В нишах вдоль стен сидели группы магов-поддержки. Элара узнала в них членов Магической Коллегии, которые когда-то смотрели на неё свысока на собраниях академии. Теперь они выглядели как выжатые тряпки.

У молодого эльфа, чьё имя Элара не помнила, текла кровь из ушей. Его руки дрожали, когда он вливал ману в узел связи с барьером. Женщина-полуорк напротив держала голову в ладонях, её дыхание было прерывистым и хриплым. Из носа капала кровь.

— Сектор Восемь теряет мощность, — доложил кто-то из магов дрожащим голосом.

«Безмолвный» в чёрной броне подошёл к нему, молча достал из подсумка шприц с мутно-красной жидкостью и без предупреждения вогнал иглу в шею мага.

Тот вскрикнул, его тело выгнулось, затем он резко выдохнул и руки вновь обрели твёрдость.

— Восстановить мощность, — приказал «Безмолвный» и отошёл к следующему магу, у которого начали подкашиваться ноги.

Элара отвела взгляд. Она знала эти стимуляторы — алхимическая смесь на основе кристаллической эссенции и адреналина. Они выжимали из организма последние резервы, позволяя игнорировать истощение и боль. На короткое время… а затем тело платило по счетам.

Если эти маги продержатся ещё сутки, их нервная система начнёт разрушаться. Через трое суток некоторые из них станут инвалидами. Через неделю — мертвецами.

«Готорн выжигает свои резервы», — холодно отметила Элара про себя. — «Он знает это, но продолжает».

Впереди колонны шёл сам мэр. Его массивная фигура в безупречном военном мундире не выказывала ни капли усталости. Он раздавал приказы адъютантам, не оборачиваясь на Элару.

— Перебросить энергию с восточного крыла моего особняка на купол, — отрывисто произнёс Готорн. — Вентиляцию перекрыть. Если прорвутся через пятый сектор, то пустить туда горючий газ и поджечь.

— Сэр, там ещё могут быть раненые из охраны…

— Выполнять.

Адъютант побледнел, но кивнул и побежал исполнять приказ.

Элара почувствовала, как стена справа содрогнулась от особенно сильного удара. Пыль посыпалась с потолка. Где-то глубоко в структуре барьера что-то треснуло. Она почувствовала это смещение энергии даже сквозь оковы.

Готорн остановился, прислушиваясь.

— Западный сектор усилить втрое. Взять энергию из жилых кварталов.

— Но там…

— Выполнять.

Мэр продолжил движение, не дожидаясь подтверждения.

Перераспределяет ресурсы, жертвуя отдельными частями в пользу ключевых.

«Он сожжёт весь город, но не отступит», — она почти восхитилась этой безумной последовательностью.

Наконец процессия остановилась перед массивными дверями с рунами подавления магии. Готорн обернулся к Эларе. Его взгляд был пуст от эмоций, но в нём читалась абсолютная уверенность.

— Костяной Алхимик, — произнёс он ровным голосом. — Сейчас ты войдёшь в лабораторию и продолжишь работу над Сетью. Тебе предоставлены все необходимые ресурсы. Задача — завершить адаптацию протоколов контроля над автономными стражами для моих целей.

Элара молчала, глядя ему в глаза.

— Откажешься, — продолжил Готорн, — прикажу вскрыть череп и извлечь знания напрямую из мозга. Мне нужна Сеть, а не твоя жизнь.

Он сделал паузу.

— Хочешь выбрать?

Элара знала: он не блефует. В его голосе не слышалось ни злобы, ни садизма. Для него она была инструментом. Полезным, но не незаменимым.

— Я буду работать, — произнесла она ровно.

Готорн кивнул.

— Очевидно.

Двери открылись с тяжёлым скрежетом.

Лаборатория встретила Элару взрывом хаотичной активности. Группа ранее выданных ей магов суетилась работая над главным узлом. Они не выглядели как элита. Их мантии были мятыми, лица бледными и покрытыми испариной. Когда Элара вошла, все как один обернулись на неё.

И она увидела в их глазах страх.

Один из магов, пожилой человек с седой бородой, шагнул вперёд. Его голос дрожал.

