— Да иди ты.

Брэйв едва успел увернуться от кинутых Венжем крошек.

— Ладно, увидимся позже, — он вновь кивнул Пулчару и Етти и направился к выходу.

Пока бывший Святой рыцарь шёл по таверне, ему то хлопали по плечу, то протягивали руки для рукопожатия — даже несмотря на последнюю «обнову» его явно любили и уважали.

Пулчар и Етти сели напротив, не переставая обмениваться странными взглядами и всё шире улыбаясь.

— Так, — не выдержал Брэйв, — что за лица у вас такие подозрительные?

Улыбки на их лицах стали только шире, а в глазах весело блеснули лукавые огоньки.

— Вы чего так на меня смотрите, будто родители на школьника, который впервые подержался за руку с девчонкой? — Брэйв хмуро скосил на них глаза, чувствуя себя всё менее уютно. — Хватит туманных намёков. Вы купили зелья?

— Да. Правда, отдали раза в три больше, чем раньше, — ответил Пулчар. — Доступ к аукционисту ведь обрезан, а игроки взвинтили цены. А по поводу намёков…

Целитель замолчал. Брэйв проследил за его взглядом и скосил глаза на своё правое плечо. На нём выделялась нашивка с золотистой цифрой «1».

— Ну и? — буркнул он.

— Да ладно, Б-брэйв, — мягко и понимающе сказала Етти. — Мы же п-прекрасно знаем, что т-ты всё это затеял исключительно ради Лиги и п-первого места среди рыцарей.

Брэйв поморщился и отвернулся к окну. Пулчар миролюбиво добавил:

— Это у тебя на лбу написано.

Брэйв пару секунд молчал, словно собираясь возразить, но лишь тяжело вздохнул и покачал головой:

— Ладно, ладно, вы правы…

Он немного расслабился и, тихо усмехнувшись, повернулся к ребятам:

— Хотя, вообще-то, я особо и не скрывал этого.

Брэйв задумчиво покрутил кружку в руках и вновь вздохнул.

— Первый сезон классовой Лиги заканчивается через несколько дней, а пара ключевых данжей для рейтинга находится на южных землях. Сначала я хотел помочь с эвакуацией и отступить вместе со всеми в Кристальную крепость, а потом вернуться сюда вместе с тобой, Етти. Мы ведь уже фармили, и у нас неплохо получалось. А потом появился Сигил вместе с той девушкой, и я подумал: почему бы не сопроводить его самому, взяв заодно и вас? Так закроются сразу две задачи.

Повисла короткая пауза, наполненная гулом голосов и стуком кружек по столам. Брэйв бросил на ребят выжидающий взгляд, но Пулчар и Етти продолжали молча улыбаться, даже не думая задавать вопросы.

— Чего? — не выдержал он наконец. — А где расспросы? Где упрёки? Где нотации в духе «и зачем тебе эта чёртова Лига»?

Пулчар с Етти лишь переглянулись — и будто уже всё обсудили без слов.

— Если ты р-решил не рассказывать, значит, у тебя была на это п-причина, — ободряюще улыбнулась Етти.

— Именно, — подхватил Пулчар. — И потом, ты сам говорил, сколько времени потратил на эту Лигу. Было бы обидно бросать всё на финише, когда до цели остаётся пара шагов. Мы с Етти решили просто помочь тебе, не доставая лишними вопросами.

Брэйв бросил на ребят взгляд, полный благодарности.

— А-а-а… правда? Тогда… спасибо вам. Только…

Он на мгновение замолчал, подбирая слова:

— Дело даже не в потраченном времени и не в наградах. Если честно, награды меня мало интересуют. Они так себе, особенно по сравнению со спидран-турниром. Просто… это мой личный бзик.

Брэйв поморщился, будто говорить это вслух было не по себе, и продолжил:

— За всё время, сколько я играю, я никогда не занимал первое место. Ни в одном рейтинге. Ни разу. Никогда.

— А как же эта игра? — удивлённо спросила Етти.

Брэйв пожал плечами.

— А что тут? И тут я нигде не был первым. Первую легендарку мы закрыли пятыми, вторую — ещё позже. В спидран-турнире были близки, но стали только вторыми. Локальные достижения считать не буду. Даже специальный класс, — Брэйв посмотрел в сторону двери, через которую Венж недавно ушёл, — и тот достался другому.

