Андрей накрывает голову руками и прочищает горло.

— Домой иди и забудь сюда дорогу. В ваш дом я дорогу уже забыл.

Закипающее от шока и ужаса сердечко резко покрывается ледяной коркой и в районе солнечного сплетения я чувствую сильнейшую тяжесть.

— Возможно вы все правы, — шепчу в ответ, — но… но я люблю тебя и мысли о том, что мы больше не увидимся меня убивают.

Я не смотрю Андрею в глаза — трусливо сканирую пол и пытаюсь не расплакаться. Через некоторое время его тяжёлый вздох рушит установившуюся тишину, а потом я слышу приближающиеся шаги.

Свиридов подходит ко мне вплотную и я приподнимаю голову, чтобы заглянуть в его глаза. Его взгляд абсолютно начитаем, но по тому, как часто по скулам ходят желваки можно понять, что Андрей снова недоволен моим ответом.

— Я просто не могу сломать жизнь сестре самого близкого друга… Я не иуда… и без того наворотил.

Дрожащими пальцами я касаюсь его плеч и он вздрагивает.

— Ты не сломаешь, — говорю и касаюсь губами его подбородка.

Я снова вижу желваки, а уже через секунду его губы ударяются о мои.

Горячий поцелуй… долгий. Его рот захватывает в тиски мои губы и я млею от расползающегося по телу удовольствия.

Куртка летит на пол – я сама её расстёгиваю. Следом выхожу из мокрых ботинок и теснее прижимаюсь к Андрею. От мужского обнажённого тела идет такой сильный жар, что я его чувствую даже через плотную ткань кофты.

Я хмелею. Быстро и безвозвратно. Впервые в жизни я чувствую, что готова позволить мужчине практически всё, что угодно, только бы он не останавливался и продолжал терзать мои губы.

Осмелев, я обхватываю его торс руками и начинаю медленно ласкать твердые мышцы спины. Андрей отчего-то резко замирает и щеку простреливает его горячее дыхание.

Я тоже застываю и ловлю воздух слегка приоткрытыми губами. Сколько мы целовались? Всё это время я точно не дышала.

Ладонь Свиридова приходит в движение и довольно быстро скользит вверх. Вначале она качается предплечья, потом плеча, шеи. Следом его пальцы грубо обхватывают подбородок, слегка приподнимая его. Наши глаза встречаются.

— Секс был?

— Что? – вопросом на вопрос отвечаю Андрею.

— Раньше сексом занималась с мужчинами?

У меня сжимаются зубы. Нутро требует бросить ему в лицо поток слов: нет, я люблю только тебя, я о других мужчинах и не думаю… Но подавив в себе мимолетный порыв, я отчего-то нагло вру.

— Конечно, а ты как думал?

Хочется выглядеть перед ним опытной женщиной, а не сопливой девчонкой, которая обнаженных мужчин видела всего один раз, когда в девятом классе у нас с девчонками была пижамная вечеринка. Вечером Алинка выпила два бокала игристого и показала нам нарезку из порнофильма. Мне было любопытно, но особого восторга этот ролик не вызвал.

— Думал, что нет.., — цедит Андрей, а потом долго смотрит мне в глаза.

При этом его рука скользит под мою кофточку и обхватывает талию.

— Нравится секс? – хрипло выдыхает Свиридов.

— Мммм, — тяну в ответ, не особо понимая, как правильно сказать.

К тому же меня отвлекают его руки, уже во всю хозяйничавшие под кофтой. Горячие пальцы ласкают живот и поясницу, отчего кожа сразу же прокрывается мурашками, а внизу живота расцветает желание.

— Нравится, — неуверенно бормочу я и прикрываю веки от удовольствия.

Когда с моих губ срывается первый стон, Андрей резко подхватываешь меня на руки и несет к матрасу.

Немного опомнившись, я ловлю его взгляд и тихо говорю.

— Я пока не готова к близости.

Свиридов молча кладет меня на матрас и быстро укладывается сверху. Его губы сразу накрывают мои и я снова теряю связь с реальностью. Даже тяжесть его тела не приносит дискомфорт, а усиливает желание не размагничивать наши губы. Колдовство какое-то…

Всё меняется резко, в одну секунду. Когда мои бедра обдает холодом, я выплываю на поверхность реальности. В этой самой реальности я лежу под мужчиной в теплой кофте и в трусах. Андрей сумел снять с меня брюки так, что я не заметила.

