Захожу в гардеробную, быстро пробегаюсь взглядом по полкам и вешалкам со своими нарядами. Хватаю черное платье с открытыми плечами, белье и колготки.

Возвращаюсь к Зиме уже полностью собранная. Не могу мысленно не похвалить себя за то, что успела собраться на пять минут раньше установленного срока. Кажется, это вообще мой личный рекорд. Раньше я могла позволить себе не торопиться, но теперь всё стало совсем по-другому. Прежней жизни у меня больше нет, нужно учиться подстраиваться под нынешнее реалии.

Зима отрывает свой взгляд от смартфона и проезжается по мне оценивающим взглядом. Я стараюсь держать спину ровно и не вспоминать о том, как видела его почти обнаженного в объятиях спящей Полины.

Зима для меня совершенно посторонний человек, но я ненамеренно знаю теперь о нем больше, чем хотелось бы.

— Пойдет, — лениво констатирует он и поднимается с кресла. — На выход.

Я напоследок провожу ладонями по своему платью, будто пытаюсь разгладить складки, которых нет и семеню за Зимой.

На парковке я быстро нахожу взглядом знакомую тонированную иномарку. Не к месту вспоминаю слова Полины о том, что Зима любит трахаться в машине.

Господи, зачем мне это вообще помнить?! Будто мне мало было криков подружки Дыма за стеной.

После вечеринки я опасалась, что теперь буду вынуждена слушать эти вопли каждую ночь. Но нет. Подружка Дыма ушла. Потом ушел и он вместе с Зимой и Полиной. Все эти дни я провела в одиночестве. К счастью.

Когда мы плавно выезжаем со двора мне так и хочется спросить у Зимы, куда именно мы едем и зачем. Но я не рискую, потому что стопроцентно нарвусь либо на едкий ответ, либо на очередную тираду, что не нужно бегать с протянутой рукой.

В очередной раз напоминаю себе о том, что нужно уметь ждать и перевожу взгляд в окно. Наблюдаю за другими машинами, улицами, которые мы проезжаем и парками.

Когда машина останавливается около массивного здания с вывеской «Колизей», я почему-то непроизвольно напрягаюсь и чуть-чуть ёрзаю на своем месте.

Судя по экстерьеру, это ресторан. Он совсем не в моем вкусе и не во вкусе моей семьи. Мы привыкли к совершенно другим заведениям. Небольшим, уютным и расположенным где-нибудь в парке или на набережной, а не в одном из злачных районов города.

Зима глушит двигатель.

— На выход.

И опять этого его «на выход». Я же не в тюрьме.

Раздраженно закатываю глаза, но делаю, как сказано. Выхожу, поправляю край платья и надеваю на плечо цепочку сумочки.

На входе в ресторан нас встречают двое хмурых огромных охранников. От их взглядов мне становится чуть-чуть не по себе, хотя я была уверена, что после гляделок с Дымом уже выработала иммунитет.

Интуиция подсказывает мне, что это не просто ресторан, а… что? Место для своих? Не знаю.

Внутри очень тепло и пространства больше, чем может показаться снаружи.

Я стараюсь успеть за Зимой, но получается с трудом. Во-первых, я на каблуках. Во-вторых, один его шаг равен моим двум, так он еще и передвигается очень быстро.

Людей в этом «Колизее» предостаточно. Многие из них знают Зиму. Иногда ему приходиться остановиться, чтобы перекинуться парой фраз с кем-то. Благодаря таким его остановкам, я всё же успеваю догнать и больше не отставать.

Вскоре мы заходим в лифт и поднимаемся на третий уровень.

Сердце начинает обеспокоенно частить.

Зачем мы здесь? Кто нас ждет? И ждет ли?

Крепче сжимаю цепочку сумочки и расправляю плечи.

Всё будет хорошо. Наверное.

Когда мы оказываемся на третьем уровне, Зима молча проводит меня к дверям, за которыми скрывается VIP-комната. Одна ее стена полностью сделана из стекла. Отсюда можно свободно наблюдать за тем, что происходит во всем «Колизее».

Вряд ли это обычная випка. Значит, встреча должна состояться серьезная. Во всяком случае, мне так кажется.

Я отрываю взгляд от панорамы заведения и замечаю Дыма.

Смаргиваю один, второй раз.

