Наконец, в третьем кубике я увидел бледное движущееся изображение его отца и позволил себя поглотить. Так оказался в одном из помещений этого самого поместья, судя по дизайну.

— Ты слишком слаб, — Тианисор не скрывал раздражения в голосе. Полный контраст с тем его образом, что я только что мог наблюдать. Вместо благородного, умудрённого возрастом эльфа я видел откровенного мудака. Он всё ещё двигался аристократично, но образ был высокомерным и отталкивающим. — Не понимаю, почему амулет Зелёного Рыцаря мог оказаться таким бесполезным. Или это ты сам не хочешь быть героем нашего народа?

Он остановился и с вызовом, не предвещающим ничего хорошего, посмотрел на сына. Тот стоял перед ним, ссутулившись и опустив взгляд.

— Я стараюсь изо всех сил, отец, ты ведь знаешь. Уверен, слуги докладывают тебе. Я тренируюсь по десять часов ежедневно, ещё восемь медитирую. Сплю лишь по четыре…

— Этого недостаточно, — оборвал его отец. — Ты продвинулся лишь на четыре ступени с момента выпуска! Я надеялся, что за год станешь клоафом. Двукратная скорость это слишком мало.

Он покачал головой, а Рейн ссутулился ещё больше.

— Отец, я хотел попросить…

— Чего тебе? — обращение было чуть ли не к как назойливой мухе. Почему Индарейн всё это терпел, я совершенно не понимал.

— Пожалуйста, не отдавай Сильмарае в род Грецинд. Их главе двести тридцать…

Что-то знакомое… Это же один из высоких домов Нимброса! По сути, окраина страны.

— И что? Он мужчина в самом расцвете сил. А его жена умерла семь лет назад.

От старости, как я сразу же подумал. Всё же, обычно женщины менее «прокаченные» и живут меньше. Вряд ли она где-то билась с нежитью и оттого откинулась.

— Он слишком… — Рейн запнулся, сжимая кулаки, но всё равно не смотря на отца. — Соскучился по женскому телу. И позволил себе лишнее при личной встрече.

— Твоя сестра слишком впечатлительная, — отмахнулся Тианисор. — К тому же, пока ещё ничего не решено. Она в любом случае закончит Школу и получит уровень адепта. Иначе сложно будет найти ей достойного мужа. Женщина адепт может быть рядом хоть с флаосом, хоть с эклургом. А в статусе послушника можно только с кем-то из низкого дома сойтись. Думаю, не нужно объяснять, что нам этот вариант не подходит.

— Может, лучше ей закончить Академию? Клоаф лучше адепта…

— Она бо́льшая бездарность, чем ты, — снова оборвал сына недовольный мужчина. — Если её муж пожелает, то поможет ей развиться. Нет — так нет. Это уже будет не наше дело, она станет частью чужой семьи. Если Грецинд будут достаточно щедры, то получат свежую кровь в виде твоей сестры. Но пока ещё ничего не решено, есть варианты и получше.

— Отец…

— Хватит! — старик взбодрился и даже подобрел внезапно. — Давай сделаем что-то получше, чем этот глупый спор? Заключим соглашение, что если ты до выпуска сестры станешь клоафом, то я уберу её имя из реестра клуба «Белая Роза». Так что она сможет сама выбрать себе мужа, какого захочет. С одним лишь условием — чтобы это был высший дом.

Индарейн ошарашено уставился на отца:

— Но ведь лишь год остался! Я не успею!

— А ты постарайся, — в голосе Тианисора вернулось раздражение. — Не хочешь ради себя, нашей семьи или нашего народа, то хотя бы ради сестры. Так ты согласен или нет?

— Согласен…

Рейн просто прорычал, с ненавистью сверля отца тяжёлым взглядом. Тот смазался от быстрого движения и ударил парня по лицу с оглушительным шлепком. Тот сделал пару шагов, теряя равновесие, но удержался на ногах.

— Не смей так смотреть на меня, — холодно сказал он. — Тебе до Лоринера как до небес даже с титулом Зелёного Рыцаря. Я не хочу, чтобы ты опозорил наш род, став самым слабым Героем в истории.

Он отошёл, отвернувшись и словно немного успокоился.

— Если бы знал, что твоя мать родит мне таких… Удался только твой старший брат, лишь на него надежда. Жаль, что не он был избран. Очень жаль. Но чего, я костьми лягу, но вылеплю из тебя нормального эльфа и защитника. Однажды ты поумнеешь и поймёшь, что я был прав. А теперь — пошёл вон.

