Подхватываемая счастливыми фантазиями, я плаваю между сном и реальностью. Когда тело полностью расслабляется, слышу шорох матраса.

— Уснула? – шепотом спрашивает Свиридов.

— Пока нет, — также шепотом отвечаю ему и практически сразу ощущаю, как Андрей берет меня за талию и пододвигает к себе.

В темноте я не вижу выражение его лица, зато запах и жар, исходящий от мужского тела, чувствую гораздо острее. Такой он горячий и твердый, будто камень.

— Хочу тебя, — шепчет Свиридов, погружая мое тело в давящее кольцо рук.

Мне немного некомфортно, душно и больно, но я молчу, боясь отпугнуть его устремления в мою сторону. Он нуждается во мне и это главное, а остальное и перетерпеть можно.

Он легонько сдавливает ладонью мои щеки и рот приоткрывается. Наклонив голову, Андрей еле слышно шипит.

— Хочу трогать тебя, сжимать и сдавливать бархатную кожу... Но особенно хочу трахать тебя в рот… Рядом с тобой я превращаюсь в озабоченного маньяка… Вот понимаю, что поберечь тебя надо.., что не зажило, а я всё равно только и думаю о том, как поставлю тебя на четвереньки и буду иметь сзади, сдавливая хрупкую шею.

Его слова быстро проникают в кровь и уже через мгновение я ощущаю гул в ушах, а на голове начинают шевелиться волосы. В прямом смысле слова. Я его боюсь такого…

Палец Андрея проникает в мой раскрытый рот и начинает очень медленно его исследовать.

— Представь, вместо пальца мой член.

Я отрицательно мотаю головой и выталкиваю языком палец изо рта.

— Я не готова к такому.

— А я тебя предупреждал, малыш. Говорил, что буду трахать тебя как и когда захочу.

— Я не готова, — более уверенно говорю я и снова его палец проникает в рот.

Разволновавшись, я сильно прикусываю его и Андрей вздрагивает, но палец не вытаскивает.

— Угу, — хмыкает Свиридов и начинает делать то, отчего мои щёки мгновенно краснеют.

Он то погружает палец глубоко в рот, то вытаскивает его… и так несколько раз подряд.

Дыхание Андрея учащается, становится хриплым.., а уже в следующую секунду я ощущаю его ладонь на попе. Через ткань трусиков он больно сжимает нежную кожу и я готова уже кричать только бы он перестал меня пугать.

— Не-ет, — не выдержав шиплю я и мужчина замирает.

После небольшой паузы он убирает от меня руки и ложится рядом. Дышит часто, хрипло, но сейчас я больше переживаю за себя, а не за его состояние.

Такой он мне не нравится… Я его боюсь. Что сделать, чтобы он больше не вел себя так со мной?

Когда его дыхание успокаивается, я предпринимаю попытку отодвинуться, но мой порыв резко прерывается и я снова оказываюсь в цепких объятиях.

— Тшш, — шепчет Андрей, когда я предпринимаю попытку освободиться, — не трону я тебя… Спать будем.

Я останавливаюсь, а потом тихо говорю.

— Иногда я очень боюсь тебя.

Свиридов молчит и под звуки его сердца я быстро засыпаю. Видимо адреналиновая встряска вылечила мою бессонницу.

Кто-то отчаянно ломает дверь. Сначала я думаю, что это происходит во сне, но потом я понимаю, что никакой это не сон и дверь ломают наяву.

Подскочив, я поворачиваю голову и смотрю на Андрея, который тоже только проснулся.

— Что происходит? – испуганно спрашиваю у мужчины.

— Сейчас разберемся, — хрипло бросает Свиридов и поднимается.

Звуки ударов в дверь резко прекращаются, но одновременно с этим кто-то начинает долбить в окна. Жалюзи не позволяют разглядеть кто именно пытается попасть в дом.

— Не ходи туда, — кричу Андрею, — лучше вызвать полицию. Пожалуйста.

Паника и бешеный страх уже во всю господствует в сознании и я пытаюсь остановить любимого.

— Тихо, — отвечает Свиридов и как есть в трусах идет открывать дверь.

Я бросаю взгляд на часы – девять утра. Боже, неужели на дома стали нападать при свете дня!

Закутавшись в одеяло, я тоже поднимаюсь и беру из раковины самый большой нож.

