Секунда одна… Другая…

Мир вокруг меня остановился. Моё сознание пошатнулось так резко, словно кто-то с силой вытащил меня из тела и швырнул куда-то под землю!

Вновь очнувшись, я уже стоял в маленькой комнате перед столом. На нём лежала пустая картонная коробка и рулон яркой обёрточной бумаги с мультяшными зверятами. Я старательно заворачивал подарок, так как торопился закончить сюрприз до того как она вернётся домой.

Телефон на столе завибрировал коротким гудком уведомления… Я отвлёкся от упаковки и взял его в руки.

На экране высветилась заставка — фотография: Маленькая девочка с двумя косичками сидела на качелях детской площадки и широко улыбалась прямо в камеру. В руках она держала плюшевого медведя — того самого который был её любимой игрушкой с самого раннего детства.

Внизу экрана горели цифры:

19:23

Телефон резко зазвонил и входящий вызов высветился поверх заставки:

«Оля»

Я ответил не задумываясь:

— Солнышко? Что случилось?

Из динамика донёсся крик:

— Папа!

Голос был полон ужаса, причем не детской паники от сломанной игрушки или разбитой коленки, а настоящего первобытного страха перед чем-то смертельным.

Затем послышался звук животного рычания где-то совсем рядом с ней.

И связь оборвалась.

Реальность вернулась как по щелчку пальцами. Я стоял над койкой этой же девочки, только немного старше, в лазарете. В чёртовой Древней Крепости Тёмного Лорда, посреди настоящего подземного мира кишащего монстрами и магией…

Мои костяные пальцы задрожали.

Фенрис стояла рядом с настороженным выражением лица:

— Костяной? Ты… что-то не так?

Я молчал долгую секунду просто глядя на спящее лицо девочки перед собой.

Светлые волосы, россыпь веснушек по носу и щекам (точь-в-точь как на той фотографии). Маленькие руки сжимающие край одеяла во сне (те самые что держали плюшевого медведя).

«Оля», — произнёс я телепатически одно единственное важное слово за всё время моего существования в этом мире.

Фенрис вздрогнула.

— Что?

«Её зовут Оля», — повторил я тише словно боялся что это имя развеется как дым, если произнести его слишком громко.

— Откуда ты знаешь? — спросила Фенрис, её хвост замер в неестественной позе.

Я не ответил. Потому что сам не знал как объяснить то что только что произошло со мной. Но это было не всё… Теперь я вспомнил кое-что ещё.

Мир вокруг размылся, словно картина под дождём…

Сирены, крики, грохот взрывов вдали.

Передо мной был город. Но не тот, подземный, с каменными сводами и кристаллами, а мегаполис из стекла и бетона, залитый оранжевым светом заката и пожаров. Небоскрёбы тянулись к небу искривлёнными пальцами, из их окон валил чёрный дым. Машины горели прямо на дорогах, перевёрнутые, смятые. По улицам бежали люди — паникующая толпа, сбивающая друг друга с ног.

Я посмотрел на свои живые и человеческие руки. Пальцы в порезах и ссадинах, ногти сломаны, под ними грязь. Руки дрожали от усталости. В правой я сжимал тяжёлый, окровавленный, с зазубренным лезвием пожарный топор.

На запястье левой руки висел потрёпанный фитнес-браслет. Экран мигал от какого-то предзаписанного сообщения.

А ещё перед глазами висел уже знакомый до боли интерфейс.

[Статус]

Раса: Человек

Уровень: 2 (⅜ ОС)

Класс: Нет

Характеристики:

Сила: 4

Ловкость: 5

Энергия: 3

Особенности: «Духовное Тело»

Навыки: Нет

Духовное Тело. Единственное, что мне выпало, когда Система активировалась впервые. Я тогда пытался понять, что это значит, но описание было расплывчатым. Что-то про способность души взаимодействовать с миром напрямую. Бесполезная чушь, которая не дала никакой магии, никаких особых сил. Просто… название в системном окне, которого лучше бы вообще не существовало и апокалипсис не случился бы.

Я стоял в дверях огромного торгового центра. Стеклянные двери были выбиты, осколки хрустели под ногами. Впереди меня тёмный коридор, ведущий вглубь здания. Площадь перед входом, залитая дымом и кровью.

