– Мне не говорили о ней, пока я рос.

– Не удивлена. Использовали девочку, – вздыхает она. – Вам неприятно это слышать, но это правда. Было бы честнее, найми твой отец суррогатную мать. Никто бы не страдал.

– О чем вы говорили с ней обычно?

– Как и все подруги, – разводит она руками. – Минутку, я принесу альбом, совсем забыла о фото!

Она вскакивает и уносится в комнату, а мы с Антоном переглядываемся.

История старая, а все равно рвет сердце – вот как так?

Катерина, судя по всему, прожила успешную жизнь: вышла замуж удачно, вырастила детей, развелась или овдовела, раз сейчас одна, плюс сделала неплохую карьеру. И сейчас при деньгах, внешности, еще не стара. А мамы Антона уже нет на свете.

Иногда мир несправедлив.

Женщина возвращается с альбомом, оформленным в лучших традициях юных девчонок: розовый цвет, рюши и подписи. Она садится так, чтобы всем было удобно смотреть и распахивает альбом.

Маму Антона я узнаю сразу.

– Это наш первый снимок, первое мероприятие. Посмотрите, какие мы красавицы, нам здесь по восемнадцать. Ну, я чуть старше, – поправляется она. – Ну и сдружились мы потом.

Она переворачивает следующую страницу, демонстрируя новые фото, и тут Антон прищуривается на одно из фото:

– А кто это?

Он показывает на девушку среди них. Сначала она кажется незнакомой, но я узнаю знакомые черты… Миловидное лицо, худощавая модельная фигура, натуральные светлые волосы и огоньки в глазах.

– Арина э-э-э Данилова, кажется. Удачно вышла замуж за олигарха Шумского впоследствии…

Мама Альбины!

Я пристальнее вглядываюсь в лицо на фото.

– Так вы были и с ней знакомы?

– Не близко, мы не дружили, – качает она головой. – Просто были знакомы.

Вот почему она показалась знакомой: дочь похожа на нее. Надо сказать, она была довольно привлекательной в молодости, хоть и специфическая внешность – потом эта «изюминка» досталась и дочери. Впрочем, чего ожидать от олигархов… Мама Антона тоже красавица. С другими они не имеют дел.

– Довольно неожиданно было, когда Шумский взял ее в жены, – продолжает она. – Мы такого вообще не ожидали, лучше всех устроилась! И это несмотря на то, что модель из нее так себе была и внешность не самая выдающаяся среди девчонок, что ни говори… Я не завидую, поверьте. Просто факт…

– Я с вами согласна, – поддерживаю ее. – Симпатичная, но на любителя. Совсем не мисс Мира, надо сказать.

– Вот-вот, – подхватывает та, поймавшись на уловку, и воодушевляется, ощутив поддержку в моем лице. – Поговаривали даже, она мужа приворожила, иначе как смогла окрутить Шумского… Говорят, мутная история там была. Ее специально познакомили с ним, и кто знает, чем она за это знакомство расплачивалась. А познакомил их как раз ваш человек, – сообщает она Антону. – Начальник безопасности.

– Что? – хмурится он. – Семен, конечно, у нас работал. Но с какой стати ему их знакомить?

– Не знаю. Может это просто глупые слухи, – вздыхает Катерина. – Никого не хочу обидеть, но модельный бизнес – тот еще змеюшник. Девочки на многое идут, чтобы добиться удачного брака. А когда это удается только одной, на нее сразу такое выливается!

Она переворачивает еще одну страницу.

Так грустно наблюдать, как целые двадцать лет жизни – надежды и мечты, юность, работа – все умещается в тонком альбоме. Словно и не было ничего.

– Это тоже мы, – вздыхает она.

Взгляд скользит по симпатичным лицам, заразительным улыбкам. Девочки на фото не подозревают, какая судьба их ждет.

Одним все, другим ничего.

Мама Антона все потеряла, а мама Альбины – обрела мужа и семью, хотя обе были из одной среди и на мой взгляд Арина Шумская уступала в красоте.

Становится грустно.

– Спасибо, – я отстраняюсь от альбома.

Антон еще смотрит. Это понятно, до этого маму он видел лишь на одном фото. Удивительно, что хоть оно осталось и начбез не вышвырнул его вслед за хозяйкой. А может спрятал Антон…

Это все очень интересно, только ни на шаг не приближает нас к разгадке.

