— Технически, я предупредила. За два часа до церемонии.

— Два часа! На подготовку к свадьбе нужны месяцы!

— Это была не свадьба, а политический ритуал, — попыталась я объяснить.

— С клятвами любви, обменом украшениями и романтическим полетом на закате, — перечислила Шаэра. — Эльмирра, это была самая романтическая свадьба, которую я когда-либо видела.

Она была права, конечно. Несмотря на все политические нюансы, церемония была прекрасной.

— А что теперь? — спросила она. — Что изменится?

— Формально — ничего, — ответил Аркей, входя в комнату с подносом чая. — Мы и раньше жили вместе, работали вместе, были парой. Теперь это просто официально.

— А неформально?

— Неформально, — сказала я, любуясь новым браслетом на запястье, — теперь мы часть большой, сложной и иногда раздражающей семьи.

— Раздражающей?

— Ты видела, как дядя Валериан смотрел на мое платье? Я уверена, он уже планирует мой гардероб на следующие десять лет.

Аркей рассмеялся.

— Добро пожаловать в драконью семью, — сказал он. — Мы любим контролировать детали.

— Хорошо, что я люблю драконов, — ответила я, целуя его.

— Даже контролирующих?

— Особенно контролирующих. Это делает жизнь интереснее.

И пока мы сидели в нашей новой семейной идиллии, я думала о том, что Валериан был прав.

Мы действительно стали политической силой.

Но самое главное — мы остались собой.

И это было все, что имело значение.

Медовый месяц в нашем понимании длился ровно три дня. На четвертый день после церемонии в академию прибыл гонец с новостями, которые заставили всех забыть о романтике и политике.

— Орден Вечной Тьмы не исчез после смерти Мориона, — объявил ректор на экстренном совещании. — Более того, они стали активнее.

Мы сидели в большом зале заседаний — я, Аркей, все деканы факультетов, несколько старших преподавателей и, к моему удивлению, дядя Валериан, который, похоже, решил остаться в академии подольше.

— Что именно происходит? — спросил Аркей.

— По всему континенту исчезают магические артефакты, — ответил ректор. — Древние, могущественные предметы, которые веками хранились в музеях, частных коллекциях и храмах.

— Кражи?

— Не кражи. Исчезновения. Артефакты просто... пропадают. Без следов взлома, без свидетелей. Как будто их стирают из реальности.

Валериан нахмурился.

— Это требует невероятно мощной магии. Или...

— Или чего? — спросила я.

— Или знания о том, как артефакты работают на самом фундаментальном уровне.

— А что общего у всех пропавших предметов? — поинтересовался декан факультета Воды.

— Все они связаны с древними силами, — ответил ректор. — Кристаллы времени, зеркала реальности, чаши памяти... Предметы, которые могут изменять саму природу магии.

Мне стало не по себе.

— А зачем им такие артефакты?

— Скорее всего, для создания чего-то большего, — мрачно сказал Валериан. — Мориона больше нет, но его идеи могли выжить. А с правильными артефактами...

— Что можно сделать с правильными артефактами? — настойчиво спросила я.

— Переписать законы магии, — ответил ректор. — Изменить баланс сил между светом и тьмой. Или создать оружие, способное уничтожить любого, кто встанет на пути.

Тишина в зале стала гнетущей.

— И что нам делать? — спросил декан факультета Земли.

— Готовиться, — решительно сказал ректор. — Усиливать защиту академии, тренировать студентов, изучать возможные угрозы.

— А мы с Эльмиррой? — спросил Аркей.

— Вы будете тренироваться особенно интенсивно, — ответил Валериан. — Ваша объединенная магия может стать решающим фактором в грядущей битве.

— Какой битве?

— Той, которая неизбежно придет, — мрачно ответил ректор.

Следующие две недели стали самыми интенсивными в моей жизни. Каждое утро начиналось с тренировок по боевой магии, где мы с Аркеем учились совмещать наши силы все более сложными способами.

