— А сам Ибранин? — поинтересовался я.

— На него, как отщепенца, эти рекомендации не распространяются. Он так же привязан ко мне как куратору.

— А тебе ничего…

— Штраф и выговор, — недовольно скривился Онванар. — Но это мелочи.

— То есть, Ибранин всё ещё здесь?

Онванар кивнул.

— К нам поступил новый менталист, он занимается парнем. Но успехов там почти нет, очень сложный случай. Так же я настоял на рассекречивании его данных и получил информацию. Его дочь мертва, а бывшая жена не желает знать о нём. Она сменила имя и переехала.

Начальник вкратце рассказал историю отщепенца. Дочь погибла от болезни. Жена смогла смириться и хотела родить ещё ребёнка, но сам Ибранин не пережил утрату. Из-за этого она в итоге ушла от него, а сам парень связался с демоном, который обещал воскресить дочь. Слово своё он сдержал, вот только… это была не совсем его дочь. Даже несмотря на то, что он выкрал её душу с «кладбища».

Девушка страдала и возненавидела отца, так как превратилась в кровожадного монстра в своём новом теле. Как итог, её душа была уничтожена, а самого Ибранина осудили на смерть, лишив права посмертия. Но он, уже имея представление о Бездне, куда неминуемо попадёт, выбрал полк отщепенцев вместо яда.

— И как он принял это? — нахмурился я.

— На удивление стоически. Он вновь занялся саморазвитием, но пока выполняет самые простые задачи по патрулированию и сбору растений. Покончить с собой не собирается.

Можно было предположить, почему он не спешит теперь выпилиться. Но в Бездне ли дело, или нашёл новый смысл существования?

— То есть, он стал выходить за стены?

— Верно. Он…

Онванар запнулся и прикрыл глаза, после чего покачал головой.

— Он начал улыбаться просто так, искренне. Почему я раньше ничего не замечал?

Я дотронулся до лица мужчины ладонью и, когда он посмотрел на меня, обворожительно улыбнулся:

— Не вини себя. Ты живой эльф, а не всеведущее и всемогущее существо.

Он тяжело вздохнул и уткнулся носом мне в надплечье. Мне только и оставалось, что обнять его крепче и погладить по голове. Собственно, дать то, зачем я здесь — утешение.

— Спасибо, — услышал его тихий голос.

Я провел с ним около часа. Донёс мысль, что благодаря ему теперь на всех специальных аванпостах повседневная жизнь простых защитников станет лучше. Онванар вдохновился, ему определённо стало лучше. Под конец нашего общения он начал искренне улыбаться и грубо шутить. То есть самобичевание закончилось и лезла наружу личность властного и строгого начальника. В принципе, мне самому приятно, что смог его подбодрить.

Что станет со мной годам к двумстам или трёмстам? Какова будет моя жизнь? Разочаруюсь ли я? Буду так же страдать, или наоборот, стану психопатом, подобным Тайритрону? Для которого жизнь эльфа ничего не значит.

Ибранин нашёлся на складе — перебирал высушенные растения. Он поднял голову и, увидев меня, улыбнулся. Я даже залюбовался им — он действительно похорошел. Его улыбка была такой чистой и невинной, будто передо мной ребёнок, не познавший бед. Странный диссонанс.

— Ты всё-таки пришёл, — тихо сказал он и отвёл взгляд, немного покраснев.

Так, это что за приколы? Только не говорите, что он всё ещё влюблён в меня! Надеюсь, глупить не будет.

— Пришёл, — кивнул я и подошёл, чтобы сесть на лавку напротив него.

Склад представлял из себя небольшую квадратную комнату с множеством выдвижных ящиков. Посередине стоял стол, на котором были разложены сухие травы, которыми Ибранин и занимался. Здесь стоял сильный запах растений, не совсем приятный.

— Ты почему не вышел меня встречать? Тебе не сказали?

— Сказали. Но я подумал, что если захочешь меня увидеть, то сам найдёшь. И оказался прав.

Он снова улыбнулся, посмотрев на меня.

— Ты… — я нахмурился, не зная, как сформулировать предложение, чтобы это не было слишком грубо. Вдруг ошибаюсь? — Ты же не испытываешь ко мне неуместной симпатии?

— Что? Нет, я всё прекрасно понимаю, — поспешил он сказать. — Просто, мне приятно, что ты не забыл меня. Адмир, ты… Ты поможешь мне вспомнить?