Дурман постепенно спадает, а когда в низ живота упирается его член, я резко прихожу в себя.

— Я не хочу секса. Не сегодня, — разрывая поцелуй, восклицаю я.

Андрей смотрит мне в глаза и с усмешкой спрашивает.

— Надо было домой топать, когда предлагал, а теперь поздно.

Мои глаза расширяются, а в голову врывается страшная мысль: неужели он насильно возьмет меня?

— Я не хочу, — дрожащими губами выговариваю я, стараясь не отвести взгляда от его потемневших глаз.

Свиридов облизывает губы и снова усмехается. Только теперь в его усмешке одна сплошная злость.

— Сразу было понятно, что трахаться со мной не хочешь. В твоих планах были розовые сопли с поцелуями под луной и объятия по разрешению. Для секса у тебя есть почище, как оказалось… Не дай бог испорчу хороший генофонд…

Андрей перехватывает мою руку и укладывает на свой каменный член . Его ладонь сразу же ложится сверху и с силой сжимают мою до тех пор, пока мои пальцы не обхватывают горячий ствол. Под бешенное биение моего сердечка, его рука приходит в движение. Только через несколько секунд я осознаю, что происходит… Даже в голове мне стыдно обозвать данный процеес общеизвестным словом.

— Я не хочу, — пискляво повторяю я и с трудом, но вырываю свою ладонь из его захвата, — мне противно.

Свиридов несколько секунд молчит, а потом поднимает голову и сипло выдыхает.

— Потерпишь. Зато дорогу сюда забудешь.

Не снимая боксеры, он обхватывает ствол ладонью и сделав несколько резких и быстрых движений — вверх-вниз, заваливается на меня. Раздвинув в стороны ноги, он прижимается своими бедрами к моим и я практически сразу чувствую как трусики становятся мокрыми. В первые секунды я холодею от ужаса и шока и просто молча вслушиваюсь в хриплое и частое дыхание Свиридова. А когда он освобождает моё тело и ложится рядом, я заглядываю между ног. Обнаружив, что трусы на месте и крови нет, я немного успокаиваюсь. Переведя взгляд на Андрея, я ударяюсь о его цепкий взгляд.

— Дверь в ванную комнату рядом с входной дверью. Приведи себя… и мысли в порядок и езжай домой. Такси я тебе вызову.

Бросив еще один взгляд на мокрые трусики, я медленно сажусь. В голове столько противоречивых мыслей… Я запуталась. С одной стороны, его поведение часто шокирует меня и отталкивает, а с другой – все фибры души так и тянутся к этому неоднозначному мужчине. Душа рвется к нему, а разум уже во всю бьет тревогу и кричит – беги, дура, и не оглядывайся. Разного мы поля ягоды и теперь я этот факт осознаю, но отказаться от любви к Андрею не могу. Это неконтролируемое состояние.

— Я… я хочу разъяснить тебе свое поведение и рассказать о чувствах.., — начинаю я, но Андрей меня обрывает.

— Я просил тебя об этом? Нет. Убегай, малыш, а то в следующий раз измараются не только твои трусы.

От Свиридова еду к Алинке – переживания требуют выхода, а поделиться с родными истинными чувствами, я больше не могу. Не поймут, да и наставлений в моей жизни в последнее время достаточно.

Алинка живет одна, поэтому уже с порога была готова выслушать мой сбивчивый рассказ. Конечно я рассчитывала на её поддержку, хотя сегодня я больше рассчитывала на её опыт. Алина почти два года встречается с парнем, в связи с чем гораздо больше меня разбирается в мужской психологии.

Выложив перед ней события последних дней, я с нетерпением жду обратной связи. Как оказалось зря! Подруга хмурится, а потом задумчиво говорит.

— Выброси его из головы, Женя.

— Ты сможешь своего Матвея выкинуть из головы?

— Это другое. Кто ты и какой он? Полная несовместимость. Он тебя погубит. Рядом с такими, как Свиридов, женщины превращаются в неврозоподобных существ с постоянным чувством вины…

Я не стала дослушивать Алинкины нравоучения. Встала с дивана и молча направилась к выходу. Подруга останавливает меня и просит не обижаться, на что я решаю не реагировать. Она тоже не приняла мою любовь. Может ей родители звонили?