Намтик поднял глаза, и его губы тронула слабая, едва заметная улыбка.

— Да, не парься, Малой. Выход уже вон, впереди, — Брэйв ободряюще кивнул в сторону кровавой пелены, на фоне которой застыла одинокая фигура. — Так что в пекло этот спецкласс. В реале он тебе не потребуется.

— А Сигил в порядке? — негромко спросил Венж,

Слабая улыбка за мгновение сползла с лица Намтика.

— Как вам сказать… — неуверенно ответил он.

Ледяное предчувствие сковало нутро. Вилл переглянулся с ребятами и приблизился к мерцающей завесе.

— Сигил? — позвал его Вилл.

Мужчина обернулся не сразу, но когда он повернул голову, Вилл невольно отшатнулся.

Тот слабый, обнадёживающий блеск, что появился в его глазах после длительного лечения, исчез. Белёсая муть вернулась, а тонкая, похожая на паутину кристаллическая сетка, покрывавшая радужки, казалось, стала гуще, проросла глубже, превратив его взгляд в отражение разбитого стекла.

— Господин Вилл… Простите меня…

Сигил поднял свои дрожащие руки. Это не была та жуткая, сломанная мешанина, что они видели раньше. Но пальцы снова слегка повело в стороны, суставы припухли, а по кистям пробегала мелкая, нервная дрожь. Временная аномалия не сломала его вновь, но вырвала недели исцеления, вернув всю ту боль, от которой он только-только начал избавляться.

Тишину в коридоре нарушал лишь методичный гул гигантских часов. Вилл не сдержал смешка, что за секунду перенос в истерический хохот. Удача слишком часто улыбалась им в последние дни. Из всех вариантов временной аномалии Сигил попал именно под ту, что вредила ему больше всего.

— Сигил, дружище, ты вообще как? — сочувственно спросил Брэйв.

Сигил вздрогнул от этого вопроса. Он опустил взгляд на свои руки, и даже такое простое действие, казалось, отозвалось для него болью.

— Мне… снова… — каждое слово давалось ему с видимым трудом, голос был хриплым. — Глаза… пальцы… Будто я вернулся в те дни, когда добрый Роэн лечил меня…

Вилл ничего не сказал. Взгляд снова упал на руки мастера — на этот непрерывный, мелкий тремор, сводивший на нет любую надежду на ювелирную точность. От них он поднял глаза к преграде, которую эти руки должны были сокрушить.

Кровавая пелена казалась раной в теле этого механизма. В её багровой, пульсирующей толще медленно дрейфовали тёмные сгустки, похожие на тромбы. Она отзывалась на их присутствие: тончайшие алые нити отделялись от её поверхности и тянулись к Сигилу, словно голодные щупальца, прежде чем раствориться в воздухе. И прямо сквозь эту живую, кипящую стену магии проглядывал простой, грубый металлический рычаг. Так близко, и так безнадёжно далеко.

— Вилл, а можно тебя на пару слов? — тихо позвал Брэйв.

— Угу.

Вилл оторвал взгляд от безуспешных попыток Венжа помочь Сигилу своей святой магией и отошёл с Брэйвом в сторонку.

— Он не снимет печать, — уверенно сказал Брэйв. — Смотри у него как руки дрожат, и пальцы какие-то… словно сломанные снова.

— Ну да… — только и ответил Вилл.

Со слов самого Сигила, разрушение печатей — это тончайшее искусство. Мастер разрушения должен быть гладко выбрит, чтобы даже случайная волосинка ничего не испортила, а каждое его действие должно быть отточенным, как у лучшего хирурга.

— Может, мы его как-то… того? — тихо, почти неразборчиво, предложил Брэйв.

Горячая волна возмущения поднялась в груди, но спустя мгновение её погасил ледяной укол прагматизма. Если Сигил не сможет больше использовать своё ремесло, то единственно разумный, пусть и жестокий вариант, — это убить его и передать ремесло другому НИПу.

— Тут слишком много «но», — прошептал Вилл. — Станет ли новый НИП помогать нам? Как быстро он достигнет мастерства Сигила? И сможем ли мы пробраться сюда вновь?

— И что ты предлагаешь? — Брэйв развёл руками.

— Сейчас? Ничего, — просто ответил Вилл. — Кому мы здесь передадим навык? Здесь НИПы не шляются.

Брэйв ничего не ответил, лишь досадливо стиснул зубы. Вилл вернулся к остальным и мягко коснулся голубой рукой багровой поверхности печати. Она не оттолкнула, но ощущалась плотной и упругой, как застывший кисель.

