— Эти придурки стреляли в нас! Может, мне следовало остановиться и позволить им обыскать машину? — Впервые я услышал неуверенность в её голосе.

— Нет — сказал я ей.

— После того, как они провели обыск, они бы оставили нас у себя, и я не думаю, что нам бы это понравилось.

Она сделала глубокий вдох.

— Верно. Конечно. Я так и знала.

— Акура — достигла подножия склона и потеряла скорость на следующем подъеме. Кэтрин вывернула руль так, что он перегородил дорогу.

— Мне жаль. Стрельба меня немного пугает. Мы бежим к воротам, Так ведь?

— Думаю, да. Эти парни будут преследовать нас, и старик приказал летающему шторму убить всех, кого он найдет между домом и забором. Хотя...

— Хотя?

— Похоже, он не полностью контролировал это.

Она снова вздохнула.

— Дай-ка я возьму свою спортивную сумку — Она схватила с пола позади себя маленькую, плотно набитую спортивную сумку и вышла из машины.

Затем она побежала по дороге. Я последовал за ней, но бросил взгляд назад. Двое вооруженных людей еще не успели перебраться через холм. Мы не бежали бегом, потому что не были уверены, как далеко нам нужно было уйти, но мы торопились.

— Рэй — сказала она. Она не тяжело дышала, но выглядела встревоженной — Прости меня за то, что я сказал. Ты хороший парень. Тебе не обязательно было приходить сюда, чтобы предупредить меня, но если бы ты этого не сделал...

— Спасибо — сказал я, испытывая огромное облегчение, которое не мог объяснить. Было трудно признаться, как сильно я хотел, чтобы она приняла меня, а через нее и общество в целом.

И ей было нелегко это сказать.

— Жаль, что ты деревянный человек.

— Давай побережем дыхание, ладно? — Но я понял, что она имела в виду. У деревянного человека не было большой продолжительности жизни.

Верхушки деревьев отбрасывали длинные тени на дорогу. Лес вокруг меня, казалось, стал более четким. Я думал, что мои глаза привыкают, но что-то было не так. Тени были слишком резкими. Я схватил Кэтрин за рукав и заставил её остановиться. Она слегка съежилась, и я отпустил ее.

Длинные изогнутые тени деревьев медленно приближались к нам. Я взглянул вверх. Впереди и слева в небе появился свет. Оно было тусклее и меньше, чем полная луна, но становилось все ярче.

— Господи — сказала Кэтрин — Оно приближается прямо к нам.

Я услышал шипение, как будто капли воды закипали на сковородке. На самом деле он приближался прямо к нам.

Кэтрин бросилась к склону у края дороги. Ежевика там была густая, а земля неровная.

— Нет! — закричал я.

— Сюда! — Я побежал обратно по дороге.

Я оглянулся один раз, чтобы убедиться, что она последовала за мной и что она может не отставать. Снежный вихрь пролетел над деревьями и упал на дорогу. Мы обогнули "Акуру" и поднялись на холм.

— Куда мы идем? — Позвала Кэтрин.

Я притормозил, чтобы дать ей поравняться со мной. Мне вспомнился старый анекдот о том, как она убегала от медведя, но я не думал, что ей это покажется смешным. Кэтрин решительно поджала губы, а на лбу у нее образовалась целая гроздь морщин. По щекам у нее уже стекали струйки пота.

Впереди нас двое вооруженных людей достигли вершины склона. Они, конечно, уже видели надвигающийся шторм. Высокий с замысловатой прической что-то взволнованно говорил по мобильному телефону. Его напарник был невысоким и кругленьким, со стрижкой в стиле Мо Ховарда, которая придавала ему комический вид. На его лице не было страха, он выглядел так, словно видел ужасный конец, которого всегда ожидал.

Я рискнул оглянуться на существо позади меня. Теперь он двигался по дороге, но я не мог сказать, приближался он или нет.

Бандиты посмотрели на нас с Кэтрин. Я видел их нерешительность.

— Бегите, спасая свои жизни! — Я закричал на них, позволив своему лицу выразить ужас, который я испытывал. Они отшатнулись от меня, поняв если не слова, то тон моего голоса. Страх заразителен. Люди в подвале доказали это.

Они снова обратили свое внимание на хищника. Стрижка убрал свой мобильный телефон от уха и поморщился, как будто его ужалили.