Он смотрел на меня с надеждой. Весь такой скромный мальчик зайчик, стеснительный. И это после всего произошедшего. Хотя, откуда мне знать, как надо переживать насилие? По крайней мере, он сейчас выглядел живым, а не тенью.

— Ты ведь понимаешь, что эти воспоминания причинят боль? Неведение блаженство, — напомнил ему.

— Понимаю, но… я ведь не по своей воле забыл всё. И ещё я чувствую, что это очень важно. Я должен помнить свою дочь. Должен. Иначе это как предательство. Пусть я и ошибся, но всё делал ради неё.

— Нет, Ибранин, — я покачал головой. — Ты всё это сделал ради себя. Ты хотел унять свою боль утраты, вернув её. В прошлом ты не смог пережить потерю, а что, если и сейчас это чувство ляжет на твоё сердце тяжкой ношей?

Парень опустил взгляд и молчал какое-то время, обдумывая сказанное мной. Его пальцы дрожали, как и пучки сухих трав, которые он держал.

— Мне кажется, я готов. Сейчас я другой. То, что произошло со мной в Найтисе, чуть не убило меня. Но если бы я помнил, то чувство справедливости расплаты придало бы мне сил. Ведь я сломался только из-за того, что всё забыл.

— То, что произошло, не было расплатой за содеянное, — не согласился я. — Это трагическая случайность, не более. Ты не должен был позволять им делать с тобой подобное. Твоя расплата — месть всем демонам. Чтобы они не смогли соблазнить другого эльфа, впавшего в уныние. Твари Бездны коварны, они развращают разум, дают ложную надежду, чтобы питаться эмоциями жертвы. Чтобы проникнуть в этот мир, устроив себе пиршество. Проживи как можно дольше, чтобы уничтожить как можно больше демонов. А когда умрёшь и окажешься на той стороне — уничтожай их там.

— Но как я смогу? — он выглядел испуганным, задавая этот вопрос.

— Поймёшь, когда окажешься там, — улыбнулся я. — Но для этого тебе нужен сильный дух. Не в плане культивации, хоть и это важно, а именно воля, целеустремлённость. Пока ты будешь понимать, что борешься за правое дело, сможешь продолжать существовать и там как личность, а не жалкое подобие прежнего себя. Возможно, ты там просуществуешь тысячелетия, в может лишь час. И вот тогда погибнешь по-настоящему. Просто перестанешь быть.

— Ты говоришь так уверенно…

— Потому что я знаю. Не сомневайся.

— Адмир, ты удивительный, — он широко улыбнулся. — Я счастлив, что встретил тебя.

Повисла недолгая пауза. Я не знал, что говорить ему, потому поднялся и вздохнул.

— Приходи ко мне вечером. Чтобы… — Ибранин указал пальцем в висок, — покопаться в голове.

Я кивнул и вышел со склада.

Почти сразу столкнулся с Финалфисолом. Он будто ждал меня и сразу позвал в столовую попить чая, на что согласился. Зная мою любовь к сладкому, он принёс из кладовки и открыл маленькую баночку мёда. Небывалая щедрость для того, кто раньше ворчал по поводу этой моей слабости. «Истинный принц» — так он намекал о дороговизне подобных лакомств.

Рассказал несколько историй, что произошли, пока меня не было. Нашли ещё один небольшой разлом, который пришлось перед запечатыванием зачистить, но хотя бы никто не умер. И магистров из столицы вызывать не потребовалось. Так же про миграцию магверей и операцию, как их пути сдвинули в сторону от аванпоста.

Алдаласар и Эльдарион не охватывали всю территорию, естественно, остальное патрулировали защитники из аванпоста. Вот им частенько приходилось сталкиваться с демонами и агрессивными магзверями, и это не считая вездесущей мелочи, которая постоянно пакостила.

Я не мог понять, с чего это вдруг Финалфисол решил поболтать со мной по душам, навалив экспозиции. Лишь когда чай был почти допит, он ненадолго заткнулся и внезапно попросил прощения. Я даже растерялся от неожиданности.

— За что?

— Что не верил. Что все твои заявления по поводу Ибранина считал чушью и всячески отговаривал Онванара раскручивать эту историю. Ведь не только он ничего не заметил, но и я. А я ближе к простым солдатам! Замечал странности, но не складывал их вместе.