И толпа зараженных. Люди или то, что от них осталось. Бледные лица, покрытые чёрными прожилками, словно вены проступили наружу и налились чернилами. Глаза безумные, белки налиты кровью. Они двигались быстро, слишком быстро для обычных людей, рычали и визжали нечеловеческими голосами.

Такие легко догонят, если ты не олимпийский спортсмен. Особенно в тесном малознакомом помещении и я знал это до боли…

А за ними шёл Мутант. Огромный, раза в три выше человека. Его тело было вздутым, мускулы торчали буграми под кожей, которая местами треснула и сочилась тёмной жидкостью. Вместо рук массивные клешни из костных наростов. Голова маленькая, почти неразличимая на фоне раздутых плеч. Он ревел так громко, что у меня заложило уши.

Я попятился на шаг. Из-за моей спины раздался голос:

— Саша! Их слишком много! Бежим!

Я обернулся.

Это была женщина. Тёмные волосы в беспорядке, лицо в пыли и слезах. Она держала на руках светловолосую, с большими испуганными глазами девочку лет пяти-шести. Девочка прижималась к ней, всхлипывая.

Моя жена и моя дочь.

Их имена вертелись на языке, но я не мог их вспомнить. Они были там, в памяти, но словно за стеклом, размытые.

Я посмотрел на орду впереди. Они уже ринулись вперёд. Десятки, а может, сотня. Они заполнили всю площадь, сливаясь в единую массу.

— Не получится! — крикнул я, не узнавая собственный голос. — Я их задержу! Уводи… Уводи её! Живо!

— Но ты…

— Делай что говорю!

Я заградил их спиной и схватился за металлическую решётку рольставней — те что опускаются в магазинах на ночь. Она висела над дверью, наполовину согнутая.

Жена шагнула назад, прижимая дочь к груди, девочка закричала:

— Папа! Нет!

Я не оборачивался. Если бы обернулся — не смог бы это сделать.

— Беги! — рявкнул я изо всех сил.

Наконец, услышал удаляющийся, быстрый топот их ног. Затем хлопок двери где-то в глубине коридора.

Всё правильно.

Я изо всех сил дёрнул решётку вниз. Она заскрежетала по направляющим, но опустилась только наполовину — погнутый механизм заклинило… И как же меня это испугало! Ситуация которая была намного хуже, чем всё моё положение. Я стал быстро бить по ней топором, пытаясь выбить блокировку. Раз, два, три…

Наконец, решётка упала с грохотом, отрезав проход по крайней мере на пару минут. Но пока я стою здесь… Будет больше. Достаточно… Надеюсь, достаточно…

Я обернулся.

Они были уже в трёх жалких метрах от меня. Первый заражённый прыгнул. Я встретил его взмахом топора. Лезвие вошло в его шею с глухим хрустом. Тело рухнуло к моим ногам, но за ним уже лезли другие.

Я бил. Снова и снова. Рубил, резал, толкал. Кровь залила мне руки по локоть, брызги попали на лицо. Они хватали меня за одежду, царапали, кусали. Я орал, не помня слов — просто орал от отчаяния и ярости.

Их было слишком много.

Топор выскользнул из рук. Я попытался поднять его, но кто-то схватил меня за ногу и дёрнул. Я упал на спину, ударившись затылком о бетон так сильно, что казалось едва не умер. Мир поплыл перед глазами самыми разными неправильными цветами. Свет обжигал глаза адской болью, а нос забился от жгучей гнилой вони с металлическим привкусом.

А потом монстры расступились, вперёд шагнул Мутант.

Он встал надо мной, заслонив собой небо. Его дыхание было свистящим и булькающим. Из пасти капала слюна, смешанная с кровью.

Он поднял клешню.

Я не успел даже вдохнуть.

Удар.

Боль взорвалась в груди, что на секунду всё померкло. Я почувствовал, как что-то пробило рёбра, разорвало лёгкое. Тёплая жидкость хлынула в горло. Я закашлялся, захлёбываясь своей же кровью.

Мутант вытащил клешню. На острие болтались остатки моего желудка и рубашки. Шансов выжить не было и я это понимал.