Теперь мы были менее чем в десяти ярдах от них. Я схватил Кэтрин за локоть и подтолкнул её к оленьей тропе на обочине дороги.

Спуск был крутой. Часть пути мы спускались вприпрыжку, пока я не поскользнулся в грязи и не упал, врезавшись всем телом Кэтрин в ноги и повалив её на себя.

Мы ударились о ствол дерева на дне неглубокого оврага и упали в грязь. Я вскочил, поднял Кэтрин на ноги и последовал за ней вверх по склону.

Раздались выстрелы. Мы оба остановились на вершине небольшого склона и посмотрели на дорогу.

Двое вооруженных людей не сдвинулись с места, приняв позы для стрельбы двумя руками: плечи расправлены, ноги расставлены, одна рука поддерживает другую. Выстрелы прозвучали быстро, хлоп-хлоп-хлоп, на удивление мало времени уходит на то, чтобы разрядить пистолет.

Парящий шторм был примерно в пятнадцати ярдах от земли и почти над ними. Мо Ховард вынул магазин из своего пистолета и вставил новый с хорошо отработанной скоростью. Он снова начал стрелять, и я понял, что он попал в цель, хотя и не заметил никакого эффекта. Стрижка не стал утруждать себя перезарядкой. Он начал пятиться.

Кэтрин, стоявшая рядом со мной, сказала:

— О, Боже. Нет.

Надвигающийся шторм теперь был уже над Мо. Затем последовала огромная вспышка красноватого света и раскат грома, громче которого я никогда в жизни не слышала. Порыв ветра оглушил меня. Стрижка был достаточно близко, чтобы его сбили с ног. Когда я моргнул, чтобы избавиться от света в глазах, я увидел, как он пытается подняться на ноги, все еще наполовину оглушенный.

Надвигающийся шторм двигался прямо на Стрижку. У него не было ни единого шанса.

Я повернулся, чтобы бежать, и увидел, что Кэтрин смотрит на меня испепеляющим взглядом, полным неприкрытой ненависти. Я был поражен, но когда она побежала вниз по склону, я последовал за ней.

Мы бежали, ориентируясь в основном на север, потому что там был спуск. Там, где местность была неровной, мы сворачивали то в одну, то в другую сторону тропинки, стараясь держаться ровной местности. Мы также держались деревьев, надеясь, что они заставят хищника держаться высоко и вне досягаемости. И там, где деревья были гуще, земля была лучше видна. Там, где они были поредее, путь преграждали лианы и ежевика.

Он следовал за нами по пятам, никогда не приближаясь слишком близко и никогда не отставая далеко. Стал бы шар из газа и электричества играть со своей добычей? Я так и думал, что нет.

И мы побежали. Свет от "хищника" отбрасывал перед нами длинные тени. Тонкие, как плети, ветки деревьев, почти невидимые в тусклом электрическом свете, жалили меня в лицо, шею и руки. Когда мы взобрались на гребень и заскользили вниз по другой стороне, свет, который излучал хищник, внезапно пропал. Нам пришлось пробираться на ощупь сквозь покрытые мхом ветви, пока надвигающийся шторм не подошел достаточно близко, чтобы снова осветить путь.

Так мы бы не выжили.

Мы подошли к небольшому ручью, неглубокому, но берега с обеих сторон были почти отвесными и слишком высокими, чтобы перепрыгивать через них. Кэтрин бросилась направо и побежала вдоль обрыва, пока не добралась до места, где берег на противоположной стороне был более пологим.

Она подпрыгнула, с громким стуком ударившись о землю. Я приземлился рядом с ней и чуть выше. Я схватил её за куртку, чтобы помочь подняться на холм, но она сердито оттолкнула меня и пробежала мимо. её дыхание было прерывистым.

Я взглянул на свою тень и понял, какой короткой она стала. Я побежал за Кэтрин, стараясь держаться поближе, не обгоняя ее.

Я наблюдал за ней. Было очевидно, что она устала, но она не сбавляла темпа. Она бежала, опираясь на силу воли, перепрыгивая через сломанные ветки и обнаженные корни. Это был едва ли не бег, скорее, преодоление полосы препятствий. Я не думала, что у кого-то из нас хватит выносливости убежать от хищника. Я снова оглянулась на это. Если бы он начал уставать, я не знал, как бы я это заметил. По крайней мере, мы немного отдалились от него.