Ужас сковал мои тело, не давая возможности пошевелиться. А внутри, в противовес, натянулась скрипучая пружина. Как старый аккордеон, издавший последнюю ноту, в комнате раздался дикий, заразительный смех.

Мне захотелось выглянуть в коридор и убедиться, не подслушивает ли мама. Может такова её реакция на слова Марка о том, что постельный план отношений, для него гораздо важнее духовного.

Заливистый смех отражался эхом от стен. В уголках моих глаз появились слезинки, а в лёгких катастрофически заканчивался кислород.

Глаза Марка смотрели остро. Одна бровь взметнулась вверх. Кажется он был удивлен, но из своих рук меня не выпускал. Наоборот, сделал шаг ближе, вколачивая в своё тело.

Затылком я почувствовала несколько коротких стуков, после чего дверь попытались открыть.

— Марк, Алинка. Слышу вы там веселитесь? Идете за стол, я вас ужином накормлю. – голос мамы звучал очень любезно. Но разве она не опаздывала на самолёт? Или все дела могут подождать, когда в доме Он.

Марк уткнулся мне в висок, волосы всколыхнулись от горячего шепота:

— Пошли её.

Отсылать маму, которая единственный раз в жизни, вовремя решила проявиться прыть, я не могла. Поэтому, все еще испытывая внутреннюю дрожь, после недавней истерики, я с лёгким сердцем, окрыленная возможностью избавиться от парня, крикнула:

— Идем, мам!

Непередаваемые ощущения, выбраться из лап зверя, который уже постирал лапки, от нетерпения вцепиться в свою добычу, не оставив выбора и шанса на спасение.

Толкнула парня, он нехотя, но всё же отстранился и позволил мне развернуться в кольце своих рук.

Мама встретила нас белоснежной улыбкой, ладонью указала направление, будто никто из нас не знал где располагается гостиная и подхватив Марка под руку с другой стороны, щебетала о его неожиданном визите и её нескончаемый радости от встречи с ним.

Мой растрепанный вид, вопросов у мамы не вызвал. Красные следы на шее, щеках и груди, так же были отмечены её цепким взглядом, но никакой реакции на это не последовало.

Внизу нас ждала Рита. Если бы меня попросили найти пять отличий между мамой и ей, я бы сдалась ещё на первом.

Та же улыбка, те же ужимки. К чему стараться расположить к себе того, кто заранее должен вызывать лишь чувство омерзения. Он предатель! А не кинозвезда.

Меня хватило на десять минут, в обществе родных и парня. Марк сидел, не говоря ни слова, только желваки ходили. Иногда, на особо глупых вопросах, он поджимал губы и косился на часы.

Почти все это время, он не отрывал от меня взгляда, мысленно расчленяя за то, чего был лишён. А именно приятного вечера.

Ну ничего дорогой, раз все катится в бездну, то пора бы подкинуть дровишек в адский котёл. Ты хотел услышать ответ? Так слушай!

— Мама, Рита. Уже несколько дней, как я хочу вам кое-что рассказать. Дело в том, что мы с Марком, решили сделать паузу в наших отношениях. – мамино лицо покраснело, а взгляд заметал искры, но краем глаза, она так же отслеживала реакцию Марка. Правильно мама. Ты ведь все знаешь, и моя речь вовсе не для твоих ушей. — В жизни Марка появилась другая девушка. Я не могу сказать, лучше или хуже, просто другая и мне невыносимо больно об этом говорить, но для нас обоих будет лучше, если я, в своей эгоистичной любви, наконец перестану нас мучать и отпущу его.

Повернулась к Марку, губы которого расползаются в злобным оскале и уже ему проговорила:

— Спасибо тебе за те годы, проведённые вместе. Для меня это большой опыт, и я рада, что была с тобой. Но ты больше не должен скрывать свои чувства к другой девушке, остерегаться меня обидеть. Я больше не маленькая девочка и ты не должен беречь мои чувства. Я отпускаю тебя и благодарю за каждую минуту проведённую вместе.

Мама энергично обмахивалась салфеткой. Рита застыла, губы изобразили беззвучную букву «о». Краска с лица сползла, делая её черты мертвецки бледными.