Он одет в темные брюки и белую строгую рубашку, расстегнутую на две пуговицы. Щетина ухоженная, волосы причесаны. Сейчас Дым выглядит очень… солидно. Смотря на него, я только убеждаюсь, что мыслю в правильном направлении.

Здесь действительно должна состояться серьезная встреча.

Дым в свою очередь рассматривает меня. Намного пристальней, чем Зима в квартире. Я почти физически ощущаю его взгляд на себе. Чувствую, как он снова больно сжимает своими пальцами мои плечи.

— Доставил твою невеху, — посмеивается Зима и подходит к Дыму, чтобы пожать ему руку. — Я пойду тогда бумажки проверю, чтобы всё в порядке было, ага? Потом пересечёмся.

Дым коротко кивает.

Через несколько секунд мы с ним остаемся наедине.

— Что за бумажки? — тихо спрашиваю и снимаю с плеча цепочку. Тут же мысленно себя ругаю за то, что опять играю в почемучку. Но я не привыкла жить в тайнах и интригах.

Дым ожидаемо не отвечает на мой вопрос и указывает взглядом, чтобы я села рядом с ним.

Поджимаю губы и послушно выполняю немой приказ. Сажусь так, чтобы наши бедра даже случайно не соприкоснулись друг с другом. Держу между нами дистанцию. Мне так комфортней.

— Улажу одно дело и оформим брак, — спокойным, почти безразличным тоном заявляет Дым и тянется к низкому столику, на котором стоит бокал, наполненный на два пальца каким-то алкоголем.

В эту секунду я чувствую бешеную смесь эмоций. И удивление, от того, что Дым разговаривает со мной. И радость, от того, что мой план продолжает действовать. И… страх. Страх от того, что я вот-вот стану законной женой уголовника.

От переизбытка эмоций я не могу удержать себя и не задать сразу несколько вопросов:

— Мы сегодня его оформим? Или позже? А как же моя работа? Я смогу к ней вернуться?

Дым бросает в мою сторону один-единственный взгляд исподлобья, и я тут же затыкаюсь. Он смотрит на меня так, словно я за секунду превратилась из молодой женщины в большую жирную муху, которая в летний зной летает над ухом и напрашивается, чтобы ее прихлопнули.

Может быть, Дым и не считает меня мухой, но я себя ею чувствую.

Поджимаю губы и складываю ладони на коленях.

Мое настроение стремительно летит вверх. Хочется поскорей позвонить дяде и сказать, что всё идет по плану, но я, конечно же, этого не делаю. И в этой ситуации мне нужно сохранять спокойствие и быть терпеливой.

Дым откидывается на спинку дивана и неторопливо раскачивает в руке свой бокал. Я наблюдаю за тем, как янтарный алкоголь красиво переливается в мягком свете VIP-комнаты и плавно выравниваю свое дыхание. Снова ловлю свой утраченный дзен, но уже без ухищрений с раскрасками.

В эту секунду открывается дверь и в комнату проходит не очень высокий, но достаточно крепкий мужчина. У него пронзительные темные глаза, которые вызывают у меня ассоциацию с космической черной дырой. Смотришь в них и чувствуешь, как тебя начинает медленно засасывать. Неприятное чувство, будто тебя видят насквозь.

Мужчина обменивается с Дымом рукопожатием, мажет по мне быстрым взглядом и опускается в кресло, расположенное напротив нашего дивана.

Я вдруг ощущаю, как во мне маленькими огоньками начинает вспыхивать интерес. И он впервые с момента, как я попала к Дыму не касается моей проблемы. Мне интересно понаблюдать за тем, как же он собрался общаться со своим… другом? Коллегой? Партнером? Тоже будет отмалчиваться? Или снизойдёт до нормального диалога?

— Зима ввел меня в курс дела, — заявляет пришедший мужчина. У него грубоватый низкий голос, от которого по коже непроизвольно пробегаются мурашки, похожие на мелкие иголочки.

Кажется, я его немного боюсь. Впрочем, я и Дыма боюсь. Не мое это окружение, поэтому неудивительно, что у меня одна реакция на всех присутствующих.

— Заманчиво звучит, но гемора много. Говорят, дела у Алмазова по пизде пошли, а мне и своих проблем хватает. Куда мне еще чужие? Жена рожать скоро будет. Сам понимаешь.