Увидев меня, Гримз вздрогнул и попытался спровадить кота, но тот лишь лениво открыл один глаз и не сдвинулся с места.

— Э… это он ко мне приблудился, мисс Элис, — пробурчал Гримз, смущенно отводя взгляд. — Несколько дней уже крутится. Думаю, может, мышей ловить будет…

Я не удержалась и улыбнулась этой неожиданной сцене.

— Ничего страшного, мистер Гримз. Он милый.

Я присела на корточки, чтобы получше разглядеть зверя.

— Здравствуй, красавец. И откуда же ты такой пушистый взялся?

И тут в моей голове прозвучал голос. Ленивый, слегка надменный.

«Красавец»? И это всё? Я являюсь в свой законный дом после стольких лет скитаний, а меня встречают такими примитивными эпитетами. Лисандра дала бы мне куда более комплексную характеристику. А этот двуногий, хоть руки у него и золотые, но интеллектуально, увы, ограничен. Через пять минут мурлыкания он уже был готов отдать мне последнюю воблу».

Я отшатнулась, едва не выронив корзину. Глазами я видела, что кот лишь облизнулся. Гримз смотрел на меня с беспокойством.

— Мисс? Вам дурно?

— Ты… ты не слышишь? — выдохнула я.

— Мурлыканье? Еще бы…

«Естественно, не слышит. Его тело не настроено на восприятие высших форм коммуникации. В отличие от тебя. Хотя и ты, я смотрю, не блещешь проницательностью. Неужели не поняла сразу? Ты же надевала Ключ».

— Туфельки… — прошептала я.

Кот с грацией, невероятной для его габаритов, спрыгнул с колен Гримза и величественно подошел ко мне, высоко неся свой полосатый хвост.

«Наконец-то доходит. Да, хрустальные туфельки. Лисандра обнаружила их много лет назад у себя на столе. Появились из ниоткуда. Я появился вместе с ними, так что мы выдвинули гипотезу, что туфельки — некий артефакт, связанный именно с Лунной Дачей, а я, возможно, кто-то вроде Хранителя этого места. Она только начала исследования, как… ну, ты знаешь. А после ее смерти они исчезли. И вот теперь вернулись к тебе. Что, впрочем, вполне логично».

Он сел, обвил хвостом лапы и смерил меня оценивающим взглядом.

«Зови меня мистером Уайтом. Я считаюсь главным наследником нематериального интеллектуального имущества Лисандры, поскольку именно мне она доверяла свои самые смелые гипотезы, пока я сопровождал ее в полевых исследованиях. После ее смерти я удалился в добровольное изгнание, дабы собирать по миру знания. И вот, вернулся. Могу констатировать, что поместье, мягко говоря, пришло в упадок. Но вижу, кое-кто пытается навести тут порядок, хоть и с переменным успехом».

Я стояла, пытаясь переварить этот поток информации. Ученый кот. Наследник Лисандры и одновременно Хранитель Лунной Дачи. Исчезнувшие и вновь появившиеся туфельки…

— Погоди… Ты говоришь, мама их изучала? — спросила я вслух, забыв, что Гримз смотрит на меня как на сумасшедшую, разговаривающую с котом.

«Естественно. Но, к сожалению, не успела узнать что-то толковое. Ну, так чем займемся в первую очередь? Восстановление поместья — дело нужное, но явно не использующее наш с тобой полный потенциал. У меня на примете есть пара совершенно восхитительных теоретических выкладок насчет природы магической пыли…»

Я смотрела на этого важного, пухлого кота, который считал себя главным наследником моей матери и, судя по всему, моим новым научным руководителем. Моя жизнь окончательно и бесповоротно превращалась в какой-то сюр. Но где-то глубоко внутри, в той части, что когда-то зачитывалась сказками, вспыхивала искра восторга.

визуал:

Неделя промчалась для меня в вихре дел, которые странным образом сплели воедино магию, химию и бесчисленные чашки чая от миссис Дженкинс. Я превратила лабораторию в старой оранжерее в чистый, светлый кабинет, где теперь вела курсы юного химика для Инны и Кевина. В углу, на подушке, принесенной с кухни, восседал мистер Уайт. Ученый кот с видом полнейшего равнодушия наблюдал за нашей суетой, лишь изредка приоткрывая один глаз, чтобы оценить происходящее с высоты своего кошачьего интеллекта.

