И это выдало её с головой.

Вернее — выдало бы, если бы не выдали ещё раньше считанные при помощи способностей Темнозара эмоции…

И если бы не обрывки воспоминаний, которые я случайно перехватил ещё раньше, во время эпизода на станции. Благодаря им, например, я точно знал, что мужчины пока не предлагали этой хорохорящейся девчонке ничего и никогда, у неё просто нет соответствующего опыта, он ограничивается просмотренными голофильмами. Не потому что страшная, вовсе нет — напротив, интерес экзотическая красотка у противоположного пола всегда вызывала, но хоть какому-то развитию отношений мешали аристократические заморочки. С одними нельзя — вражда; с другими — не по рангу, родовитости не хватает; третьи — родители попросили держаться подальше, так, просто на всякий случай; четвёртые же даже и заикаться не будут, не подойдут и не посмотрят прямо в глаза, потому что сами предками не вышли, и побояться подставиться под гнев родичей, которые уж точно не пощадят, когда узнают, что за выскочки на их единственную любимую дочку глаз положили.

Угораздило же бедняжку в таком змеючнике оказаться! Кажется, сестрице моей и той меньше досталось, хотя её самостоятельную жизнь на Технотроне тоже назвать сахаром сложно, если судить по обрывкам рассказов…

С другой стороны — опыт, связи, всё это тоже полезно. С моей точки зрения — так вообще Лилия была бесценным источником информации, из которого очень много полезного можно вытащить про разные семьи одарённых, с которыми может сложиться так что придётся коммуницировать.

Но то в будущем. А сейчас она стояла с видом нахохлившегося мирийского воробья, улыбалась, смотрела с вызовом… И не подавала вида о том, что происходит у самой внутри. А внутри-то, я прекрасно это видел, всё дрожит и трясётся.

Меня это неимоверно забавляло.

Лилия знала, что меня это забавляет, понимала, что вижу её насквозь — но ничего не могла с собой поделать. И, пусть очень стеснялась внезапной близости, которая возникла с совершенно незнакомым человеком, но и её это забавляло тоже. Этакая игра, когда все всё знают, но каждый изо всех сил делает вид.

И насколько же мы хорошо теперь понимали друг друга — никогда бы не подумал, что подобный эффект может возникнуть, фактически, всего лишь за один длительный сеанс мысленной связи, которая к тому же сопровождала спринтерский забег по горящей станции с лихорадочными попытками спасти как можно больше людей.

Но получилось, как получилось. Вероятно и правда сыграло то, что Лилия — целитель, и в некоторой степени наши дары родственны: я повелеваю разумом, она — телом, при этом и то, и то — взаимодополняющие и не самостоятельные части человека, области, которые пересекаются и многократно перекрываются. Через физиологию можно влиять на разум, а с помощью разума можно управлять физиологией, пусть ограниченно, но такие связи есть.

Понимая силу и глубину не по моей воле возникшей связи, я просто не мог не вспоминать теперь время от времени о Яромире. Как бы жена не закатила сцену ревности, когда вернусь и она узнает все подробности моих весёлых приключений… Что-то подсказывало, что появление конкурентки её ни разу не обрадует, и Снежану-то дорогая супруга выносила с трудом.

Но Яромира далеко, и объясняться с ней предстоит не скоро. Да и до тех времён легко можно и не дожить…

А вот Лилия в моей каюте, прямо здесь и сейчас, мы фактически одни… И совру, если скажу, что эта юная, стройная, безусловно красивая девушка с яркой внешностью и идеальной фигурой не вызывает внутри вообще никаких желаний, особенно учитывая злосчастные последствия от медицинских процедур, которые всё никак не желают пройти.

Но, конечно же, позвал я Лилию к себе вовсе не для развлечений.

— Собственно, для чего я тебя пригласил. Вот, — позволил себе всё же немного поиграться ещё, и пройти по самой грани — приобнял не удержавшуюся и всё-таки вздрогнувшую девушку за плечи… И развернул её в сторону частично разобранного устройства Древних, которое едва помещалось в довольно просторной капитанской каюте. — Пока мы общались мыслеречью, я мимолётно успел понять, что у тебя есть кое-какие артефакты для работы с металлом…

Девушка, которая при касании моей руки напряглась, сначала вроде бы расслабилась — но только упомянул про артефакты, как напряглась снова.

