— Какая машина?

— Эта, — указывает на бмв Седов, — сделаешь ее за пять дней – я тебе триста косарей заплачу.

Андрей щурится и смотрит на Вадика. По щекам ходят желваки, а потом он хлёстко бросает.

— Финансовые вопросы будете решать с приёмщиком. За скорость – отдельный прайс.

— Я хотел лично тебе заплатить, — самодовольно улыбается Вадик, — у вас наверняка там есть леваки…

Неожиданно Андрей резко разворачивается и идет назад к своей машине.

— Брат, ты куда? – сдувается одногруппник.

— Леваков ищите в дешёвых гаражных боксах. Там и на «ты» со братьями попизидите.

Когда Свиридов подходит к своей машиее, он стреляет глазами в мерс Вадима и его лицо резко меняется. Разглядел всё-таки.

Андрей несколько секунд таранит автомобиль Вадима яростным взглядом, а потом бьет ладонью по багажнику своей машины и сплевывает.

— Твою мать.

Оглянувшись на Вадика и водителя, которые продолжают ему что-то быстро говорить, он рявкает «заткнитесь» и идет в мою сторону.

Я инстинктивно вжимаюсь в кресло и пытаюсь понять – отчего Свиридов настолько взбешён. Мыслительный процесс прерывается звуком открывающейся двери. Андрей рассматривает мое пылающее лицо несколько мгновений, а потом сквозь зубы интересуется.

— Катаешься значит?

После того как я заторможено киваю, он хватает с моих колен сумку и расстегивает ее.

— Эй?! – оправившись от шока возмущенно кричу я, видя как мужчина вытаскивает из сумки мой телефон, — ты не имеешь право!

Пару секунд Андрей рассматривает выключенный телефон, затем возвращает его обратно. Бросив в мою сторону взгляд исподлобья, он кидает сумку в салон машины и она больно ударяется о мои колени.

— Включай телефон и звони родителям. Быстро!

Дрожащими пальцами я растираю ушибленные колени и также исподлобья смотрю на Свиридова.

— Я сама решу кому и когда звонить.

Я слышу как у Андрей скрипя зубы, а уже через секунду происходит то, чего я не ждала. Не церемонясь, с применением силы, мужчина вытаскивает меня из салона мерса Вадима и тащит за собой. Он настолько больно сдавливает мою руку, что я могу со стопроцентной уверенностью сказать — завтра на коже останутся синяки.

— Пусти, — шиплю я, перед тем как со всей силы наступить Андрею на ногу.

Он резко тормозит, оборачивается ко мне и цедит.

— Угомонись. В ином случае, я потащу тебя на плече, как мешок с говном. Родные уже все морги обзвонили, а она катается с мужиками, сучка.

Я сглатываю ком и тут же перестаю сопротивляться. Слова Свиридова оглушают меня. Каждое его слово попадает в цель и я чувствую, как глаза наполняются слезами.

Неужели родители обзванивают морги? Нет! Не могут они настолько серьезно беспокоится. Время шесть вечера только. Он врет. Причём специально. Целенаправленно причиняет мне боль и оскорбляет. Его слова в который раз ранят меня. Стреляют очередью в душу.

Когда Андрей садит меня в свою машину, я слышу голос Вадика, но разобрать его тихое обращение к Свиридову не могу. Возможно хочет меня защитить, но вряд ли он сможет победить в словесной дуэли с Андреем. Миролюбивый зайчик не станет сражаться с разъярённым волком.

— Ты соврал мне насчёт морга? – спрашиваю у Свиридова, когда он садится за руль.

Мужчина со всей дури впечатывает кулаки в колесо руля и едко цедит.

— Ремня тебе надо дать хорошего. Не ценишь то, что имеешь.

Машина резво трогается с места и на несколько минут в салоне устанавливается тишина. В голове господствует хаос и я не могу выдавить ни одного подходящего ответа.

— Значит с мажором трахаешься! – через какое-то время едко начинает Андрей, — ну а что! Парочка охуен*я выйдет. Один ни рубля сам не заработал и живёт в воображаемом мире. Вторая живет желаниями и в облаках летает.

— Это не так! Мы совсем не похожи.

Свиридов сжимает руль настолько сильно, что костяшки на его пальцах белеют.

