Майор пригласил меня сходить с ним в лес завтра утром. Ему хотелось посмотреть на то, как такой тщедушный эльф будет крутить демонов. Отказывать ему я смысла не видел.

— Входи! — крикнул Ибранин, когда я постучал в дверь. Только вот когда открыл, то первый, кого я увидел, оказался не хозяин комнаты.

— Ублюдок, ты что здесь делаешь? — вырвалось у меня. Я мигом разозлился, ощущая отвращение к этому эльфу.

Руалианет! Он сидел на стуле у стола, когда Ибранин на кровати, оперевшись ладонями чуть позади спины. Хозяин комнаты подскочил и тут же поспешил встать между нами:

— Подожди, Адмир! — сказал он. — Не будь так строг к нему!

— Ты хоть понимаешь, что несёшь? Он же… он… Как ты можешь защищать этого морального урода⁈

— Я ведь говорил, — Руалианет покачал головой с сожалением и поднялся со стула. — Мне лучше уйти.

— Это уж точно, — фыркнул я.

Недоэльф молча ушёл, прикрыв за собой дверь. Я же строго посмотрел на Ибранина. Он виновато опустил взгляд.

— Я простил его.

У меня просто слов не было. Как можно простить после такого? Почему он вообще здесь? Почему его не перевели?

Я тяжело вздохнул и потёр виски, прикрыв глаза. Надо успокоиться.

— Он неплохой эльф, — продолжал Ибранин. — Он искренне раскаялся, правда. Я ведь тоже не сразу смог простить его. Но Руалианет показал делом, что я… дорог ему. Знаю, это может казаться очень странным, — он вяло улыбнулся.

— И что вы теперь, сладкая парочка? — с раздражением предположил я.

— Что? Нет! Совсем нет, — парень испуганно замотал головой и замахал руками в отрицании. — Мы просто друзья! Он ни разу даже не пытался! И вообще, теперь принимает те таблетки. Просто… Это сложно объяснить, Адмир.

— Так просто или сложно? — хмыкнул я.

— Он теперь навечно на этих болотах, понимаешь? Совсем как я. Поставили перед выбором: или новый вечный контракт подписывать, или под суд.

— Сам виноват, нечего его жалеть, — отмахнулся я. — Но ты то чего? Внезапно увидел в нём родственную душу? Ты с ума сошёл?

— А может и увидел, — в голосе Ибранина звучало упрямство, я даже удивился. До этого он говорил как слабый и неуверенный в себе эльф. — Осмотрись вокруг: это всё он сделал.

Спорить было глупо, изменения колоссальные. Комната выглядела жилой. По углам кадки с крупными цветами, на окнах поменьше. Картины, фигурки, вязаные салфетки и коврики. Здесь стало гораздо уютнее. Даже ароматизатор какой-то. Ну и зеркало огромное, куда без этого.

— Господин Онванар пожалел меня. Его чувства понятны, он добрый эльф. Руалианет же… Мне кажется, он любит меня. Я ему действительно нужен. Иногда его забота пугает меня. И всё же, он ни разу не заикнулся о прошлом, если не считать его вечные «прости, я виноват». Это очень странно, но мне нравится. Скажи Адмир, после всего, что сотворил, я имею право быть хоть чуточку счастливым?

Он смотрел на меня с жалостью, как побитый и мокрый котёнок под дождём. Мои мысли путались, я не знал, что отвечать. И тогда он продолжил свой монолог:

— Я мог бы оттолкнуть его, так как и сам считаю, что не достоин подобного отношения. Конечно, оправдываюсь, что тогда сделаю больно и ему, не только себе. И всё же… Мне не у кого просить совета. Онванар сказал, что я могу и не прощать его. А если простил, то уже сам должен решать, как к нему относиться. Но разве это совет? Адмир? Я правда в тупике. На меня столько всего свалилось. А дружба с Руалианетом даёт мне спокойствие. Хоть ненадолго, но я забываю, в какой ситуации нахожусь и ощущаю себя самым обычным парнем.

Я снова вздохнул и молча подошёл к окну. Во дворе никого не было. Пока размышлял, лишь один эльф прошёл — повар Орисалар. Кстати, этот козёл ведь бесподобно готовит. Может, пообщаться с ним? Узнать секретики?

Повернулся к Ибранину. Тот продолжал стоять, с тревогой смотря на меня. Губы жевал даже. Это вызвало у меня усмешку. С каких пор двадцатилетний я стал таким авторитетом, что эльфы гораздо старше меня видят во мне старшего товарища? Забавно, но приятно, когда не воспринимают как малолетку.

