А как всё хорошо начиналось!

— Кто угнал наш «Шершень»?.. — Хосе наклонился вперёд, вглядываясь в изображение на экранах, и протянул поражённо — даже как-то совсем по-детски обиженно.

— Кто-кто… Только кибермансер может спрятаться от другого кибермансера! — я уже выдвигал турели, наводя вспомогательные орудия на юркий десантный танк.

Жалко его, конечно — но что делать?..

— Сеньор! Неужели вы будете стрелять в Руслана? Он же… — Хосе резко обернулся ко мне и посмотрел умоляющим взглядом.

— Он же — жрец Хаоса. Надо было решить этот вопрос сразу, а не пригревать мирийскую змею… — одновременно с этими словами, я открыл огонь. Но щиты танка были выкручены на полную мощность, и пока умудрялись гасить весь урон, так что я начал ещё и доворачивать «Косатку» так, чтобы навести на беглеца орудие главного калибра.

— Сеньор! Руслан хороший! Не надо!..

— Вождь! Стрелять по жрецу Хаоса — не лучшая идея. Чревато последствиями…

— Ладно… Ты прав.

Не стал озвучивать, что палить из главного калибра в не таком уж и большом ангаре Древних — тоже идея так себе. Ведь избыточно мощное орудие — несомненный плюс во многих ситуациях, который позволяет преподнести смертоносный сюрприз вражеским кораблям даже с более высоким классом. Но в некоторых случаях нужно не палить из пушки по воробьям, а что-то послабее — но при этом мощнее противоабордажных скорострельных пушек, которые оказались неспособны прогрызть выкрученные на максимум щиты десантного танка.

Скривился и всё же послушался лока, прекращая манёвр и останавливая стрельбу. Вместо добивания танка, дал увеличенную тягу на двигатели, рискуя влететь на всей скорости прямо в лежащий прямо по курсу корабль Древних… Но тут уж была, ни была.

— Спасибо, сеньор…

Хосе сидел потерянный — управление «Косаткой» я у него забрал, не спрашивая и не предупреждая. Увы, на чувства бывшего юнги сейчас было плевать, больно высоки ставки. Если жрец захватит корабль — или сделает то, что ему приказал сделать покровитель — мало не покажется никому.

В прошлый раз заигрывания с хаосом привели к Катастрофе, которая изменила жизнь во всём известном мире…

Не хотелось думать, чем всё может закончиться сейчас. Как минимум, ничего хорошего ждать не следовало…

Мы безнадёжно отставали. «Косатка», верткая и быстрая в открытом космосе, в тесном ангаре никак не могла разгоняться на полную мощность. И пока я аккуратно маневрировал, боясь врезаться во что-то, «Шершень» уже скрылся внутри гигантского корабля, юркнув в похожее на шлюз отверстие.

Мы, конечно же, не могли лететь следом. Проход оказался слишком узким…

— Придётся пешком!

— Напоминаю ещё об одной проблеме, вождь.

— О какой проблеме?

— Центурион.

— И правда. Кровавые…

Огромный имперский боевой робот и настоящая машина для разрушения… Конечно же, хотелось надеяться, что верный слуга нашего полоумного жреца остался на Арконе. Но я в такую благость не верил, и проверить не мог — связь с планетой хоть и была, но сильно ограниченная, не говоря об отсутствии покрытия всей поверхности камерами. Я просто чувствовал себя слепым.

Отбил сообщение следующего содержания: «Посмотрите, у вас ли Центурион. Сообщите. Будьте осторожны. Руслан чудит».

Вот только, ответа можно было ждать долго…

А вопрос со жрецом требовалось решать здесь и сейчас.

Сначала хотел пойти один — но увидев, что остальные члены команды сорвались следом, не стал им препятствовать. В конце концов, если что пойдёт не так — их дело.

В условиях низкой гравитации отлично работали реактивные ускорители, так что из трюма «Косатки», зависшей напротив похожего на шлюз отверстия в обшивке Арбитра, мы вылетали огненными болидами, послав вперёд шустрые зонды. Благо, высокие и широкие коридоры, рассчитанные на рост явно больше человеческого, позволяли перемещаться внутри довольно вольготно.