Я склонилась над лицом Кевина, внимательно изучая его кожу при свете мягкого магического шара, витающего под потолком. Обскур-ящик стоял наготове.

— Воспаление значительно уменьшилось, — констатировала я, сделав снимок, и Кевин не смог сдержать робкую улыбку. — Но кожа стала слишком сухой, стянутой. Чувствуешь?

Кевин кивнул, проводя пальцем по щеке.

С подушки донеслось ворчливое замечание:

— Поздравляю. Вы сменили проблему «цветущего сада» на проблему «выжженной пустыни». Научный прогресс, несомненно, налицо. Вернее, на лице.

Я проигнорировала комментарий. Никто, помимо Гримза, еще не знал, как о том, что благодаря туфелькам я начала понимать животных, так и о том, что мистер Уайт — Хранитель Лунной Дачи.

— Концентрация салициловой кислоты завышена, — заключила я. — Это поправимо. Но сейчас нам всем требуется увлажнение.

Я также сделала новый снимок экземы на руках и лице Инны. Прогресс был очевиден: воспаленные красные пятна побледнели, ушел страшный зуд. Но до полного заживления было далеко.

— Стабильное улучшение, — прошептала я, сверяясь с первым, ужасающим снимком. — Но это лишь начало пути.

Проблема сухости кожи была очевидна и на снимках моего лица, лица миссис Дженкинс. Идея о создании универсальной увлажняющей сыворотки с витаминами Е и С созрела во мне окончательно. Лаборатория ненадолго превратилась в лекционный зал. Я стояла у большого листа бумаги, разложенной и прикрепленной на доске, чувствуя себя странно — эта роль напоминала мне о прошлой жизни, о защитах и научных конференциях.

— Инна, Кевин, чтобы понять, что мы делаем, нужно понять — что такое витамины? — начала я. Оба смотрели на доску с интересом, хотя Кевин выглядел слегка потерянным. — Это особые вещества, крошечные, но жизненно важные. Представьте, что наш организм — это сложный механизм. Витамины — это детали, без которых шестеренки начинают скрипеть, заедать и ломаться. Организм получает их сам, из питательных веществ.

Инна, всегда сдержанная, внимательно слушала, ее взгляд скользил по схематичным рисункам витаминов на доске.

— Получается, — сказала она медленно, подбирая слова, — без витамина С кожа теряет прочность, медленнее заживает.

— Правильно! — подтвердила я. — А витамин Е — это защитник. Он оберегает клетки от повреждений.

— Значит, наша задача — доставить витамины прямо в клетки кожи, — заключила Инна.

Мистер Уайт, не открывая глаз, буркнул с подушки:

— Наконец-то разговор сдвинулся с мертвой точки. Может быть, скоро вы дойдете и до сути.

Я улыбнулась. Инна схватывала суть с поразительной скоростью.

— Совершенно верно. Но нам не нужно изобретать их с нуля. Природа уже все придумала. Наша задача — аккуратно извлечь готовые витамины из растений, где они содержатся в большой концентрации.

Я подошла к столу, где стояли заранее приготовленные мною образцы: бутылка из темного стекла с подсолнечным маслом, небольшая баночка с маслом зародышей пшеницы, сушеные ягоды шиповника и пучок свежего укропа.

— Витамин Е в изобилии содержится здесь, — я указала на масла. — А витамин С — здесь. Но просто съесть их недостаточно. Нам нужен концентрат, чистая субстанция, которую мы потом добавим в сыворотку.

Я развернула большой лист бумаги и быстрыми, уверенными движениями нарисовала две схемы. Слева — сложная многогранная структура с длинным «хвостом»: молекула токоферола, витамина Е. Справа — более компактная, почти круглая молекула с шестью атомами, образующими кольцо, — аскорбиновая кислота, витамин С.

— Вот что мы ищем, — объявила я, указывая на рисунки. — Это и есть наши цели. Молекулы витамина Е и витамина С. Они крошечные, невидимые глазу, но именно так они выглядят. Запомните эти формы.

Кевин скептически хмыкнул: