Нейтрон поморщился и содрогнулся, будто вновь переживая неприятное воспоминание. Вилл же погрузился в свои образы. Вот алая кровь превращается в тонкую, словно натянутую струну, и пронзает шею Чёрного рыцаря насквозь. Ещё мгновение, и второй рыцарь с воем падает под ноги, пытаясь сбить с себя клубок алых нитей, плотно опутавших всё тело. Третий атаковал справа, но вычерченный из собственной крови щит выдержал сильный удар.

— Я не сразу откликнулся на зов. Сначала потребовалась разведка, — признался Вилл, переводя взгляд на Луну и продолжая рассказ для неё. — Но сегодняшний день я точно назову самым странным за всё время, проведённое нами здесь. А повидали мы, честно говоря, немало. У телепортационной площадки столпились сотни игроков: у многих перестали работать телепорты. Причём выборочно: кто-то мог воспользоваться, кто-то нет, и с каждым часом блокировка затрагивала всё больше людей. То же самое касалось и остальных системных функций, особенно почты и доступа к личному жилью. Для восстановления требовалось некое специальное «разрешение».

— Так вот почему я не смогла выгнать Чёрных рыцарей! — воскликнула Луна. — Я хозяйка комнаты, и у меня всегда была эта возможность, но в этот раз она просто не сработала…

— Не знаю, по какому принципу проводятся границы королевств, но… — Вилл взмахнул рукой, разворачивая перед всеми огромную системную карту. Одна жирная линия по центру разделяла игровой мир на два королевства, но в левой части ютился небольшой отдельный кусочек — земли Альянса. — Теперь весь юг — это официально королевские земли с совершенно иными правилами, которые местами регулируются самой Системой. Как на Севере теперь правит Гига вместе с игроками, так здесь будут править уже НИПы во главе с королевой…

Вилл коротко взмахнул рукой, и карта тут же исчезла.

— Интуиция предупредила меня правильно. Оставаться в столице было опасно, поэтому мы разделились, чтобы эвакуировать наших друзей и союзников. Кромор вместе с Дезгато отправился за своими ребятами-ролевиками. Они сделают крюк через Деревню Трёх Рек, откуда пойдут на земли Альянса. Мы же решили отправиться другой дорогой. Я послал Намтика за тобой, Луна, — Вилл снова взглянул на девушку. — Не только потому, что ты наш друг, но и потому, что ты занималась очень важным делом, и в нынешней ситуации оставлять тебя без присмотра было опасно. Брэйв, Етти и Дезгато забрали с собой согильдийцев. А я взял на себя Аргеннара, а после помог Нейтрону и его легионерам добраться сюда. Путешествовать ночью опасно, и завтра утром, если никто не помешает, все вместе двинем к Кристальной крепости.

Вилл вновь задумчиво почесал щеку.

— Но даже не это сейчас главная проблема. Само по себе убийство Совета и попытки навязать игрокам новые правила ужасны, но всё усугубилось кое-чем ещё. Кровавый шар!

С пальцев вытянутой руки вырвался кровавый шар, который со свистом пронёсся через комнату и врезался в дальнюю стену. Несколько капель едва не попали на Луну.

— Между игроками и НИПами существовала пропасть, которая в то же время обеспечивала хороший баланс. Согласно лору этого мира, у нас, Призванных, более сильная Искра, но мы вынуждены произносить заклинания вслух. НИПы же изначально были сильнее за счёт максимального уровня, но как только мы сравнялись, стало ясно, что даже нубас в самых простых шмотках не уступает в силе стражнику из столицы. Вспомните Малекора, одного из лучших бойцов королевства. На пике своих возможностей он проиграл мне, Брэйву и Венжу, а ведь мы были далеки от максимального уровня. Но у НИПов есть другое преимущество — их безупречность и почти идеальная точность, которой нет у нас, игроков.

Вилл сделал короткую паузу, взглянул на заляпанную стену и продолжил:

— Однако теперь этой пропасти больше не существует. Сегодня утром небо пронзил первый столп света. С тех пор он били снова и снова, становясь всё ярче. После первой вспышки НИПы с пробуждённой Искрой почувствовали мощный прилив сил, а затем стражники впервые начали произносить заклинания вслух, что раньше было невозможным…

— Чёрные рыцари тоже произносили заклинания вслух, — встревоженно подтвердила Луна. — И урон у них был какой-то ненормальный. Даже на дуэлях с игроками столько не прилетало.

