— Слишком... сильно, — прошептала я.

— Нужно пройти быстро, — сказал ректор. — Не думайте ни о чем эмоциональном!

Это было все равно что сказать не думать о розовом слоне. Мы практически бежали через зал, держась за руки и пытаясь не смотреть друг на друга, потому что каждый взгляд усиливал и без того невыносимые чувства.

Третьим испытанием стала Комната Воспоминаний, где стены показывали случайные моменты из нашего прошлого. Я увидела Аркея маленьким драконенком, играющим с другими детьми. Он увидел меня в детстве, пытающуюся спасти раненую птицу.

— Ты был таким милым, — прошептала я, глядя на воспоминание о том, как юный Аркей впервые научился дышать огнем и случайно поджег собственный хвост.

— А ты всегда была защитницей, — ответил он, наблюдая, как маленькая я бросилась защищать котенка от соседского пса.

— Очень трогательно, — сказал ректор, — но нам нужно идти дальше.

Наконец мы добрались до массивных дверей Зала Истины. Они были украшены сложными узорами и светились мягким голубым светом.

— За этими дверями, — сказал ректор торжественно, — находится Кристалл Душ. Он покажет вам всю правду друг о друге. Вы готовы?

Я посмотрела на Аркея. В его глазах я видела ту же смесь волнения и решимости, что чувствовала сама.

— Готовы, — сказала я.

— Тогда входите. И помните — что бы вы ни увидели, главное это то, что вы чувствуете друг к другу здесь и сейчас.

Двери медленно открылись, и мы вошли в Зал Истины.

В центре круглого помещения, освещенного сотнями свечей, стоял кристалл размером с человека. Он был абсолютно прозрачным и излучал мягкое сияние, которое, казалось, проникало прямо в душу.

— Красиво, — прошептала я.

— И пугающе, — добавил Аркей.

— Положите руки на кристалл одновременно, — проинструктировал ректор. — И будьте готовы к тому, что увидите.

Мы подошли к кристаллу и протянули руки. В момент, когда наши ладони коснулись его поверхности, мир вокруг растворился.

И началось самое интересное.

Я увидела страхи Аркея — боязнь причинить мне боль своей драконьей натурой, страх быть недостойным моей любви, ужас при мысли о том, что я могу его бросить. Я увидела его одиночество в течение веков, попытки найти свое место в мире, где драконы считались опасными существами.

А он увидел мои сомнения — страх оказаться недостаточно сильной для роли истинной пары дракона, боязнь разочаровать его, неуверенность в своих способностях.

Но больше всего мы видели любовь. Его любовь ко мне была как океан — глубокая, безграничная, готовая поглотить все препятствия. А моя любовь к нему была как пламя — яркая, теплая, способная растопить любой лед в его сердце.

— Боги, — прошептала я, когда видения закончились. — Ты действительно...

— Люблю тебя больше жизни, — закончил он. — А ты...

— Готова на все, чтобы быть рядом с тобой.

Кристалл засветился еще ярче, и я почувствовала, как наша связь стабилизируется. Хаотичные эмоции упорядочились, магический резонанс выровнялся.

— Получилось, — сказал ректор с облегчением. — Связь стабилизирована.

— А что теперь? — спросила я.

— Теперь вы можете контролировать свою магию сознательно. И что еще важнее — никто и ничто не сможет разорвать вашу связь против вашей воли.

Аркей взял меня за руку, и я почувствовала, как между нами течет спокойная, контролируемая энергия.

— Значит, мы справились?

— Справились с этой частью, — поправил ректор. — Но помните — связь истинных пар это не только сила, но и ответственность. Используйте ее мудро.

Мы вышли из Зала Истины, держась за руки и чувствуя себя... завершенными. Как будто недостающая часть души наконец встала на место.

— Аркей, — сказала я, когда мы шли по коридору.

— Да?

— А ты не жалеешь, что увидел все мои страхи и сомнения?

