Я увидела, как его рука дернулась в сторону… короны.

Его клинок описал дугу, прикрывая символ имперской власти. А я осталась без защиты. Ледяной ужас сковал меня. Но тут могучий бок янтарного медведя сдвинулся, приняв удар на себя. Раздался оглушительный грохот, однако шкура зверя выдержала удар. Медведь лишь рыкнул от ярости и швырнул наемника в стену, как тряпичную куклу.

Следующий сгусток, выпущенный из другой точки, был быстрее. Он летел прямо в группу послов Альянса. Целью был их лидер — седовласый, но прямой как меч, Верховный король Альянса. Никто не успевал среагировать. Ни гвардейцы, ни медведи. Чистый инстинкт и холодный расчет заставили меня двинуться. Мир висел на волоске, и смерть короля Альянса на территории Империи означала бы неминуемую катастрофу.

«Туфельки, защитите!» — отчаянно подумала я и бросилась вперед, закрывая короля своим телом.

Удар был сокрушительным. Белая вспышка света поглотила все вокруг. Я почувствовала, как по всему телу прошел жгучий ток. Туфельки на моих ногах вспыхнули ослепительным сиянием, вобрав в себя энергию заклинания. Я устояла на ногах, лишь слегка пошатнувшись, чувствуя, как хрусталь на моих туфлях на мгновение стал горячим, а затем снова остыл.

После этого атака захлебнулась. Гвардейцы Кассиана быстро и эффективно скрутили последних сопротивляющихся. В зале воцарилась гробовая тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием медведей и стонами раненых.

Я отдышалась и посмотрела на Кассиана. Он стоял, все еще прикрывая корону, и его взгляд был полон сложной смеси облегчения, благодарности и стыда. Он не выбрал меня. В решающий момент его долг перед короной перевесил. Что бы ни было между нами, я всегда буду на втором месте. Эта мысль упала в душу холодным тяжелым камнем.

Верховный король Альянса, оправившись от первого шока, сделал шаг ко мне. Его глаза, мудрые и усталые, внимательно изучали мое лицо.

— Мисс Мёрфи, — его голос был тихим и проникновенным. — Альянс в неоплатном долгу перед вами. Ваша храбрость… Лично я — не забуду её никогда.

Он склонил голову. Этот жест, от человека его ранга, был красноречивее любых слов.

И тут мой взгляд, обостренный адреналином и силой туфелек, выхватил из толпы несколько ключевых лиц. Я увидела Льюиса Тревиса, уже скрученного гвардейцами. Его лицо было не просто яростным, оно было потрясенным. Он смотрел на Верховного короля, а затем на своего стрелка с таким немым вопросительным ужасом, который не мог быть наигранным. Его люди не целились в Альянс. Это была роковая случайность, ошибка в хаосе.

Затем я увидела лица других задержанных мастеров Гильдии. В их глазах читалось паническое недоумение.

И наконец, я посмотрела на самого Верховного короля. Его благодарность была искренней, но за ней сквозило ледяное, стратегическое осознание. Подозрения Верховного короля подтвердились. Гильдия, с которой у Альянса были тайные договоренности, оказалась не просто коварным, но и абсолютно неуправляемым союзником. Их агенты едва не убили его самого на чужой земле. Доверие, хрупкая основа любого тайного альянса, было разбито вдребезги одним случайным выстрелом.

Кассиан, судя по его резко просветлевшему и одновременно сосредоточенному взгляду, понял то же самое. Его люди не зря рисковали, помечая заговорщиков. Теперь у него было не просто доказательство их вины перед Империей, но и железный козырь против любого возможного союза Гильдии и Альянса. Случайность дала Империи такой шанс, о котором он не мог и мечтать.

Возможно, путь к миру только что открылся. Но в моей душе не было ликования, лишь ледяная пустота и горькая ирония. Вся эта грандиозная битва, все эти интриги — и решающий поворот случился из-за чьей-то глупой ошибки, а не благодаря нашему блестящему плану.

Я хотела что-то сказать, но мой взгляд упал на боковой вход в зал. И кровь застыла в жилах. Там, опираясь на двух гвардейцев, стоял Виктор. Его лицо было белым как мел, а на боку его ливреи расплывалось алое, ужасающее пятно.

— Виктор! — я бросилась к нему, забыв о короле, о принце, обо всем на свете. — Почему ты здесь? Ты же должен был ждать в другом месте!

— Беспокоился о вас… — он пошатнулся, и я подхватила его. — Я… слышал взрывы, мисс Элис… Беспокоился о вас…

Я опустилась на колени рядом с ним, сжимая его холодную руку. Лекарь, уже подбежавший к нам, мрачно покачал головой, осматривая рану. Я знала, что их магия бессильна против таких травм. Разрез был глубоким, задет важный орган. Обычное зелье не справится.

Я посмотрела на Кассиана, на короля, на сияющую корону. Затем — на бледное, искаженное болью лицо Виктора. На его верные, преданные глаза.

Выбор был сделан.

Я опустилась на колени, обнимая Виктора, и прижалась к его плечу. Затем подняла голову и тихо, но четко, обращаясь к туфелькам, к той силе, что связывала два мира, произнесла:

— Туфельки. Перенесите нас домой. На Землю.

Воздух снова задрожал, зазвенел, пространство вокруг нас поплыло, исказилось. Последним, что я увидела, были широко раскрытые глаза Кассиана, в которых читался шок.

А потом всё исчезло.

КОНЕЦ ПЕРВОЙ ЧАСТИ