Короткое молчание повисло над столом, гул таверны будто приглушился. Брэйв молчал, перебирая в мыслях слова.

— Я понимаю, — тяжело выдохнул Брэйв, — что это, может, не охренеть какая великая цель. Но другие же берут первые места. Открывают ладдер и видят себя на вершине чёртового рейтинга. И видят не на мгновение, как я себя сейчас, а в самом конце, после подведения итогов. Я… Я хочу хотя бы раз испытать это. Почувствовать, что победил. Что оказался лучшим среди тех, с кем соревновался.

Все притихли. Брэйв машинально покрутил пустую кружку в руках.

— Ты можешь на нас п-положиться, Брэйв, — тихо и тепло сказала Етти, нарушив напряжённую паузу. — Мы п-поможем тебе.

Пулчар кивнул:

— Конечно. Если найдётся дело и для меня, буду рядом.

На душе стало легче. С Лигой не было особой тайны — но когда ребята так спокойно приняли внутренние заморочки, с плеч словно спал груз.

— Спасибо, я…

— Брэйв? — вдруг встревожилась Етти. — П-посмотри на п-плечо!

Пулчар, до того улыбавшийся, мгновенно посерьёзнел. Брэйв медленно перевёл взгляд на своё правое плечо — и замер.

— Э-э-э…

Последние дни плечо согревала нашивка с золотистой единицей. Ещё несколько минут назад она была на месте. Теперь же единица исчезла, и на плечо давил странный знак вопроса.

Поход на призывного босса затянулся. Хоть Грийс и сказал, что вопрос с Выжигателями закрыт, за ним всё равно тянулось длинное послесловие.

На следующее утро началось общение с пленниками, к которым у Альянса также было много вопросов. Когда Шрам и Тад были готовы переступить порог Кристальной крепости, за ними пришли. Шрама сперва допросили наедине, потом в присутствии тех, кто его пленил. С Тадом возились ещё дольше — с ним общались в три подхода, и последнее общение затянулось на полчаса.

К тому времени, как всё это наконец закончилось, солнце клонилось к закату. О фарме босса можно было забыть.

Следующий сбор сорвался из-за старых товарищей Шрама — ребят, с которыми он на старте делал первые шаги. Их пути давно разошлись, но те не пропали: собрали гильдию, что за полтора года выросла из скромной конст-группы в сотню крепких игроков. Гильдию Ласткор возглавлял Васильич, один из лучших друидов игры. Его многие уважали, и за советом по классу обращались именно к нему. Встретив давнего товарища, Васильич обрадовался — и по старой памяти пригласил Шрама в гильдию. Для стража сразу нашлась работёнка. Шрам подтянул Тада, и лишь через три дня парни освободились.

Ошибка.

Доступ в «ДКП-Сокровищницу» запрещён.

— Чёрт, Грийс ещё разрешение не выдал, что ли… — недовольно пробурчал Вилл, отмахиваясь от назойливого окошка, в котором перечислялись гильдии Альянса, допущенные в эту часть крепости.

Доступ не появился ни спустя пять минут, ни спустя десять. Вилл нервно постукивал пальцами по холодной кристаллической стене, испещрённой тонкими нитями светящихся рун, которые пульсировали, словно отражая нарастающее нетерпение. Каждую минуту магическая правая рука тянула за ручку, но дверь не поддавалась.

Наконец, когда всё внутри уже было готово пойти разыскивать Грийса, дверь поддалась. Рука потянула чуть увереннее. Дверь, вырезанная из цельного куска кристалла, распахнулась неожиданно мягко и без единого звука, пропуская в одно из самых закрытых и ценных помещений Кристальной крепости.

Вилл сделал несколько шагов и остановился. Зал простирался далеко вперёд, теряясь в полумраке. Стены почти не угадывались за многочисленными рядами полок и стеллажей, на которых ровными рядами лежали сверкающие предметы. Не хотелось даже думать, сколько стоит поддерживать такое заклинание незримого расширения, но результат поражал.

За последние дни Альянс впустил в Крепость и её окрестности больше двух тысяч игроков. Ещё столько же стояло лагерем внизу, за плато. Но жить на территории Альянса — не значит быть в нём. Альянс всё больше превращался в закрытое сообщество, вступить в которое можно было либо по знакомствам, либо благодаря экипировке и скиллу.