Может к сестре? Она периодически приводила к себе парней, громко заявляя, что это тот единственный, с которым она готова разделить свои будни, а после пары ночей, его сменял другой. Но тот, кто сидел на резном кресле, нашей гостиной, явно не молодой парень, да и Вика выглядит так, словно её только-только разбудили и заставили убирать со стола. Длинные пижамные штаны, а сверху безразмерная футболка, она заметила мой взгляд и перехватив его, указала на входную дверь. Одними губами прошептав:

— Уходи, пока не поздно.

Медленно, я возвращаюсь к маме, её губы окаменели, а глаза готовы выкатится от напряжения. Она думает, пытается найти причину его нахождения здесь, своего вида. Но теперь, одного её слова будет мало, чтобы переубедить меня и, стоило слететь с неё материнскому обаянию, как она потеряла весь контроль над ситуацией и теперь, просто выгнать меня, будет недостаточно, чтобы скрыть все следы своей измены.

Да, возможно я и была дурой, закрывая глаза на её поздние гулянки с « подругами», на длительные командировки безработной женщины, уверяющей, что так нужно, для её ИП. На бесконечные траты, и ущемления в угоду её богатой жизни, на призывы ночевать вне дома, даже когда мне не было ещё восемнадцати. Ей было плевать где, главное не там, куда она приводила другого.

В моем сломленном духе, снова разгораются чувства, но не понимание и любовь, а ненависть и разочарование.

Мама хватает меня за щеки, стараясь отвести мой взгляд от него и сконцентрировать на себе. Кажется она бормочет о том, что не следует об этом никому говорить. Странно, неужели закончились оправдания…

Грустная улыбка озаряющая мое лицо, в считанные секунды превращается в оскал.

Ты наслаждалась, мама, моей болью. Видела, мое израненное тело, но не волновалась обо мне, радуясь сытой жизни, утопала в папиных деньгах, и отплясывала на его костях, когда он из кожи вон лез, чтобы найти деньги для того, чтобы не лишиться дома и продолжать нас содержать. Ты не поддержала его, напротив, нашла альтернативу. Теперь же, и тебе придется подыскать новый дом, когда отец обо всем узнаёт.

А он узнаёт! Я это тебе обещаю.

Для нас папа всегда был в хорошем настроении, даже если дела шли плохо, он оставлял все за порогом дома и входил к нам так, словно вновь готов был уронить весь мир к нашим ногам. К сожалению, в нашей семье произошли небольшие деления, где отец, по какой-то причине, выделял страшную дочь, меня. Чаще возил с собой на работу, знакомил с персоналом и постепенно учил основам управления, в то время как сестра была под влиянием мамы и её политики жизни.

Для него, мое мнение будет решающим, даже если Вика скажет, что все это не правда, он примет мою сторону. Он бы не владел бизнесом так долго, если бы не обладал жёстким и бескомпромиссным характером. А значит, скоро и маме придется познакомиться с его обратной стороной.

Я не даю матери шанса опередить меня, набрать его номер и уверить, что я не в себе. Быть может, в её версии, я даже потеряла бы сознание и меня бы привёл добрый дядечка, в столь поздний час, которого мама была просто обязана отблагодарить.

Кажется, я уже припоминаю подобную историю и пазл складывается в очень неприятную картину.

Телефон освещает тёмный коридор, освещая часть моего лица, цветами нашей фотографии, что стояла на моей заставке.

Мама бьет меня по руке, но я была готова к этому, поэтому отойдя в сторону, бросаю последний взгляд на человека, которого за день узнала по новому. Забавно, столько людей открылись для меня сегодня совсем иначе. Тот, о ком ходили ужасные сплетни, не притронулся ко мне и пальцем, заглушив и свой и мой порыв одновременно, а тот, кто был для меня целым миром, оставил подыхать в хостеле. Без денег, без тёплой одежды, без шанса выбраться из незнакомого места, без…невинности и хотя бы крох гордости. Он растоптал меня, превратил в пыль. В одну из своих множественных бывших, которые грезили его обществом, а натыкались на смятые купюры, и пустой, ничего не видящий перед собой взгляд Марка, что как и мне объявлял о финале так называемых отношений.

Собранный голос отца разрезает тишину, заставляя маму вздрогнуть. Она молчит, не смеет подать голос, надеясь, потом прикинуться дурочкой, и сказать, что её там и вовсе не было, и её бестолковая дочь снова все напутала. .

— Пап, нам нужно поговорить о маме. У неё другой мужчина в доме, а меня, она не хочет видеть. Мне некуда идти. Помоги мне… папа. – голос все же сорвался и на последнем слове я почувствовала ком в горле. Я зажмурилась, ощущая давление в грудной клетке.

Тишина, снова эта гребаная тишина. Я жду, что скажет отец, мама грозовой ручей нависает надо мной, обхватив себя за талию одной рукой, а другой, нервным жестом, массировала себе шею. Ей хочется вцепиться в меня, разбить мой телефон и вытолкать из своего дома, но все, что она может, это стоять и ждать вердикта. Вика, за её спиной не решается к ней притронуться, наоборот, смотрит затравленным зверьком на маму, но стоит ей обратить взор на меня и он преображается. . Её взгляд полон злости и обиды, я только что, собственноручно разрушала нашу семью. Лишила её отца, ведь мать будет умело манипулировать их встречами.

— Я услышал тебя. Иди в кафе, напротив дома, я пришлю Захара, он отвезет тебя ко мне. Поживешь пока тут. Недолго, полгода, но этого хватит, пока я решу все вопросы с бракоразводным процессом.

— Павлик, — бросается мать на меня, вырывая телефон. – Ты знаешь меня, я бы никогда…

— Знаю, поэтому жди повестку в суд.

Мать рыдает, ей под руку попадаются ключи и она швыряет их в меня, следом идет пульт от люстры, а после напольная ваза разлетается от её резких движений.

Мужчина, что мирно сидел в гостиной, решил показать нам себя, но мириться с истерикой своей любовницы не пожелал, поэтому подобрав с пола ключи, решил удалится.

Она осталась одна, никому ненужная, брошенная и было нечто ещё.

— Ты за это заплатишь, сука. Я сделаю все, чтобы твой приезд из Европы, стал твоим окончательным падением. Шлюхой меня выставила перед отцом? На своей же шкуре почувствуешь разницу. Я буду ждать тебя, доченька.

Она пылала яростью и отвращением ко мне. На краю сознания, подлый червяков шептал о том, что она выполнит своё обещание. Она превратит мою жизнь в ад. Но это будет после. А сейчас, у меня есть полгода на восстановление. За это время, я вычеркну Марка из своей жизни, забуду о нём навсегда, и отрежу мать от своей жизни, не оставив ей и шанса влиять на меня и тем более, запугивать.

Я стану сильнее. Я обещаю.