Кто же меня подставил, какая сволочь играет нами, как куклами?

Честное слово, когда поймаю – своими руками в клочки разорву и не посмотрю, что это не интеллигентно. Душа требует отмщения!

Но все же эта встреча наводит на мысль…

Антон сосредоточился на чем угодно, только не на главном. А для меня главным все же в этой игре стала актриса, которая изобразила меня дважды на видео.

У него на уме больше «мужские» улики, а у меня – «женские».

Ему важно допросить телохранителя или установить за кем-то слежку. А мне интересно, что там черт возьми произошло!

Степан просыпается и сообщает о себе писком.

– Спасибо за встречу, – сразу же сворачивает общение Антон. – Если что-то вспомните о маме…

На стол он кладет визитку, и мы прощаемся с Катериной.

Размышляя, где удобнее покормить ребенка – в машине или уже дома, я спускаюсь за Антоном во двор. Мысли об актрисе не выходят из головы.

– Антон, ты помнишь, Градов должен был найти актрису, которая меня играла? Он что-то обнаружил?

– Что? – удивляется он. – А, нет. Тупик. Прислуга, которая работала в ту ночь, ничего ценного не сказала. Девушку не нашли.

Он говорит это без включения, и это начинает злить. Понимаю, рассказы о маме увели его из рабочего русла в грусть, но тем не менее…

– А ее искали?

– А как ты ее найдешь, Кира? Зацепок нет. Она может быть кем угодно, даже иностранкой, имя неизвестно. Забудь о ней. Когда докажем, что это сделал Шумский – или не он, если на то пошло, тогда все и узнаем. Кто нанял, кого, где она теперь, когда делали пластику.

– А я считаю, нужно искать где-то здесь. С доказательствами все равно пока туго.

– Это требует времени, Кира. иногда годы, чтобы что-то выяснить, когда речь идет о людях нашего круга.

Антон садится в машину, а я на заднее сиденье, чтобы пристегнуть Степана. Лучше бы покормить здесь, все равно не дотерпит до дома. Вынимаю заранее приготовленную бутылочку и даю Степану.

Говорить не хочется.

Меня обидел резкий ответ. Как будто кто-то не дает сосредоточиться на поисках актрисы, если больше ничего нет, нет, нужно потратить «годы» непонятно на какие поиски!

Звонит телефон, Антон отвечает. Судя по репликам, звонит как раз Градов. После короткого разговора он кладет трубку.

– Что там? – бурчу я.

– Отчет по Альбине. Новых людей в окружении не появилось. Общение идет с подругами, семьей. Магазинами. Это кто-то из ее семьи. Либо сам устроил это, либо сливает информацию тому, кто устроил.

– Ты все-таки думаешь на Шумского?

Антон не отвечает и заводит авто. Я пристегиваю Степана, но сама не пересаживаюсь вперед. Злюсь на Антона.

Судя по красноречивому молчанию, он понятия не имеет, враг Шумский или нет, и устал от этого. К нормальной жизни мы не вернемся, пока не узнаем правды. А узнать ее не представляется возможным… Придется всю жизнь трястись, как на пороховой бочке, чтобы неизвестный враг не выкинул против нас еще что-то.

Дома я переодеваю сына и оставляю немного побрыкаться.

Глядя, как резвиться ребенок, улыбаюсь.

Я была счастлива, если бы мы нашли того, кто меня подставил. Иначе это жизнь с занесенным над головой мечом.

Антон уходит переговорить со своими в кабинет, но минут через десять возвращается.

– Мне нужно уехать.

– Надолго? – безмятежно спрашиваю я, но пальцы сами стискиваются на перекладине кровати.

Что-то в тоне заставляет ощутить тревогу.

Ледяную, забирающуюся за воротник своими ледяными пальцами.

К сердцу.

– Ты права, Кира. пора положить этому конец.

Поворачиваюсь к Антону.

У него суровое лицо, сжатые зубы – он на что-то решился.

– О чем ты?

– Можно все решить силовыми методами.

– С Шумским? – пугаюсь я. – А ты не думаешь, что он тоже не простой человек и ответит за это?

– Я не могу позволить так с собой поступать, со своей женой, ребенком. И трястись я тоже не стану.