Не то время и не то место, чтобы так разбрасываться энергией. Да и кто ж этот огонь потом тушить будет? На это у меня точно сейчас сил не хватит, и пожар выкосит весь лес.

Тем временем тело ныло. Скверная лихорадка не отступала, хотя острая фаза уже прошла. Нужно будет серьезно заняться этой проблемой. Но попозже, сейчас моих сил остается лишь на одно…

Я потянулся к Источнику, преобразовал энергию в ветер и заговорил. Ветер понес мой Голос на север, к Белкино. Эту технику я придумал давно даже по меркам эпохи Предтеч — задолго до того, как меня, моих братьев и сестер начали называть Предтечами.

Нужно утрамбовать воздух в тонкую нить, вложить в нее слова и направить к нужному человеку. Связь работала только в одну сторону, но сейчас этого достаточно.

«Петрович. Мальца не бери. Возьми „Слонобой“. Иди на юг. Жди у сгоревшего дома. Будем деревню защищать. Ты поймешь, кто враг».

Я представил, как старик вздрагивает от неожиданности, услышав мой шепот прямо в ухе.

Ничего, привыкнет со временем. А может, и вовсе потом немного открою перед ним завесу тайну…

От мыслей меня отвлек отклик Рун — это сработали ловушки на Талице. Лед возник прямо под колесами. Два квадроцикла намертво встряли, третий врезался в первый. Четвертый проскользил по уже готовому льду.

Ударная волна тоже свое отработала — третий квадрацикл отшвырнуло, кого-то отбросило на камни, взорволась одна из гранат. Троих бойцов я больше не чувствовал — их Источники погасли. Остальные, судя по всему, выбирались на берег мокрые, злые, некоторые явно травмированные. Сперва они пытались сломать лед у колес, но быстро плюнули на это дело.

Уцелевший квадроцикл двинулся вперед, за ним потянулись пешие.

Минус трое… Осталось шестеро или семеро.

Я видел происходящее с помощью установленных вместе с ловушками Рун. Моя же собственная Руна Ощущения так далеко еще не дотягивалась, а посему, когда враги отошли от реки, я потерял их на время.

Но ненадолго — вторая ловушка ждала у кромки леса. Квадроцикл выскочил из-за поворота первым. Руна в стволе дерева активировалась, ослепительный свет залил все вокруг. Две сосны рухнули на дорогу, одна накрыла перевернувшийся квадроцикл вместе с водителем, вторая задела группу пеших.

Минус еще двое и один выведен из строя с переломом ноги. Остальные, нервничая и ругаясь, двинулись дальше. Они уже наверняка догадались, что попали не в случайные ловушки, однако от выполнения задания не отказались — просто теперь двигались через лес, петляя. Я потерял их на какое-то время…

Ага, только что прошли недалеко от еще одной ловушки, но в нее не попались…

Вскоре диверсанты были уже рядом — я пошел наперерез врагами и скоро уже смог достать их своей Руной Ощущения. Теперь не пропадут! Более того, на каждого выжившего мерзавца я дистанционно поставил крохотные отличительные Руны, которые увидит Петрович. Для него они эти люди будут подсвечиваться красным, и умный старик сразу догадается, что это враг.

Последняя ловушка ждала остатки диверсантов на подступах к деревне, там, где лес заканчивался и начиналось открытое поле. Это поле отлично простреливалось Петровичем, да и я сам уже был тут — лежал в высокой траве и дожидался незваных гостей.

Я заранее разбросал по траве десяток камней, вплетая в каждый крохотную руну. Сами по себе они ничего не делали. Но когда я активирую их одновременно…

Диверсанты вышли из леса и перешли на бег. До околицы Белкино оставалось метров триста. Пора!

Камни взорвались воздухом, из каждого вышла волна сжатого ветра, и вместе они создали настоящий шквал — трава полегла, земля взметнулась, диверсантов швырнуло на землю.

Я выскочил из укрытия и бросился в атаку с артефактным ножом в руке. Уцелевших осталось всего двое — надо добивать.

Один уже поднялся, выставив перед собой руку и укрепляя Даром тело. Второй открыл огонь не вставая, и мне пришлось тратить драгоценную энергию на защиту от пуль, пока я не добрался до них вплотную.

