Я скрестила руки.

— И?

— Они исчезли.

— И вы решили, что теперь одна из них — я?

Архимаг медленно покачал головой.

— Я не решил.

Он посмотрел прямо мне в глаза.

— Я это чувствую.

По залу прошёл новый шёпот.

Император тихо сказал:

— Теперь ты понимаешь, почему я отменил твою казнь.

Я посмотрела на него.

— Потому что я оружие?

— Потому что ты сила, которую нельзя позволить уничтожить.

— Или контролировать?

Он не ответил.

И это было ответом.

Я медленно оглянулась вокруг.

Двор больше не выглядел просто враждебным.

Теперь люди смотрели на меня так, будто перед ними стояла опасность.

И, возможно, они были правы.

Потому что где-то глубоко внутри я всё ещё чувствовала это тепло.

Ту самую силу.

И она явно только начинала просыпаться.

В этот момент двери зала резко распахнулись.

Внутрь ворвался солдат.

Он остановился на колене перед троном.

— Ваше величество!

Император повернулся.

— Говори.

Солдат поднял голову.

— В подземелье поймали человека.

— И?

— Он утверждает, что именно его послали убить леди Ариану.

Я почувствовала, как по спине прошёл холод.

Император медленно сказал:

— Приведите его.

Через несколько минут в зал ввели связанного мужчину.

Когда он поднял голову и увидел меня, его лицо побледнело.

— Это она… — прошептал он.

Император спокойно спросил:

— Кто приказал тебе её убить?

Мужчина молчал.

Император слегка наклонил голову.

— Ты понимаешь, что произойдёт дальше?

Мужчина посмотрел на меня.

И вдруг рассмеялся.

— Уже слишком поздно.

— Почему? — спросил император.

Улыбка на лице пленника стала шире.

— Потому что она уже отмечена.

Я нахмурилась.

— О чём он говорит?

Но пленник продолжал смотреть только на меня.

— Теперь за тобой придут другие.

— Кто? — спросил император.

Мужчина тихо ответил:

— Те, кто охотится на древнюю кровь.

Зал снова погрузился в тяжёлую тишину.

И в этот момент я поняла одну вещь.

Кажется, врагов у меня теперь стало намного больше, чем я думала.

После смерти пленника в тронном зале словно стало холоднее. Ещё секунду назад здесь звучали шёпоты, шелест платьев, осторожные реплики придворных, а теперь воздух сделался тяжёлым и неподвижным, как перед бурей. Стража перекрывала выходы, придворные пятились к стенам, а я не могла отвести взгляд от мёртвого тела на каменном полу. Тёмная стрела всё ещё торчала из его шеи. Кровь растекалась тонкой лужицей, почти чёрной в свете факелов. Это было слишком быстро, слишком точно, слишком показательно. Кто-то не просто убрал свидетеля. Кто-то хотел, чтобы все в этом зале поняли: меня уже нашли.

Император не повысил голос ни на один тон. Именно это пугало сильнее всего. Когда такой человек молчит слишком спокойно, значит, внутри у него уже идёт война. Он смотрел на тело пленника несколько секунд, потом перевёл взгляд на окна, высокие, узкие, затянутые тенью. Казалось, он мысленно вычисляет траекторию выстрела, расстояние, слабые места охраны, имена людей, которых придётся казнить за одну-единственную удачную стрелу в его собственном дворце.

— Закрыть внутренний периметр, — произнёс он наконец. — Никого не выпускать и никого не впускать без моего приказа. Северную и западную башни проверить дважды. Лучников на стены. Всех слуг, находившихся рядом с залом, задержать до выяснения. Если стрелок ещё в пределах дворца, он не должен выйти живым.

Капитан стражи коротко поклонился и удалился почти бегом. Император повернулся к архимагу, и между ними прошёл быстрый, тяжёлый взгляд людей, давно понимающих друг друга без лишних слов.

— Ты уверен? — спросил император.

— Слишком многое совпало, — ответил Лориан. — Стрела с тёмным ядом, метка, слова о древней крови. Это не подражатели и не обычные наёмники. Это они.