Вилка в руках Марка начала медленно изгибаться, что само по себе, было тревожным звонком. Думаю я достаточно наговорила, поэтому напоследок попрощалась со всеми, попросила Марка больше не делать мне одолжение и не заезжать за мной с утра. После чего бегом помчалась в свою комнату, на лестнице, даже пришлось перепрыгивать через две ступеньки. Глупости конечно, но я боялась, что он помчится за мной.

Засыпала я, закрывшись на несколько замков, с довольной улыбкой, от которой побаливали скулы и неожиданным звонком, с неизвестного номера.

Номер Марка был в чёрном списке, поэтому я ничего не опасаясь, приняла звонок.

— Что ты наделала, Алинка. – встревоженный голос резанул сознание. Я присела на кровати, лёжа информация воспринималась хуже. Я не могла узнать говорившего по тихому шепоту. Но все же, вместо того, что бы спросить: Кто это? Я произнесла:

— О чем ты говоришь?

— В букете цветов нашли записку с адресом гостиницы. Парни, с нашего потока, из тусовки Марка, пробили твой телефон и вскрыли переписку, которая теперь гуляет в нашем групповом чате. Ох Алинка, как ты могла изменить Марку? Что же теперь будет. — голос прервался, а вскоре послышался всхлип. — Я прошу тебя, не заходи в чат и не читай того, что там пишут. Это ужасно, мерзко. Но это ваши проблемы и я уверена, если бы на твоем месте была бы любая другая, её не «удостоили» и половины тех слов, которые льются на тебя сейчас как из бочка унитаза. Разберись с Марком до того, как он узнаёт о твоей измене и прошу тебя, будь осторожна. Мне кажется, наши что-то затевают.

Звонок прервался, последние слова, были сказаны скороговоркой, и кажется, я узнала голос говорившего.

Я понимала, что должно произойти, и это знание заставляло сотрясаться мелкой дрожью. Руки показались чересчур холодными, что я почти не чувствовала тяжесть телефона и он, с громким стуком, выпал из моих пальцев. Удушье поднималось к горлу, перекрывая доступ к кислороду. Я смотрела на чёрный экран телефона, на белом паркете и боролась с внутренними противоречиями.

Травля. Одно короткое слово, могло полностью разрушить мою жизнь. Превратить в загнанное животное, презираемое всеми. Даже тот, кто был ранее со мной в дружеских отношениях, отвернется от меня, лишь бы не разгневать моего бывшего парня. От всего этого пухла голова. Разрывало сознание в клочья, вгоняя в полное отчаяние.

Я поднялась и в задумчивости подошла к окну. Свежий воздух немного, но помогал думать здраво, не впадать в истерику, а продумать пути решения этого конфликта.

Договориться, ни с одним из них не выйдет. Марка боятся, а значит, мои оправдания будут пустым сотрясением воздуха. Да и не собиралась я оправдываться. Делать это, значит признать свою вину, а я ни что подобное не совершала.

Мне хотелось мысленно проклясть Кира, за его глупую записку, которая в раз, испортила мне репутацию, но все же, Амина права, на меня накинулись за то, что любой другой, спустили бы с рук, а значит моя проблема не в однокурсниках. А в Марке. Я должна с ним поговорить, чтобы он прекратил это и оставил меня в покое.

Первая мысль, была позвонить парню. Но я быстро её отогнала. Ещё позднее время, он спит или развлекается, неважно! Трубку он не возьмет, да и мне нужно время, чтобы успокоиться.

Несколько часов я ворочалась в кровати, не находя удобной позы для сна. Под одеялом было жарко, а без него, я замерзала. Вихрь, внутри меня, даже и не думал утихать, сбитое дыхание не приходило в норму. Что бы я не делала, чувствовала, что меня загнали в угол и завтра грядет нечто новое и ужасное, то что перевернет мою жизнь с ног на голову.

Хватит, я только и делаю, что думаю о том, чего ещё не произошло. Накручиваю себя. Нужно выпить успокаивающий чай, с ромашкой. А лучше с валерьянкой.

Спустилась по винтовой лестнице вниз, налила себе ароматного чаю. Кружка издавала приятный запах, и была термостойкой, что позволило мне согреть онемевшие пальчики.

Собралась подняться в свою спальню, как мое внимание привлёк свет фар, мигнувший несколько раз, словно кто-то поставил автомобиль на сигнализацию.