— Это твоя жизнь, Ибранин, ты сам должен решать. Пусть ты и отщепенец, преступник, но свобода — она в сердце. Ты совершил много ошибок, которые привели тебя сюда. Но ты и осознаёшь, что был неправ, а так же готов исправляться, работать на благо всех эльфов. Так почему бы не быть хоть чуточку, хоть иногда счастливым? Я не тот, кто может решать, достоин ты счастья или нет, но не вижу с этим проблем. Ты должен бороться с демонами. А чтобы быть сильным… Нужны тренировки, развитие. Но и дружба не помешает. Тебе общаться с Руалианетом, по отношению к тебе он совершил непотребства, так что тебе решать, как быть с ним. Прощать или нет. Но я бы не отказался заглянуть в его голову.

— Я попрошу его, — парень радостно встрепенулся. — Ради меня он согласится, уверен.

Я кивнул. Ну а что? Ещё один подопытный! Почему бы не воспользоваться ситуацией?

Вскоре я оказался в том самом лесу в голове Ибранина.

— Я вспомнил этот пейзаж, — сказал парень, смотря куда-то вдаль, на лучи света. — Я ведь уже отслужил в армии, как оказалось. В одном из патрулей я увидел это место и поразился его красоте. Никогда не думал, что на Жутких Болотах может быть настолько красиво.

— Этот мир многогранен, да и жизнь тоже. Смерть от них не отступает, — решил я поделиться своими мыслями. — Всё гораздо глубже и сложнее, чем может показаться на первый взгляд. А мы лишь песчинки, возомнившие себя властителями природы. Никто не знает, что нам уготовано в будущем, с чем столкнёмся. И вот такие мелочи, как случайно увиденный пейзаж в пути, скрашивает существование не хуже, чем любовь и дружба.

— Как же ты прав, Адмир. Как ты прав…

Ибранин продолжал смотреть вперёд, но из его глаз лились слёзы.

— Мы с Руа обречены, у нас нет иного будущего, кроме как вечный бой с нечистью. Мы… мы будем помогать друг другу и поддерживать. Так будет проще нам обоим.

— «Руа» значит «мечта», — тихо сказал я. — Хозяин мечты, таково его имя. Неудачное, — хмыкнул я.

— А что значит моё имя? — Ибранин повернулся ко мне.

— Что-то вроде «творец-ремесленник», — я развёл руками.

Он усмехнулся.

— Больше нет. Я ведь продолжал дело своих родителей, став плотником. Наверное, они видели таким моё будущее, давая столь приземлённое имя. Я о многом жалею, но пути назад нет. Прошлого не вернуть. Я могу только двигаться вперёд.

— И всё же, ты хочешь помнить, — заметил я.

— Без прошлого нет будущего, как мне кажется. Тем более, тот ребёнок на моих руках, моя дочь… — он посмотрел вниз, на свои ладони, которые разметил так, будто держит дитя. — Это непередаваемо. Я не хочу отказываться от прошлого, как хорошего, так и плохого, ведь это всё часть меня.

Я сел на траву и погрузился в «библиотеку воспоминаний» Ибранина. Пока распаковывал одно, Рэй искал другие спрятанные. Ведь с простыми мог справиться штатный менталист, а вот там, где нагадил Иналем, всё гораздо сложнее. Жизнь этого эльфа в самых ярких и значимых моментах раскрывалась на моих глазах.

Ибранин был когда-то очень обеспеченным плотником. Сам много зарабатывал, имея мастерскую с помощниками, ещё и наследство родителей. Он считал, что его жизнь задалась со старта. Потому он не мог понять, почему не может купить здоровье и жизнь своей малолетней дочери. Кто-то навёл порчу и она заболела. Пока разобрались, что с ребёнком происходит на самом деле, уже было слишком поздно.

Выходило, Ибранину около тридцати пяти лет. Дочь родилась, когда ему едва перевалило за двадцать. Он был достаточно обеспеченным, чтобы позволить себе ребёнка в столь юном возрасте.

Умерла она в семь, совсем крошка. Я видел его отчаяние и надежду, которую подарил демон. Его счастье, когда девочка вновь обрела жизнь в чужом, похищенном теле подростка.

Ибранин понимал, что совершает жуткие вещи, что ему нет прощения. Но он считал, что жертвует своей душой ради того, чтобы его девочка жила. Я видел его страх, когда та рыдала, называя себя чудовищем. Она разорвала на части мать тела, в котором находилась. За короткое время ребёнок потерял всякую человечность, действительно став монстром. Она просто сошла с ума. А Ибранин во второй раз наблюдал за тем, как медленно гибнет его дочь, но на этот раз уже безвозвратно, её личность стиралась.