Я всё ещё смотрела на свою руку. Знак на запястье не исчез. Тонкие золотистые линии переплетались, образуя странный узор, похожий на сплетение лозы и пламени. Он был красивым, почти завораживающим, если забыть, что этот узор только что превратил меня из случайной жертвы дворцового заговора в цель для фанатиков, охотящихся на древнюю магию.

— И долго все собираются делать вид, что для меня это должно что-то значить? — спросила я, не отрывая глаз от символа. — Вы говорите о метке, об охотниках, о древней крови так, будто я выросла в вашей библиотеке и с детства учила эту историю.

Архимаг, как ни странно, не обиделся. Он подошёл ближе, но не коснулся меня снова. Видимо, одного раза ему хватило.

— Когда-то, — начал он, — задолго до нынешней империи существовали роды, в которых магия передавалась не через обучение и не через ритуалы, а через кровь. Это была не просто сила. Это была первородная магия, старше корон, династий и законов. Люди называли её по-разному. Огнём звёзд, дыханием бездны, даром первых богов. Но чаще всего — древней кровью. Эти маги умели слишком многое. Они видели связи между живым и мёртвым, между словом и реальностью, между клятвой и судьбой. Их боялись даже короли. Со временем их начали уничтожать — сперва осторожно, потом открыто. Одни правители боялись бунта, другие хотели забрать их силу, третьи были слишком слабы, чтобы терпеть рядом тех, кто сильнее их самих. Война длилась десятилетиями. Последние носители древней крови исчезли триста лет назад. Или все думали, что исчезли.

— А потом появилась я, — сказала я сухо.

— Похоже на то.

— И почему эти ваши Охотники Пепла до сих пор существуют, если охотиться, как вы говорите, было уже не на кого?

Лориан перевёл на меня усталый взгляд.

— Потому что фанатики не умеют умирать вместе со своей целью. Их орден пережил империю, которая их создала. Пережил династии, войны, голод, раскол храмов. Они меняли лица, имена, покровителей, но не смысл. Для них носители древней крови — это ошибка мира. Скверна. То, что должно быть выжжено до последней искры.

Я усмехнулась без веселья.

— Очень мило. Значит, теперь за мной охотится древний тайный орден убийц, потому что я случайно очнулась не в своём мире и не в своём теле.

Император посмотрел на меня чуть внимательнее, чем обычно.

— Случайно ли?

Эти два слова ударили сильнее, чем я ожидала. Я резко подняла голову.

— Что вы хотите этим сказать?

Он ответил не сразу.

— То, что мне всё меньше нравится слово «случайность».

Я уже собралась сказать, что у меня нет ни малейшего желания участвовать в его загадках, но в этот момент архимаг прищурился, глядя на мою руку.

— Метка меняется.

Я опустила взгляд. Он был прав. Линии на запястье, до этого просто светившиеся тусклым золотом, теперь медленно пульсировали, будто в такт сердцу. С каждым ударом света становилось чуть больше, а внутри ладони будто тлел крошечный уголь.

— Почему она светится? — тихо спросила я.

— Потому что рядом опасность, — сказал Лориан.

— Здесь весь дворец — сплошная опасность.

— Нет, — вмешался император. — Сейчас не это.

Он шагнул ко мне так быстро, что я не успела понять, что именно его насторожило. Ещё через секунду он резко развернул меня за плечо в сторону колонн у дальнего края зала.

В тени между ними что-то блеснуло.

Тонкая серебристая нить.

Потом ещё одна.

Архимаг вскинул руку. Воздух дрогнул, и между колоннами с треском вспыхнул голубоватый барьер. Кто-то вскрикнул. Из тени вылетел человек в чёрной одежде и с глухим ударом врезался в магическую преграду. За ним появились ещё двое. Один тут же развернулся и бросил в нашу сторону короткий клинок. Император успел закрыть меня собой. Нож ударился о невидимую волну тьмы перед его рукой и, звякнув, упал на пол.

— Взять живыми, — приказал он.

Стража рванулась вперёд, но нападавшие двигались слишком слаженно. Один из них метнул в зал стеклянный шар. Тот разбился о камень, и мгновенно вверх поднялось облако серого дыма. Началась паника. Кто-то из придворных закричал, дамы кинулись к выходам, мужчины пытались не потерять достоинство и толкались не хуже слуг. В густом дыму мелькали тени. Я почти ничего не видела, только ощущала крепкую руку императора на локте.