Конечно же, мы не успели…

Руслан первым добрался до помещения, которое я сразу охарактеризовал, как сердце корабля — и по расположению, и по размеру, и по внешнему виду.

Жрец стоял к нам спиной ровно посередине, а его руки густо опутывали сложные полупрозрачные светящиеся структуры, изменяющиеся с каждым движением — будто он по локоть вляпался в переливающуюся всеми цветами радуги и мигающую паутину.

Только мы влетели внутрь, Руслан обернулся. Лицо его выглядело мертвенно-бледным — возможно, просто из-за гуляющих по нему отсветов — но было спокойным.

А вот глаза фанатично горели. Наверное, впервые я увидел в них хоть какую-то жизнь.

— Стрелять… Не советую. Защитное поле.

Сразу понял, спасибо родному Источнику Темнозара — это не ложь, и демонстративно опустил раструб своего гипербластера.

— И что всё это значит? — спросил, одновременно касаясь поверхности палубы тяжёлыми подошвами, выключая ускорители и готовясь к бою.

— Сейчас расскажу. У нас как раз есть немного времени… Выслушаешь? Тебе может быть полезно.

Опять понял — говорит искренне. Мне и правда может пригодиться то, что собирается сказать…

Но шанс, что поганец просто заговаривает зубы, всё равно оставался.

Не говоря о том, что его божество могло использовать своего послушника втёмную…

Но я всё же кивнул.

— Слушаю. Только давай скорее, пожалуйста. Ситуация, знаешь ли, не располагает.

— А долго и не получится. Всё проще простого: с момента, как я пошёл на службу к Разрушителю и в качестве платы потребовал всезнание — ну или, как это получилось на самом деле, получение ответов на все заданные в течение некоторого ограниченного промежутка времени вопросы — с того самого момента я знал, что где-то здесь, в этой системе, находится ключ. Ключ к моему освобождению.

— Освобождению? От бога Хаоса? — уточнил я.

— И от него тоже. Но я имел в виду — от всего этого, — Руслан широко взмахнул рукой, словно обнимая весь корабль, всю планету, всю галактику. — Я же говорил тебе, Темнозар… Весь мир вокруг нас — иллюзия. Симуляция. Матрица. Мы — либо искусственно созданные строки кода, либо игроки, погружённые в виртуальные капсулы с автономным питанием, и доживающие свои последние годы — пока они не откажут…

— Я уже говорил. Это интересная гипотеза. Но — всего лишь гипотеза…

— Открой глаза, Последний Воин. Неужели всё вокруг нас похоже на настоящий мир? Какие физические процессы могли создать такое? А?

— Ну… Всё выглядит совершенно нормально. Разве нет?..

— Нормально, как же… Перемещения в сверхсвете. Мгновенная связь. На одних планетах технологическое развитие дошло до создания искусственных людей и сложнейших вычислителей — на других до сих пор возделывают землю мотыгами, или охотятся на бизонов. Наконец, мир, где даже погибнуть на самом деле нельзя! Все простые люди, статисты, возвращаются с той стороны, как ни в чём ни бывало, заполняют пустоты и оживляют декорации, что бы ни случилось. Что же до теней… Будучи тенью — ты либо перерождаешься в Пятне Хаоса, а если повезёт добыть его — у своего родового Алтаря… Либо, в самом худшем случае, попадешь в Преисподнюю. А там вынужден выполнять дурацкие квесты Бога Смерти. Да что я говорю — ты ведь знаешь об этом больше всех, ведь прошёл всю эту цепочку и вернулся назад…

Снова пожал плечами — безумный жрец меня не переубедил.

Он, заметив мой жест, усмехнулся и оборвал речь на полуслове.

— Ты можешь считать, как хочешь — у меня нет задачи переубедить тебя. Просто хотел сказать следующее. Чтобы проснуться, выйти из системы в реальный мир — нужно её взломать. Создать неразрешимый конфликт. То, что она не сможет обработать.

Руслан посмотрел на светящиеся линии, в которых утопали его руки.

— Слияние разума жреца Хаоса, существа, чья душа и сила принадлежат одному из новых богов, с вычислителем корабля Древних… Древних, которые существовали задолго до Кровавых, и чьи технологии лежат вне нашей логики… Это и есть тот самый конфликт. Нерешаемая задача. Противоречие. Билет домой.