— Нет, — ответил он без колебаний. — Теперь я знаю, как тебя поддержать. А ты жалеешь, что увидела мое прошлое?

— Нет. Теперь я понимаю, почему ты такой осторожный с чувствами. И почему наша связь так много для тебя значит.

— Она значит все, — просто сказал он.

— Для меня тоже.

И пока мы возвращались в академию, где, благодаря стабилизации нашей связи, погода наконец пришла в норму, я думала о том, что настоящая близость — это не только физическое влечение или романтические чувства.

Это готовность показать партнеру все свои слабости и знать, что он все равно будет любить тебя.

И мы только что прошли это испытание.

— Ну что, все секреты раскрыты? — спросила Шаэра, когда я рассказала ей о ритуале.

— Все основные, — призналась я. — Оказывается, у Аркея есть привычка разговаривать с растениями в своей оранжерее.

— Серьезно?

— Серьезно. И он думает, что они ему отвечают.

— А что еще?

— Он боится пауков.

— Дракон боится пауков? — Шаэра прыснула от смеха.

— В детстве один волшебный паук укусил его, и у него была аллергическая реакция. С тех пор боится.

— А что он узнал о тебе?

— Что я до сих пор сплю с плюшевым медвежонком, которого мне подарила мама.

— И как он отреагировал?

— Сказал, что это мило.

— Вот видишь? Все не так страшно, как казалось.

— Да, — согласилась я. — И теперь мы можем контролировать связь. Больше никаких случайных магических взрывов.

— А телепатия работает?

— Работает. Хочешь посмотреть?

Я сосредоточилась и мысленно обратилась к Аркею: "Привет. Как дела?"

Через секунду в моем сознании прозвучал его голос: "Хорошо. А у тебя?"

— Он ответил, — сообщила я Шаэре.

— Потрясающе! А на каком расстоянии это работает?

— Не знаю. Попробуем выяснить.

И пока мы экспериментировали с новыми возможностями нашей связи, я не могла отделаться от ощущения, что самые сложные испытания еще впереди.

Но теперь мы были готовы встретить их вместе.

И это делало нас непобедимыми.

Или, по крайней мере, мне очень хотелось в это верить.

Прошло уже две недели с момента стабилизации нашей связи, и я начала думать, что мы наконец-то можем расслабиться и наслаждаться относительно нормальной студенческой жизнью. Конечно, "нормальной" с поправкой на то, что я встречаюсь с деканом факультета, обладаю редчайшим магическим даром и время от времени мысленно переговариваюсь со своим парнем-драконом.

Но даже при всех этих условностях жизнь казалась... спокойной.

До того момента, пока Совет попечителей не решил нанести неожиданный визит.

— Эльмирра, — прошипела Шаэра, влетая в нашу комнату без стука, — у нас проблемы. Большие проблемы.

— Какие проблемы? — спросила я, отрываясь от эссе по истории магии.

— Совет попечителей приехал час назад. Без предупреждения. И они требуют провести расследование по поводу "неэтичных отношений между преподавателем и студенткой".

Мое перо выпало из рук и оставило кляксу на пергаменте.

— Что?

— Кто-то написал им анонимное письмо о ваших отношениях с магистром Аркеем.

— Кто?

— Давай угадай с третьей попытки.

Мне не понадобилось и одной.

— Дарон.

— В яблочко. И теперь Совет хочет допросить вас обоих по отдельности.

Я почувствовала, как по телу разливается холод.

— А что будет, если они решат, что отношения действительно неэтичны?

— Аркея уволят, а тебя исключат, — мрачно ответила Шаэра. — И это в лучшем случае.

— А в худшем?

— В худшем случае они попытаются принудительно разорвать связь истинных пар.

— Но ректор же сказал, что это смертельно опасно!

— Ректор сказал. Но некоторые члены Совета считают, что риск оправдан, если речь идет о "защите академических стандартов".

В этот момент в дверь постучали.

— Мисс Звездная? — послышался незнакомый голос. — Вас вызывает Совет попечителей.