— Когда я пропустил одну из их атак, потерял сразу процентов тридцать пять здоровья, не меньше, — дополнил Намтик.

Вилл снова кивнул.

— Вот мы и подошли к самой странной и пугающей части этого дня. По какой-то причине, вероятно, связанной с необычной активностью во дворце и теми магическими всплесками, НИПы резко сравнялись с нами по силе. Нет, даже превзошли. Возможно, именно это подтолкнуло Трелорин к столь решительным действиям против нас. Хотя…

Закончить Вилл не успел. Перебил знакомый резкий звук системного сообщения — тревожный, холодный звон, от которого по коже сразу побежали неприятные мурашки. Такой звук всегда был предвестником очередной проблемы.

1.3 начинается

С почтой творилось что-то странное, но системные письма это не затрагивало. Их по-прежнему можно было читать в любой точке карты.

— Вам тоже системное письмо прилетело?

Все настороженно кивнули. Вилл сделал пару жестов в воздухе и развернул письмо.

Дорогой Виллиус!

Что такое репутация? Показатель того, как к тебе относятся? Или всё же нечто большее?

На деле всё куда грубее, чем кажется на первый взгляд. Репутацию легко свести к простой математической модели. Сделал добро — получил пару очков симпатии. Совершил зло — эти очки потерял. В итоге баланс и решает, кем вы станете друг для друга: друзьями или врагами. У каждого в голове — своя шкала и свои коэффициенты, и нередко один злой поступок затмевает десяток добрых дел.

Однако эта система распространяется не только на личные взаимоотношения. Точно так же она работает и в группах, сообществах, фракциях и гильдиях. Если две гильдии вступают в конфликт, их члены автоматически становятся врагами, даже если лично друг друга никогда не видели. Вчера ты был одиночкой и спокойно качался с одной из гильдий, а завтра вступил к их соперникам и стал заклятым врагом.

В определённой точке вашего путешествия была введена система индивидуальной репутации, которая строилась на отношении конкретного игрока ко всем неигровым персонажам. Но мы умолчали о том, что в это же время существовала общая репутационная шкала — скрытая от ваших глаз. На эту шкалу влияли абсолютно все поступки каждого из игроков.

Со временем мы ввели поощрения и наказания за индивидуальную репутацию. Мы усложняем этот механизм, и теперь неигровые персонажи воспринимают вас не только через призму индивидуальных действий, но и на основании общей репутации всех игроков.

Зачем нужна эта общая шкала? У неё много смыслов и предназначений, но одна из главных причин связана с последствиями ваших поступков. Если бы вы сосуществовали с неигровыми персонажами мирно и выстраивали с ними порядочные отношения, они стали бы вашими союзниками: помогали в делах, делились ресурсами и знаниями. А при достижении определённого порога общей положительной репутации — помогли бы вам завершить игру.

Но вы выбрали другой путь. Противоположный путь. И это полностью ваше решение, за которое вы понесёте ответственность. А значит, живите и дальше в проклятом мире, который сами и создали.

На одной из самых известных и мемных строчек в истории видеоигр письмо закончилось. Вилл проскроллил чуть ниже. Под письмом оказался интерактивный график, который можно было удобно расширить перед глазами и внимательно его изучить.

— Живите и дальше в проклятом мире, который сами и создали… — Брэйв тоже дочитал письмо.

Все задумчиво водили руками перед собой, масштабируя присланный график. Он был огромным — чтобы рассмотреть все детали, приходилось приближать его до максимума и вертеть головой во все стороны. Сам график был весьма прост: ось X показывала дни, ось Y — уровень общей репутации. Вилл присмотрелся к самому началу. Отсчёт вёлся не с дня запуска игры. Начинался график с прохождения первого легендарного подземелья — и появления в мире первого тёмного артефакта. На тот момент система репутации ещё не была объявлена, но работать она начала с того самого дня.