— Сосредоточься, — говорил он, пока я пыталась направить свое пламя истины через его драконий огонь. — Представь, что наша магия — это река, а не два отдельных потока.

— Легко сказать, — пыхтела я, пытаясь удержать серебристо-золотистый вихрь под контролем. — Твоя магия как лесной пожар, а моя как свеча. Трудно их совместить.

— Не совместить, — поправил он. — Объединить. Позволить им стать чем-то новым.

Мы стояли в специально оборудованной тренировочной арене, где стены были покрыты защитными рунами, а пол выложен жаростойким камнем. Хорошо, что предосторожности принимались — наши тренировки имели тенденцию... разрушать вещи.

— Попробуй еще раз, — сказал Аркей. — Но на этот раз не думай о контроле. Думай о доверии.

— О доверии?

— Доверься мне. Позволь своей магии течь свободно, а я направлю ее туда, куда нужно.

Я глубоко вдохнула и отпустила контроль. Серебристое пламя вырвалось из моих рук, но вместо хаоса произошло чудо — оно слилось с золотистым огнем Аркея, создав поток энергии, который был одновременно разрушительным и созидательным.

— Вот так, — довольно сказал он. — Чувствуешь разницу?

— Да, — выдохнула я. — Это как... как будто мы стали одним магом с удвоенной силой.

— Именно. А теперь попробуем что-то более сложное.

Он указал на мишень в дальнем конце арены — каменную плиту, покрытую иллюзорными заклинаниями.

— Твоя задача — разрушить иллюзию, не повредив камень.

— А твоя?

— Моя задача — усилить твою точность и направить энергию так, чтобы она воздействовала только на магические наслоения.

Мы подняли руки одновременно, и объединенный поток энергии полетел к мишени. Иллюзии исчезли одна за другой, оставив камень нетронутым.

— Отлично! — раздался аплодисмент.

Мы обернулись и увидели Шаэру, которая стояла у входа в арену с восхищенным выражением лица.

— Вы становитесь все лучше, — сказала она. — Хотя честно признаться, немного пугающе наблюдать, как вы жонглируете силами, способными снести город.

— Мы осторожны, — заверил ее Аркей.

— Осторожны? — Шаэра указала на место, где еще утром стояла тренировочная мишень, а теперь зияла дыра в стене. — Это вы называете осторожностью?

— Это был несчастный случай, — смущенно сказала я. — Мы еще учимся контролировать силу.

— Да уж, видно, — фыркнула Шаэра. — Кстати, у меня новости.

— Какие?

— Плохие или очень плохие?

— Дай угадаю, — вздохнул Аркей. — Очень плохие.

— Точно. К академии приближается группа неизвестных магов. Мощных неизвестных магов. Защитные заклинания реагируют на них как на серьезную угрозу.

Мы переглянулись.

— Сколько их? — спросил Аркей.

— Десять, может, пятнадцать. Но они маскируют свою истинную силу, так что точно сказать сложно.

— А направление?

— С севера. Будут здесь через час, максимум полтора.

Аркей выругался на древнем драконьем языке.

— Что он сказал? — спросила я.

— Лучше не переводить, — ответила Шаэра. — Но в целом он выразил недовольство ситуацией.

— Нужно предупредить ректора, — сказал Аркей. — И активировать все защитные системы.

— Уже активированы, — сообщила Шаэра. — А ректор хочет видеть вас обоих в своем кабинете. Немедленно.

В кабинете ректора была атмосфера контролируемой паники. Валериан стоял у окна, наблюдая за подготовкой защитных позиций во дворе. Ректор изучал магическую карту с движущимися точками. Несколько преподавателей суетились, проверяя защитные артефакты.

— А, вот и вы, — сказал ректор, не поднимая глаз от карты. — У нас проблема.

— Какая именно? — спросила я.

— Приближающиеся маги не просто сильные, — ответил он. — Они используют магию, которую мы не можем идентифицировать.

— Что это означает?

— Это означает, — вмешался Валериан, — что они либо владеют очень древними заклинаниями, либо создали что-то принципиально новое.