А потом наступает тишина. Я не слышу и не вижу, что происходит в веранде, но внутри все сжимается от нехорошего предчувствия.

— Андрей, — окликаю мужчину и ровно в эту секунду я слышу звуки ударов, а потом еще более ужасный звук – словно кто-то падает на пол.

Действуя на голых инстинктах, я сбрасываю одеяло и бегу в прихожую. Но я не успеваю сделать и пары шагов, так как на моем пути оказываются сразу двое мужчин. Они входят в дом. Отец и Сашка.

— Где Андрей? – еле слышно выговариваю, глядя на близких и в то же время далеких мужчин.

— Быстро одевайся! – цедит отец, брезгливо оглядывая мою тонкую ночную сорочку, — если через минуту ты не будешь готова – мы унесем тебя прямо в таком… полуголом виде.

— Где Андрей? – визгливо кричу в ответ и автоматически бросаю нож.

Лезвие, будто специально, не сразу падает на пол, а ударяется о моё колено и соскальзывает вниз по ноге, оставляя тонкий порез. Края пореза сразу окрашиваются в красный цвет.

— Женя! – одновременно кричат отец и брат и подбегают ко мне.

Я отступаю и снова спрашиваю.

— Где Андрей? Если вы с ним что-то сделали…

Голос срывается на плач и я зажимаю рот рукой. Отец берет со стола полотенце и садится рядом ср мной на колени. Как только ткань касается раны, я вздрагиваю и шиплю.

— Где он, скажи мне?

Шум в прихожей начинает приближаться и через мгновение в дом вваливается Андрей. На его щеке расползается большой синяк, а на плечах отчетливо видны ссадины.

Следом входит Вовка. Его лицо разбито сильнее и у пуховика оторван рукав.

— Я тебя закопаю.., — кричит брат, но резко замолкает и также как и Андрей смотрит на алое пятно на полотенце.

Красное лицо Свиридова в миг теряет краску. Он бросается ко мне и отстраняя отца, берет на руки.

— Кто это сделал? – нечеловеческим голосом орет Андрей и усаживает меня на край кухонного стола.

Он настолько взбешён, что даже я не могу ему внятно ответить. Язык к нёбу прирос.

— Ёб твою мать! – свирепеет Андрей, отодвигая полотенце.

Он поворачивается к отцу и братьям и я каменею от ужаса. Свиридов похож сейчас на убийцу.

— Кто её тронул? – цедит он и к нам подходит отец.

— Ты в своем уме? Никто, кроме тебя, Жене зла не желает.

Лицо у родителя злое, но в тоже время я вижу, что он больше волнуется, чем злится.

— Я думала, что на дом напали грабители, — привлекая внимания Андрея, шепчу я, — взяла нож из раковины, а потом неудачно его бросила на пол и порезала ногу.

Свиридов сжимает зубы и снова смотрит на рану.

— В больницу надо.., — начинает он, но Вовка его перебивает.

— Без тебя разберемся. Сашка бери Женьку на руки, а мы этого урода успокоим.

Я обхватываю торс Андрея и едко говорю Вовке.

— Нет. Я теперь не имею отношения к вашей семье… Я поеду с Андреем, а после вернусь сюда.

— Ты не понимаешь о чем говоришь, Женя. Этот подлец заморочил тебе голову…

— Это вы морочили мне голову! Обманывали… И ты меня обманывал, папочка… Никогда я вам этого не прощу…

— Жень, — вступает в беседу Сашка, — значит ты так мстишь нам? Сожительствуя с ним.

— Никому я не мщу. Просто уйдите и…

— Хватит, — рявкает Андрей, — тебе надо в больницу. Уходите, ей надо одеться.

— А ты значит останешься? Тебя больше не надо стесняться, — выплёвывает Вовка, — воспользовался тем, что у неё в семье проблемы и совратил.

— Заткнись, — отвечает Андрей, одеваясь.

— Ты сейчас сам у меня заткнёшься. Навсегда.

— Хватит, — кричу на брата, нога начинает пылать от боли, — это я уговорила Андрея жить вместе. Я его люблю и жизни не с кем, кроме него не представляю. Если вы меня насильно увезёте домой – я убью себя. И я не шучу.

Отец шокировано смотрит мне в глаза и пытается подойти ближе.

— Женя…

— Не подходи ко мне, — всхлипнув, умоляю отца, — я не вернусь домой.

Андрей встает на его пути и гневно шепчет.