Я почувствовала себя свободно, легко. Без притворства и желания угодить и уподобиться другим.

Я не отвечала на сообщения в беседе день, два… неделю. Я так была поглощена новыми отношениями, что напрочь забыла обо всем на свете.

Первый поцелуй, сорванный с моих губ, заставил меня оторваться от земли. Я наслаждалась каждым моментом, когда мы, два подростка, сминали губы друг друга в не умелых поцелуях, смешно сталкиваясь носами, убежденные, что скоро, мы научимся делать это правильно. Тогда я была уверена, никто не сможет нам помешать, мне было плевать, что его семья — это простые военные, на пенсии. Что мы разных социальных статусов, на что часто в моем родном городе делали акцент наши с Марком друзья. Я была счастлива.

Но счастье любит тишину.

За несколько дней, до того рокового момента, я рассказала обо всем Маше, подруге, чтобы была в моем классе. Я окрыленно поведала ей обо всех своих ощущениях. О глупых разговорах и даже первыми зачатками влюбленности. Мне хотелось сообщить родителям, что я останусь здесь на все каникулы, ведь ни на минуту, я не хотела с ним расставаться.

А на следующий день, я увидела свои поцелуи с парнем моей мечты в соц сетях. Он выложил эти снимки, снятые кем-то с большого расстояния и максимально приближённые. Со стороны, не зная кто на этих снимках, определить личность было невозможно. Но я знала, что это я. Мы.

Гадкая подпись к ролику: « Ещё одна столичная сука утекла под моим обаянием. Кто следующий, девчонки?»

Я глотала слезы, не разбирая дороги, бежала к нему. Мне нужно было выяснить лишь одно: Зачем? За что?

Я верила ему. Он столько говорил о личном, не стесняясь, ни увиливая. Он был откровенен со мной. И в один миг взять и все растоптать? Нет.

Я не хочу в это верить.

Запись появилась вчера вечером. Сотни гадких комментариев разрывали душу на куски. Кто-то требовал ещё одно видео, со мной, но в другом формате. Другой готов был заплатить за прямую трансляцию. Но больше всех, злорадничали именно девушки. Хотя можно было подумать, что на моем месте могла бы оказаться любая из них.

«Поделом тебе *люха. Катись обратно в свой город, там у тебя большой выбор» — это самое мягкое, что мне пришлось прочесть о себе.

Новость живёт десять минут. Плохая тоже. Я закрыла комментарии и впивая ногтями до боли в кожу, старалась сбить душевную боль, заменив её на физическую. Десять минут прошло, но пустота внутри только разрасталась, засасывает в себя все хорошее, что было во мне.

Я не верила, не хотела верить.

Меня обволакивало болью, затопило ею. Тело было ватным, словно меня сбила машина и долго несла за собой, разрывая внутренности на куски.

За мутной пеленой слез, я не увидела до боли знакомую машину, у главного входа. Не заметила давно известных мне людей. Только уже в комнате, посередине гостиной, мое внимание привела тот, кто лежал в луже собственной крови, мой некогда нежный и внимательный друг, сорвавшись мой первый поцелуй, а после уничтожил все мои наивные и детские мечты.

Я дышала открытым ртом и не могла выровнять дыхание.

Его лицо потеряло привлекательные черты. Глубокие ссадины надулись, глаза заплыли, и превратились в тонкие щели, через которые на меня смотрели все с той же… нежностью.

Нет! Мне показалось. Определенно. Он не мог сотворить такое со мной, а потом так смотреть.

Его губы, едва заметно разомкнулись, между ними образовалась тонкая ниточка густой крови, а из них лишь одно слово.

— Беги. – это было последнее что он сказал, прежде чем тяжёлый ботинок обрушился на его голову, лишая сознания.

Я перевела взгляд выше, по ноге, всматриваясь в черты лица и не понимая, кто передо мной. Хотелось убежать, но вместо этого, стояла, не смея пошевелиться.

Я пришла в себя, только когда учуяла горький дым сигарет. Пелена перед глазами медленно начала развеваться, а черты лица того, кто безжалостно избил моего друга, стали более отчётливыми.

— Положи телефон на место. – взгляд Марка упал на меня сверху вниз, пригвождая к месту.

