Но ничего такого не случилось. Дым снова куда-то исчез, а я продолжаю жить свою жизнь.

— Есть еще вот такой вариант, — ко мне возвращается консультантка с новым платьем. — Конечно, всегда лучше выполнить индивидуальный заказ клиента, но у нас с вами сжатые сроки.

— Ничего страшного. Меня и это вполне устраивает, — я возвращаюсь на пьедестал и снова смотрю на себя.

Хоть я и не люблю пышные платья с множеством мелких деталей, типа: кристаллов Сваровски и натурального жемчуга. Но… не всё ли равно? Свадьба ведь фейковая, ровно, как и мой брак. Главное, чтобы всё было на должном уровне. А мои предпочтения в этом деле играют уже самую последнюю роль.

— И всё же? Может, рискнем? Это из новой коллекции. Вы будете первой, кто его примерит, — женщина заговорщически мне улыбается, будто мы обсуждаем будущую шалость.

Я соглашаюсь и ухожу в примерочную.

Никогда бы не подумала, что буду выбирать свадебное платье в одиночестве. Мне всегда казалось, что со мной обязательно будет Сонька. Ну и, возможно, несколько подружек с работы. Это же так волнительно и весело! К тому же не каждый ведь день собираешься выйти замуж.

Я грустно улыбаюсь своему отражению, пока мне помогают расшнуровать корсет.

Всё нормально. К чему эти сантименты?

Стараюсь убрать в сторону любые эмоции и сосредоточиться на текущей задаче. В конце концов, еще ничего толком не решено. Не время расслабляться. Если Дыму нужна эта свадьба, то она будет. И я сделаю всё от себя зависящее, чтобы она была идеальной.

Когда мы меняем платье, я тут же понимаю, что это — ОНО. То самое платье, которое я бы в параллельной вселенной хотела надеть на свою свадьбу с желанным и любимым мужчиной.

Это платье тоже расшито жемчугом, но здесь не ощущается излишества и тяжести. Оно будто воздушное, пусть юбки совсем не пышные. Корсет плотный. Нет никаких рукавов, но есть длинный подол и… настоящая изюминка платья — накидка-мантия. Здесь нет традиционной фаты. Кружевная полупрозрачная накидка с потрясающим широким капюшоном, что мягкой волной спадает на плечи.

— Идеально, — тихонько произносит консультантка и я ловлю ее улыбку в отражении зеркала примерочной.

Мне почему-то кажется, что эта улыбка искренняя, а не вызванная рабочим желанием угодить требовательной клиентке.

— Даже ушивать ничего не нужно. Это платье было создано для вашей фигуры, Ярослава.

Чувствую, как от смущения у меня начинают гореть щеки. Я аккуратно накидываю капюшон на голову и становлюсь похожа на героиню какой-нибудь фэнтези-саги. Внутри вспыхивает приятное щекочущие чувство детского восторга.

Мне бы очень хотелось показать это платье маме или… чтобы Соня его увидела и разделила со мной эту пусть и не совсем уместную, но крошечную радость. В конце концов, почему я не могу хотя бы на фейковой свадьбе блистать?

— Покружитесь еще на пьедестале?

Я энергично киваю и выхожу из примерочной. Аккуратно подбираю юбки, чтобы ничего случайно не порвать и иду в «смотровую».

У меня резко перехватывает дыхание, когда в одном из пустующих бархатных кресел я замечаю Дыма.

Сегодня резко похолодало, поэтому он в джинсах, ботинках и красной толстовке. Я снова словно «зависаю» на несколько секунд, как тогда в «Колизее», когда увидела Дыма в деловом прикиде.

— А вот и жених, — улыбка консультантки становится еще шире и ослепительней.

Дым на нее не смотрит, его мрачный взгляд буквально упирается в меня. Давит.

Одна часть меня хочет пониже натянуть капюшон накидки, чтобы спрятаться от этого взгляда, а другая — сделать всё совсем наоборот.

Я осторожно снимаю капюшон и уверенной походкой направляюсь к пьедесталу. Поднимаюсь на него, ни разу не споткнувшись. Сейчас я чувствую себя как никогда красивой, пусть на мне минимум макияжа, а из прически только собранные на затылке и зафиксированные японской заколкой волосы.

Тебе нравится его внимание.

Меня обжигает эта мысль. До выдуманных и характерных для ожога волдырей на коже.

