудь вот-вот выскользнет из корсета.

— Сколько хочу, столько бабок на тебя и п-потрачу, Алмаз. Мое дело — платить. Твое дело — ценить. Всё п-просто.

Я невольно потираю свою шею, когда оказываюсь в машине. У Дыма явно насчет нее есть пунктик. Сначала царапина, теперь — захват. Надеюсь, хотя бы синяков не останется.

Невольно вздрагиваю, когда открывается дверца со стороны водителя. Дым садится за руль, заводит двигатель и лихо сдает назад. Он чувствует себя за рулем уверенно и расслабленно.

Мне стоило сесть сзади.

После нашей «близости» в свадебном салоне сейчас нам не помешала бы дистанция. Но уже как есть.

Складываю руки на коленях и просто смотрю вперед.

Сегодня мы без водителя и просто посторонних лиц, типа Зимы. Хотя, наверное, это я скорее посторонняя, чем он.

Мои эмоции немножко улеглись, и я чувствую легкий укол вины за свои капризы. Дым не должен их терпеть. Но терпит, хотя спокойно может послать меня на все четыре стороны и повесить на дядю еще один долг. За потраченные на меня нервные клетки.

От этой мысли мне становится непередаваемо страшно и холодно.

Дым тормозит у небольшого итальянского ресторана. Он выглядит вполне уютным и приветливым, в отличие от того же «Колизея».

Зачем в такие заведения приезжают люди, мне понятно. Но совершенно непонятно, зачем сюда приехали мы.

— Тут тебя закрыть или со мной пойдешь? Жрать хочется.

— С тобой пойду, — бурчу и быстро отстегиваю ремень безопасности.

В ресторане мы занимаем один из самых уединенных столиков. Услужливый официант сразу же приносит нам воду.

Дым молча изучает меню и так же молча показывает, что хочет заказать. Я обхожусь обычным овощным салатом.

Пока мы ждем наши блюда, я вытаскиваю из волос заколку. Очень быстро от нее устаю, ровно, как и от любой резинки, какой бы удобной она ни была. Легонько встряхиваю головой, отчего волосы рассыпаются по плечам. Так я себя чувствую значительно уверенней.

Ловлю на себе взгляд Дыма. Вернее, на своих волосах. Это длится всего лишь секунду, и я не могу быть уверенной, что мне ничего не показалось.

— На самом деле я ценю всё, что вы для меня делаете, — заявляю деловым тоном.

Не знаю, что там происходит с Дымом, но на этот раз он не игнорирует меня. Ничего, конечно, не говорит, но смотрит прямо в глаза. Что ж, и на том спасибо.

Видимо, ночное «дефиле» так на него повлияло.

От этой мысли мне жутко хочется поёрзать на своем стуле, но я аккуратно выдыхаю и успокаиваюсь.

— Просто… Всё это для меня очень сложно. Я пытаюсь приспособиться. Получается, но с трудом.

— Ты.

— Что?

Дым слегка кривит губы, выдерживает небольшую паузу и объясняет:

— Мы уже вроде как на «ты» перешли.

В эту секунду я уверена почти на все сто, что густо краснею.

— Да, точно. Перешли, — неловко бормочу и всё-таки чуть-чуть ёрзаю на месте.

— Всегда такая борзая?

Я не готовилась к тому, что у нас будет диалог. Как у двух, блин, нормальных людей, потому что… Мы оба, кажется, не совсем подпадаем под эту категорию.

— Иногда стараюсь тормозить себя, — пожимаю плечами и вижу, как уголок губ Дыма дергается в улыбке.

Мне это точно не кажется. И оттенок этой мимолетной улыбки совсем не насмешливый.

Дыши, Яра. Просто дыши и держи себя в руках. Это еще ничего не значит.

Но это сложно. В прошлый раз между нами витало напряжение. Каких-то полчаса назад мы практически поссорились из-за платья, а теперь… вот беседуем. По нормальному. Тихо. Спокойно.

Может быть, это знак? Ну или просто удобный момент, чтобы наладить наши… хм… деловые отношения? В любом случае я не теряюсь и пытаюсь продолжить наш разговор:

— Дяде дали отсрочку. Это ты об этом позаботился, да?

Дым кивает и наливает себе немного воды.

— Большое спасибо за это. Я, правда, надеялась на твою помощь, но боялась, что обманешь. А ты не обманул.

Во взгляде Дыма на секунду проскальзывает что-то такое, чему я не могу найти четкого определения. Но я почему-то вижу в них обещание в духе: «то ли еще будет».

Нам по очереди приносят наши заказы.

Я немного приободряюсь и с удовольствием принимаюсь за свой салат.

Возможно, мое ночное «дефиле» действительно возымело на Дыма определённый эффект? Ну не просто же так он вдруг решил пойти со мной на контакт. Услышал, что именно я пыталась до него донести?

Но ведь так нам двоим намного проще работать, правда же? Когда можно просто элементарно поговорить.

— Мне стоит на работе предупредить, что я выхожу замуж? Или праздник будет только для своих?

— Для своих.

Я так и подумала, но всё равно решила уточнить, чтобы в будущем не возникло несостыковок. К тому же мне не очень хочется вдаваться в детали своей непростой личной жизни. Скажу уже потом, постфактум. Надеюсь, девочки меня поймут.

Дым принимается за свой горячий стейк с румяной корочкой и несколько раз отвлекается, когда ему звонят. Он поднимает трубку, но в основном только слушает и отвечает коротко «да» или «нет».

Я стараюсь откровенно не пялиться на Дыма и не подслушивать его разговор. Наслаждаюсь своим салатом, бесцельно листаю в смартфоне ленту в соцсетях. Но время от времени всё равно поглядываю на Дыма из-под полуопущенных ресниц.

Он быстро жует свое мясо, сбрасывает один звонок и набирает кого-то другого.

В свадебном салоне Дым назвал меня Алмазом. Очевидно, что это производное от моей фамилии, но… Мне это понравилось. Это банальное прозвище, но меня никто так раньше не называл. Я вдруг действительно почувствовала себя алмазом. Может, и не такая дорогая, как бриллиант, но со своими острыми гранями и неплохими перспективами на будущее.

— Уходим, — коротко и жестко вдруг бросает мне Дым.

Я слегка теряюсь, потому что еще секунду назад всё было спокойно. А теперь я чувствую, как в наше пространство невидимыми нитями вплетается странная и нелогичная тревога.