М-да. Мудачело он знатный. Хотя, я это и так знал.

Пробежался по другим воспоминаниям и узнал, что старикашка из Грецинд немного полапал Силь на свидании и намекал, что любит активность в постели. Девушка очень расстроилась, ей мужчина был противен до тошноты. Индарейн же единственный, кому она могла пожаловаться.

«Белая Роза» это такой клуб завидных невест. Аристократы вносили туда своих дочерей в надежде, что кто-то из таких же титульных особ захочет взять их в жёны. Прежде я и не знал, что такой существует. Оказывается, есть даже «Плющ» — вариант для реестра женихов, которые были готовы перейти в род жены. Подобные клубы устраивали всякие мероприятия для знакомства и свидания, помогали родителям договариваться.

К сожалению, в эльфийской культуре если ты становился частью другого рода, то терял связь со своей семьей. Считалось нормой вообще обрывать все контакты. Эльфы попроще не всегда следовали данной традиции, а вот чем выше, тем чаще. Тут играли роль расстояние и договорённости. Никто не хотел потенциального предателя в своих рядах, пусть даже женщину. Она вполне могла вынести сор из дома, либо вообще продать какие-то родовые секреты, артефакты или техники.

Индарейн закончил Школу адептом третьей ступени, и то этот прорыв ему дорого дался. Во время разговора с отцом он был на седьмой ступени, сейчас — на восьмой. Ещё две впереди, а до конца учебного года оставалось меньше двух месяцев. Так что Рейн прав, это нереально.

Ну, как не реально. Я мог ему помочь, и даже скорее всего всё выйдет. Опасность есть, но всё же, как и возможность. Как сложно…

Ох, я действительно хотел помочь ему. А ещё он нашёл некий способ справиться с ситуацией, так говорил сестре. Что спасёт её обязательно. Но я не знал, какой это способ.

Так же я случайно наткнулся на сцену, о которой Рейн мне когда-то давно рассказывал. Как его отец отчитывал детей, что они не смогли войти ко мне в доверие, и Рейн должен прикрыть сестру. А именно — лечь под меня. Что тогда, что сейчас — слухи о моих предпочтениях только множатся.

Видел и другие воспоминания — о матери, о сестре. Об их походах на рынок за сладостями, как мать их баловала в меру своих сил. Лоринер был примерно возраста Ларгоса и весь пошёл в отца. Такой же жадный и хладнокровный мудила. Так что увы, от него никакой поддержки не было.

М-да. Почему? Почему Индарейн терпел подобное отношение к себе? Конечно, прежде у них не было шанса даже сбежать, отец бы нашёл их и вернул. Но сейчас Индарейн — национальное достояние. Он может получить поддержку абсолютно любого рода, да даже Даэрин. Если просто придёт и попросит этого. Или я что-то не знаю?

Может, он боится, что не уследит за сестрой? Что если вдруг его призовут, то некому будет позаботиться о Силь? Считает, что он действительно слабак и с сестрой никому в этом мире не нужен, кроме отца? Так называемая выученная беспомощность? Обо всём этом я ещё планировал после поговорить с ним. Сейчас же…

В воспоминаниях было и название места, в котором происходила та дичь, о которой рассказывал Тианисор. Так что я написал записку, снял все замки, усыпил парня крепче и, закинув его на плечо, покинул поместье. Разумеется по более низкому слою реальности.

Проснулся Индарейн не сразу. Сначала просто заворочался, что-то бормоча во сне, затем затих, потом снова дёрнулся и резко сел, распахнув глаза.

— Где я? — выдохнул он, озираясь по сторонам в изумлении.

Благо, сказал он это шёпотом, в тембре, близком к нужному, потому его голос не прозвучал инородно. Но он быстро осознал, где находится, так как доми с его вечным сочным летом сложно не узнать, особенно в начале весны, когда в лесах ещё лежал снег.

Я сидел рядом, так как медитировал то время, пока он спал. Уже после того, как закончил с его осмотром, естественно. Вокруг нас стояла звенящая тишина, нарушаемая тихим шелестом листьев от далёкого ветра. В нескольких метрах в стороне искрилась на солнце гладь небольшого озера. Динами в своём лучшем проявлении — лето, цветы, покой. И воздух, наполненный энергией.