— Костяной Алхимик… мы подготовили терминал, как приказал мэр. Все вспомогательные узлы настроены. Мы… мы сделали всё, что могли.

Элара окинула взглядом установку. Терминал был собран грубо, но функционально. Связь с Сетью стабильна, энергетические каналы перегружены, но держатся.

— Вы справились, — сухо произнесла она.

Облегчение проступило на лицах магов.

Готорн прошёл к центру зала и остановился перед панелью управления.

— Начинайте, — приказал он.

Элара подошла к терминалу. «Безмолвный» расстегнул оковы на её руках ровно настолько, чтобы она могла работать, но шейный замок остался на месте. Достаточно одной попытки активировать сильное заклинание и артефакт сожжёт её душу.

Она положила руки на кристаллические интерфейсы. Сеть откликнулась мгновенно, узнавая своего создателя. Потоки информации хлынули в её сознание.

И Элара увидела картину происходящего за стенами Цитадели.

Город горел, и монстры пожирали всё живое. Целые кварталы превратились в руины, но самое ужасное было не это.

Самое ужасное было то, что Готорн намеренно отключил защиту с внешних улиц внутри цитадели, стянув всю энергию к Цитадели. Он обрёк тысячи людей на никчёмное существование и смерть, чтобы продлить жизнь барьера ещё на несколько часов.

Элара закрыла глаза, подавляя эмоции. Это не её дело, и она здесь для другой работы.

Один из молодых магов у соседнего терминала внезапно застонал и схватился за голову. Его глаза закатились, изо рта пошла пена.

— Магическое истощение! — крикнул кто-то.

«Безмолвный» подошёл к упавшему, проверил пульс и равнодушно кивнул другому магу:

— Займи его место.

Тот побледнел, но послушно сел за терминал. Его руки тряслись.

Снаружи монстры били в барьер. Внутри Готорн методично выжигал свои ресурсы. Но все, что оставалось ей — сидеть в золотой клетке и ждать своего часа.

Элара не присутствовала лично на поле боя, но битва всё равно пришла к ней в виде потоков данных, цифр потерь и холодных расчётов мэра Готорна.

Лаборатория, которую он предоставил ей в качестве «золотой клетки», располагалась довольно высоко. У неё даже было одно окно, через которое открывался вид на город, ну… или то, что от него осталось. Внешние кварталы горели, разломы в небе продолжали изрыгать монстров, и Элара видела, как чёрные точки падали вниз.

Но Готорн не покинул лабораторию. Он стоял у окна, массивная фигура медведя-зверолюда отбрасывала длинную тень на полированный пол. Перед ним на столе лежали магические кристаллы связи, светящиеся тускло-синим. Солдаты то и дело врывались в комнату, докладывали, получали приказы и исчезали.

Элара работала над новым энергетическим узлом, но руки двигались механически. Её внимание было приковано к происходящему.

— Сектор… внешний периметр! — запыхавшийся офицер влетел в лабораторию, его доспех был покрыт копотью. — Плотность огня критическая! Генератор перегрет, барьер мерцает! У нас меньше минуты до прорыва!

Готорн даже не обернулся. Он продолжал смотреть в окно, где вдали виднелось мерцающее золотистое свечение — один из участков защитного купола Цитадели.

— Мэр, прошу! — офицер сделал шаг вперёд, голос дрожал. — Отправьте «Безмолвных»! Они могут закрыть брешь, пока мы охладим генератор!

Готорн повернул голову. Его маленькие чёрные глаза уставились на офицера с таким безразличием, что тот невольно отступил.

— Элиту на стены? — голос мэра был низким, почти ленивым. — Расточительство.

Он отвернулся обратно к окну и обратился к своему адъютанту, стоявшему у стола с кристаллами:

— В этом секторе стоит резервный батальон ополчения. Там же находятся легкораненые из утреннего боя.

Адъютант кивнул, ожидая дальнейших указаний.

— Приказ, — Готорн произнёс это слово с той же интонацией, что и отчёт о погоде. — Выдвинуть их за периметр щита. Пусть создадут живой заслон перед брешью.

Услышав приказ адъютант невольно икнул.

— Но… сэр, за щитом… — он с трудом сглотнул. — Это смерть. Даже несколько минут против этой волны раненные не продержатся и минуты. Там же необученные…