Пришлось спешно успокаивать.

— Нет-нет, не подумай, не претендую! Просто хотел попросить о помощи. Ну и ты же понимаешь, что некоторые наши секреты… Больше не секреты. Дальше меня эта информация не уйдёт, не переживай. И я со своей стороны тоже рассчитываю на твоё благоразумие и взаимное понимание. Но сейчас — просто посмотри на эту штуковину, и скажи, сможешь ли починить с помощью своих артефактов?.. — Активировал трёхмерную проекцию, присланную мне Арраком, с указанием в каких местах, что и как надо чинить. — Материал не обычный и ты с таким вряд ли сталкивалась, но это всё же скорее металл, чем что-либо другое. Сложный сплав. Наше стандартное оборудование… Не уверен, что справится. А вот с твоими игрушками есть шанс. Можно потренироваться сначала на кошечках, ну, в смысле, на обрезках того же происхождения — они у нас есть, тоже с собой забрали… Что сможешь?

Конечно же, верить всем словам Снежаны безоговорочно не стоило. Мотивы дочери предателя и скрытого — а может, и явного — врага Перовского до сих пор были не до конца мне ясны. Она определённо преследовала свои собственные цели, и совет ускориться с починкой устройства Древних мог легко оказаться и подставой — например, если девушка точно знала, что без помощи Аррака мы всё сломаем.

Поэтому стоило быть предельно осторожным, и всё зависело от того, насколько способна справиться с поставленной задачей Лилия.

А с её стороны я уловил серьёзные сомнения и даже начал было уже примерять мысль, что ничего путного у нас с ней не выйдет… Но потом вдруг глаза девушки загорелись.

— Да это же почти то, чем я занимаюсь с помощью своего дара! Целительство! Пусть восстанавливать предстоит не живое существо, а рукотворно — ну, наверное, всё же рукотворно — созданный артефакт…

— И не привычными тебе методами. Да, всё так и есть.

— Сложно. Никогда не делала такого. Но… Попробую. Это… Очень интересная задача. Темнозар, спасибо, мне бы даже в голову не пришло таким образом использовать свой дар!

— Перестань. Это я тебя благодарить буду. Когда закончим. Если всё получится — проси, что хочешь! Конечно, в рамках разумного.

— И попрошу!

— Об этом поговорим потом. Сначала — сделай…

— Боюсь, мне будет нужна некоторая помощь. Я в этих штуках ничего не понимаю.

— Само собой.

Не откладывая в долгий ящик, мы тут же взялись за работу.

С помощью двух артефактов Лилии — толстого металлического браслета и маленького прозрачного колечка — попробовали срастить отдельные куски сплава Древних. Получилось с первого раза, и даже лучше молекулярной сварки.

Потренировавшись и набив руку, мы начали работать уже с теми местами, где требовалось заделать повреждения. При этом весь процесс от и до контролировал я, а действовали мы опять в жёсткой мысленной связке — у меня была возможность передавать информацию из трёхмерных чертежей напрямую в мозг, фактически проецируя картинку того, что нужно, поверх того, что есть на самом деле. Оставалось только желаемое привести в соответствие с реальным.

Кое-что предпочёл сделать сам — например, аккуратно спилил в одном месте якобы лишнее, по мнению Аррака. Воспользовался при этом своим верным ножом, с которым не расставался после нового появления в мире живых вообще никогда. Когда достал его, в глазах Лилии мелькнуло удивление: волшебное появление оружия, спрятанного до этого на коже под одеждой, оказалось для неё совершенно внезапным.

— Ну а что ты думала? Не у вас одних тела обвешаны всякими штуковинами, которые нужны для выживания!

— Это… Логично. Просто больно уж неожиданно. Ты такой опа-а-асный, Темнозар!..

— Цыц! Отставить разговорчики, у нас ещё пять швов не доделано…