Держался он уверенно, глядя на парня в луже крови, как на досадное недоразумение.

— Что ты надел? – не веря своим глазам прошептала я, прикрывая руку ко рту, останавливая тошнотворные спазмы.

— Защитил твою честь. Блять. Для него твой позор станет фатальным. – безразлично выплюнул он.

— Нужно вызвать скорую.

Марк в два шага оказался рядом со мной и выхватив мой телефон из рук, швырнул его в стену, отчего тот рассыпался на мелкие детали.

— Я сказал никому не звонить. Сучок получил по заслугам.

— Мы даже не знаем, он ли это выложил. Снимали издалека и…

— Хватит нести хуйню. Думаешь я был рад, увидив вчера видос, где ты сосешься с каким-то уебком? Он прикоснулся к тебе и унизил. Я сделал тоже самое с ним. Никто, слышишь, никто не должен так обходится с девушкой. А если ты позволяешь относиться к себе как к предмету спора, то и я буду видеть в тебе лишь вещь. Ты хочешь быть вещью, Алина? -возвышаясь со всей высоты своего роста, произнёс Марк.

— Нет. – я сжалась, обхватив себя руками. Мне хотелось стать ещё меньше, чтобы не испытывать страха перед ним и его подавляющей энергетикой.

Докурив сигарету, он бросил окурок в парня и взяв меня за руку вывел на улицу, где нас поджидала его машина.

Мне хотелось реветь несколько месяцев, жалеть себя и просто побыть одной, разобраться в произошедшем. Подумать, над его причинами. Но мне не дали этого сделать.

С того злополучного дня, Марк личным сообщением, каждый вечер назначал время общей встречи, где я чувствовала себя лишней, где никто не спрашивал, мое мнение или мои интересы, а просто обсуждали все то, что было сейчас на хайпе. Пока в один из дней, Марк позвонил мне поздно вечером и преподнёс мне подарок.

Стоя возле моего дома, облокотившись о свою машину, он мрачным взглядом, проследил пока я приближусь к нему, кутаясь в тонкий клетчатый плед. Вытащил из внутреннего кармана пиджака увесистую коробочку и протянул её мне.

Я не хотела её принимать , но все же, может ему было интересно мое мнение относительно того, что там лежало. Открыв её, я обнаружила браслет. Тонкую полоску серебрёного металла. С гравировкой из японских иероглифов.

— Красиво. – только и сказала я.

— Отлично, можешь оставить себе.

— Я не могу его принять. Прости. – протянула коробочку ему в руки, но он не достал их из карманов брюк. — Подари это Нике, уверена, ей понравится. – с улыбкой произнесла я, чтобы скрасить мои грубые действия.

— Я купил ей кольцо, а это, — он презрительно взглянул на чёрный бархат. — Дали на сдачу. Забирай, ей эта безделушка радости не принесет.

Я не знала как отказаться, поэтому приняла. И это стало точкой отправления нашей, более крепкой, дружбы.

С тех пор, он всегда приносил мне что-то. Выделял среди остальных. Сажал рядом с собой и тщательно контролировал с кем я общаюсь. И все для того, чтобы уберечь и предостеречь тот ужасный случай, который уже однажды, произошел со мной.

Возвращаясь к браслету, я погладила прохладный металл и с огромной тяжестью на сердце, превозмогая раздирающие меня противоречия, сняла браслет и протянула его парню.

— Нас больше нет. Мы расстаемся навсегда. И даже дружба, теперь между нами невозможна.

— Я слышал эту херь уже множество раз. Можешь не повторяться. – он небрежно опирался на стол и сверлил меня острым, пожирающим взглядом.

— Почему тогда ты здесь, в моей спальне?

— Я в спальне своей девушки. Ты дала мне согласие быть моей.

— Да, но это было до того, как я застала тебя с другой. А теперь я прошу тебя уйти. — я уставилась в пустоту. Так было легче контролировать накатывающие слезы. Как бы я не пыталась проработать эту боль, заглушить её, я все еще остро реагировала на бывшего друга.

—Эта шлюха не стоит того, чтобы рушить наши отношения. Забудь о ней, её больше не будет в нашей жизни.