Я налетел на стоявшего на ногах противника, и ударил ножом в грудь, но тот резко отскочил, стараясь схватить мою руку. Но кто же ему позволит? Чуть довернув корпус, я заехал ему локтем по подбородку.

Однако враг оказался упорным — попытался свалить меня на землю и выхватить нож. Второй в это время поднялся и перезаряжал автомат, но пока не стрелял. И Петрович не стрелял — я чувствовал его краем сознания. Старик боялся попасть по мне. Да и в целом я позвал его сюда лишь для подстраховки. Хотя уверен, мне и своих куцых сил хватит, чтобы прикончить этих подранков.

Вложив почти все оставшиеся Силы, я рванул вперед и, продавив защиту врага, вогнал нож в грудь. Диверсант закряхтел и начал падать, а нож застрял в его пробитой броне. Второй уже вскидывал автомат. Резко развернувшись, я швырнул в него крохи энергии. Сбить с ног сил не хватило, но враг отшатнулся, и я рванул к нему без ножа, по дуге уходя с линии огня.

И хотя основная очередь прошла мимо, он все-таки попал — первая пуля обожгла плечо, вторую я отвел жалкими крохами Силы, что еще оставались в Источнике.

Я кувыркнулся ему под ноги, дернул воздушной петлей, подхватил падающее тело и вывернул шею. Готов…

Руна Ощущения полыхнула — это поднялся тот, с ножом в груди. Крепкий же, зараза. Он уже стоял в пяти шагах за моей спиной и выцеливал меня из пистолета, несмотря на воткнутый в грудь клинок.

Я начал разворачиваться, выставляя блок из сжатого воздуха. Энергии у меня не осталось, но на один паршивый щит хватит.

Грохот «Слонобоя» расколол рассветную тишину… Диверсанта, точно тряпичную куклу, легко отбросило на несколько метров.

Петрович стоял в десяти шагах, опустив дымящееся ружье. На его лице расплывалась довольная ухмылка.

— Я же сказал ждать у сгоревшего дома наверху, — процедил я.

— Виноват, Антон Игоревич, — дед развел руками. — Не обучен я командира одного бросать.

И заулыбался еще шире, старый чертяка.

Пожалуй, со временем стоит научить его внимательно слушать приказы. Или найти себе сурового начальника гвардии и спихнуть на него всю воспитательную часть…

Голова закружилась, и меня убийственной волной накрыла подкатывающая усталость. Я едва стоял на ногах, пошатываясь. И дело было не в легкой пулевой ране на плече, а в том, какое количество энергии я излил за эту ночь и как много Скверны через себя пропустил…

— Старый, — прохрипел я, подкашиваясь. — Трофеи с них собрать…

Как бы отвратительно я себя ни чувствовал, если оставлю трофеи — буду чувствовать себя еще хуже.

Петрович взволнованно кивнул, и подхватив меня, помог устоять на ногах. А затем напрягся всем телом и начал испуганно оглядываться по сторонам.

Густой туман повалил со всех сторон…

И это, увы, была не предрассветная дымка, а что-то Скверное и отвратительное.

Я вот-вот потеряю сознание, а в мир пришел очередной Срез…

Жар полыхал внутри меня с такой силой, словно Источник был готов вот-вот взорваться. Энергия билась в каналах неровными толчками, то затихая, то вспыхивая с новой силой. Где-то на границе слуха звучали приглушенные голоса, но слова расплывались, не складываясь в смысл.

Белкино… Деревня… Бой с буревестниками… Бой с диверсантами… Петрович в тумане Среза тащит меня в дом…

Мысли путались, наслаиваясь друг на друга. Я пытался открыть глаза, но веки налились тяжестью.

Что-то было не так, что-то внутри меня требовало выхода. Я потянулся к Источнику сквозь пелену туманного бреда. Пальцы сами собой начали чертить невидимые узоры на груди. Петли, Якорные точка, связующие каналы…

Вскоре тело дрогнуло и взорвалось болью. Я провалился глубже в беспамятство….

Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я очнулся от того, что энергия снова забурлила в груди. Снова неосознанно черчу Руну…

Зачем?

Не осознаю — моя древняя Душа действует сама, не спрашивая разрешения рассудка. Линия, еще одна Линия, двойной Изгиб…