«Протиснуться точно не выйдет», — размышлял Вилл, проводя рукой снизу вверх и обратно.

— Сигил, что вообще можешь сказать про эту печать? — спросил Вилл.

Губы Сигила неожиданно тронула слабая улыбка.

— Это не просто печать. Это печать пятнадцатого уровня.

— А в чём прикол? — поинтересовался Брэйв. — Типо чем выше уровень, тем сильнее?

Улыбка мастера стала ещё шире.

— Долгое время считалось, что высший уровень — это десятый. Но пятнадцатый…

Вилл задумчиво затылок. Эти слова и состояние Сигила никак не вязались с его улыбкой.

— Сигил, сорян, не хочу показаться грубым, но как ты её собрался разрушать в таком состоянии⁈ — голос Брэйва, лишённый всякой деликатности, прорезал напряжённую тишину.

Вилл метнул на друга строгий взгляд, но тот лишь пожал плечами.

— Брэйв имел в виду, что твои руки… и глаза… Тебе же для работы требуется точность лучшего полевого лекаря, а сейчас ты… Далёк от этой формы, — мягко дополнил Вилл.

Сигил пожирал пелену глазами, на его лице смешались ужас и восторг — благоговение мастера, узревшего вершину, о покорении которой он мечтал всю жизнь.

— Вы правы, Господин Вилл. Но я хочу попробовать. С Вашего, конечно, разрешения.

Слова Сигила упали в оглушительную тишину. Брэйв недоверчиво хмыкнул, Венж вскинул брови. Даже Намтик удивлённо чуть склонил голову набок.

— Сигил, ты уверен? — спросил Вилл.

Мастерство Сигила сомнению не подлежало, но вот поврежденные пальцы накидывали слишком много модификаторов сложности. И всё же, Сигил уверенно кивнул.

— Я уже видел эту пелену и запомнил расположение точек силы. Я… воссоздавал её снятие мысленно, сотни раз. Так что я… готов. Просто мне нужно…

Он запнулся, и его взгляд упал на собственные дрожащие руки. Немой вопрос, адресованный прежде всего самому себе — смогу ли?

Венж шагнул вперёд и твёрдо положил руку ему на плечо.

— Сигил. Твоя сила не только в здоровых руках или ясном взгляде. Она в душе, в чистоте помыслов. Добро не оставляет тех, кто идёт по верному пути. А твоё мастерство в первую очередь здесь, — Венж мягко прикоснулся пальцем к лысой голове Сигила. — Так что у тебя всё получится.

Вместе со словами от Венжа мастера сошёл мягкий свет. Тёплая аура на мгновение окутала Сигила, и мастер медленно выдохнул.

— Я… справлюсь. Просто дайте мне немного времени.

Сигил прикрыл на мгновение глаза и прикоснулся к кровавой пелене. Вилл жестами отогнал остальных и отступил, освободив мастеру пространство для работы.

Первым делом Сигил достал небольшой свёрток и аккуратно развернул его на металлическом полу. Внутри лежали странные предметы — два крохотных молоточка одинакового размера, несколько маленьких зеркал и что-то, похожее на тонкую голубую иглу, светящуюся слабым магическим светом. Завершали этот набор небольшой лоскут ткани и несколько флаконов с жидкостями. Руки мастера заметно дрожали, когда он раскладывал инструменты, и дважды один из молотков выскальзывал из пальцев.

— Господин Вилл, — тихо позвал Сигил, не отрывая взгляда от пелены. — Мне понадобится тишина. Полная. И… время.

— Время не обещаем, но тишина… Конечно, — кивнул Вилл и обернулся к остальным. — Брэйв, ты понял?

Брэйв шумно фыркнул.

— Да-да, к тебе обращаюсь, — Вилл показал кулак, а затем приложил палец к губам.

Сигил достал лоскут ткани и один из флаконов. Открыв его, он смочил ткань в прозрачной жидкости — от неё исходил резкий, едкий запах. Затем медленно, дрожащими руками провёл лоскутом по своей выбритой голове. Один раз. Второй. Третий. Движения были ритмичными, почти медитативными. Закончив, он надел странные очки с толстыми, почти чёрными линзами, которые полностью скрыли его повреждённые глаза.

— Зачем всё это? — прошептал Брэйв на ухо.

— Я откуда знаю, — так же тихо ответил Вилл. — Но явно важно.