Неправда!

Да с чего бы это вдруг?

Но… С другой стороны, всё это время я усердно пыталась добиться именно его внимания. Начиная с нашей первой встречи. Не огрызка, не крошек, а полноценного внимания, когда глаза в глаза. Когда по взгляду вижу, что меня слушают и повернуты всем телом в мою сторону.

Я расправляю складки своего платья. Несколько секунд смотрю на свое отражение, а затем всё же решаюсь повернуться к Дыму лицом. Пусть посмотрит. Пусть оценит и, возможно, поймет, что я — не такая уж и плохая кандидатка на роль его фиктивной жены. Во всяком случае, меня не стыдно вывести в свет. И я могу позаботиться о своем муже, если потребуется. В конце концов, я умею быть благодарной.

Дым скользит по моей фигуре медленным хмурым взглядом. Я и боюсь его, и… впитываю. Не дышу. Мне вдруг до ломоты в косточках хочется, чтобы ему не просто понравилось, нет… Я хочу, чтобы его впечатлило это платье. Чтобы он тоже «завис».

Это так глупо. Я слишком много всего себе придумываю, но перед глазами снова встает та ночь. Дым там, на балконе, смотрел на меня как обычно и в то же время… совсем по-другому. Я увидела эмоции. Пусть и темные, но такие, что искры по венам вместо крови заструились.

— Ты в монашки решила податься? — слова Дыма как щелчок кнута проходятся по мне и распарывают кожу на обнаженных лопатках.

Его лицо кривится, будто он увидел не молодую и вполне себе привлекательную женщину, а… всю ту же жирную мерзкую муху, которая только то и умеет делать, что надоедать.

Я ловлю взгляд консультантки. Она прячет свое неприятное удивление за рабочей улыбкой. Но, кажется, ей меня чуточку становится жаль.

— Нет. Монашки в таком явно не ходят.

Пусть в этом платье у меня обнажены плечи, но за счет накидки они спрятаны. Грудь пошло не выпирает из корсета. Нет никаких разрезов по бедру. Оно стоит бешеных денег (я успела увидеть ценник в примерочной), но внешне кажется очень скромным и безумно красивым.

— Еще варианты?

— Этот меня вполне устраивает, — стою на своем.

— Он не устраивает меня, — отрезает Дым.

Консультантка начинает суетиться: приносит Дыму каталоги и мягко уговаривает взять то, которое мы с ней выбрали. Он остается непреклонен.

Я с Дымом ссорюсь из-за свадебного платья? Серьезно?

Поджимаю губы и возвращаюсь в примерочную. Мне-то какая разница, какое в итоге будет платье. Не я же банкет заказываю, да и незачем мне лишний раз злить Дыма. Хватит одного ночного «демарша».

Я молча переодеваюсь в предыдущее платье. Мне снова помогают с корсетом и слоем пышных юбок.

Выхожу к Дыму и уже вижу, что и этот вариант его не устраивает.

Раздражает.

Какая, блин, ему разница?

Он швыряет на низкий столик, на котором стоит графин с водой, раскрытый каталог.

— Это, — тычет пальцем на какую-то модель, которую мне отсюда невидно.

Консультантка быстро кивает и ретируется.

Дым откидывается на спинку кресла и скрещивает руки на груди. Смотрит на меня исподлобья, а я изо всех сил стараюсь сделать вид, что мне всё равно. Но, боюсь, что у меня уже на лбу красными буквами горят извинения за мою дурацкую выходку.

Отвечаю на взгляд Дыма и не могу избавиться от ощущения, что он сейчас в мыслях прокручивает тот вечер.

Прикрути свою буйную фантазию, Яра. То, что заботит тебя, не должно заботить его.

— Я… Мне очень жаль за тот свой поступок, — выдаю на одном дыхании.

Дым выгибает одну бровь будто ждет пояснений.

— На балконе, — добавляю.

— Мне похуй.

Он говорит это так просто и легко, что не поверить в правдивость слов Дыма просто невозможно. Пусть это было грубо, но ровно то, что нужно. Ему плевать. Супер. Значит Дыма не так просто сбить с толку. Но меня почему-то задевает. Снова. Царапает тонкой иголкой.

— Своих… пригласила?

— Пошлю им открытки, — и я совсем не шучу и не иронизирую. Этот вариант мне кажется самым оптимальным.