— С таким можно! – опустив мою фразу продолжает Андрей, — генетика выше всяких похвал, бабла дохера… В кровати всё по феншую… С таким в грязи не изваляешься…

— Хватит, — кричу на весь салон, но он как будто меня не слышит.

— …с таким можно везде показаться... Вадюша точно не подведет…

Я толкаю Андрея в плечо и он на мгновение отрывается от дороги. Его глаза метают самые яркие на планете молнии и я отшатываюсь.

— Хватит, — шёпотом повторяю я и Свиридов возвращается к дороге.

Практически сразу машина сворачивает с центральной дороги в промышленную зону и останавливается.

Андрей отключает фары, а потом наклоняется и отодвигает своё сидение назад. Я не успеваю словить мгновение, когда он отрывает мою попу от сидения и пересаживает к себе на колени. Лицом к себе. Инстинктивно я подаюсь назад и тут же ударяюсь спиной о рулевое колесо.

— И правда хватит. Хватит сдерживать себя и быть тем, кем давно не являюсь. Надо было тебя давно по-настоящему трахнуть и успокоиться наконец. Даешь другим – потерпишь со мной. Навыпрашивала.

Свиридов сжимает мою талию и приподнимает. Практически сразу я чувствую, как он стягивает с моих ягодиц брюки вместе с трусами.

— Не.., — начинаю сопротивляться я, но мои губы сразу же оказываются в плену его требовательного рта.

Сдавив его предплечья, я пытаюсь оттолкнуть мужчину от себя, но это всё равно, что бороться с каменной стеной. Он продолжает раздевать меня. Теперь его руки проникают в распахнутые полы куртки и задирают кофту. Одна ладонь ложится на полушарие груди, а вторая скользит вниз по спине и сжимает обнажённое полушарие попы.

Я задыхаюсь от яростного поцелуя, а когда понимаю, что его пальцы касаются меня там.., дергаюсь как от удара тока.

— Нет, — разорвав поцелуй пищу я и пытаюсь убрать его руку.

Андрей притягивает меня ближе и хрипло отвечает.

— Брезгуешь? Противно тебе?

— Отпусти… ты же не насильник… Тебя братья убьют за меня… Не трогай!

Я ужасно боюсь, что Свиридов прямо в машине насильно возьмет меня, поэтому готова кричать что угодно, лишь бы он остановился. Не так я себе представляла свой первый раз. Представляла с ним, но не так.

— Убьют, значит, — скрипуче смеется Андрей, а потом сжимает мои щеки руками, тем самым заставляя посмотреть ему в глаза, — а может мне плевать. Плевать на то – буду я завтра жить или нет! Как тебе такой ответ, малыш? Что скажешь?

Андрей быстро целует меня в плотно сжатые губы, а потом довольно сильно сжимает мое тело в объятьях.

— Даже не вспомню, когда в первый раз я захотел тебя. Сразу понимал, что ни хера не выйдет – ты небесная птица, а я тварь болотная, но… Но в голове я стопятьсот миллионов раз с тобой… был.

Разорвав объятия, он в одно движение натягивает на меня брюки и возвращает на соседнее кресло.

— Домой отвезу, — словно не мне, а себе говорит Андрей, откидываясь на спинку сидения.

Его тело сильно дрожит, впрочем мое трясется не меньше. Ситуация повторяется. Сейчас происходит то, что я испытывала утром. С одной стороны, я шокирована и хочу убежать от него. Но с другой – меня так и тянет к нему. Я хочу быть рядом с ним, но не так… Хочу другого Андрея рядом. Хочу, чтобы он вел себя со мной по иному. К тому же его слова о том, что он давно хочет быть со мной, баламутят зачатки трезвых мыслей в моей голове.

После небольшой паузы машина трогается с места и я молча отворачиваюсь к окну. О чем говорить с ним — не знаю. Что делать дальше – также не представляю.

Около трех недель спустя

Накрывшись с головой одеялом, я вдыхаю запах свежего белья и плотно прикрываю веки. Замерзла, хочу спать, но больше всего я хочу, чтобы мне сделали лоботомию.

Искусав губы до соленого привкуса на языке, я подтягиваю колени к груди и раскладываю события последних дней по полочках в голове.