— Ничего не знаю! Имею право! У меня и разрешение есть!
Он полез в карман и достал замусоленную бумажку. Я взял, развернул — действительно разрешение.
— Ладно, поехали, — махнул я. — Игоша, остаёшься за старшего.
Глава 14
Мы вышли из дома и по сложившейся традиции направились через дворы, чтобы вызвать машину на другом адресе. Однако по пути увидели занятную картину: такси с включённой аварийной сигнализацией, что стояла на обочине. Рядом с ней двое парней наседали на молодого мужчину, вероятно, водителя. Тот жался к дверце и что-то бормотал, нервно поправляя очки.
— Тебе сказали: бесплатно довёз, значит, бесплатно! — рычал один из парней, тыкая пальцем водителю в грудь. — Или тебе объяснить по-другому?
Петрович сразу вышел вперёд, скинул с плеча Слонобой и положил ладонь на приклад.
— Молодёжь, — произнёс он почти ласково, — а вы точно уверены, что не хотите заплатить за проезд?
Парни уставились на монструозное ружьё. Потом на Петровича… Потом снова на ружьё.
— Э-э-э… — протянул один из них. — А тебе-то чё?
— Может, ещё и чаевые оставите? — продолжил Петрович, покачивая Слонобоем. — За беспокойство?
Первый парень судорожно полез в карман, достал смятые купюры и сунул их водителю.
— На! И это вот ещё… за нервы…
И спешно ринулись прочь, то и дело оглядываясь.
Водитель несколько секунд смотрел им вслед, потом выдохнул, убирая деньги:
— Спасибо, мужики. Правда спасибо. Вам куда? Подброшу уж, выручили.
— В оружейный магазин, — ответил я. — На Ильинской улице.
Водитель покосился на Слонобой в руках деда и выдохнул:
— И почему я не удивлён…
Дорога заняла минут пятнадцать. Таксист попался разговорчивый, успел рассказать о том, как раньше держал несколько магазинов одежды, а теперь вот таксует, потому что «денег больше». Петрович поддакивал и вставлял свои армейские байки. Я смотрел в окно и с грустью думал о предстоящих расходах. Одних патронов нам мало будет, чтобы отправиться на охоту. Особенно, учитывая то, что я разжился своим личным водителем…
Оружейная лавка оказалась небольшой, но основательной. Никаких вывесок, только лестница вниз и бронированная дверь.
За прилавком стоял кряжистый мужик с пышными усами и татуировкой якоря на предплечье. Увидев Петровича, он расплылся в улыбке:
— Мишка! Старый хрыч! Живой ещё?
— А куда я денусь, Толян⁈ — Петрович шагнул к нему, и они обнялись через прилавок. — Тебя тоже земля не берёт, гляжу!
— Это она меня боится, — хохотнул Толян и присвистнул, глянув на Слонобой. — До сих пор эту бандурину таскаешь? Ну ты даёшь!
— А как же! А это, Толян, мой господин. — Петрович выпрямился и приосанился. — Антон Игоревич Северский. Я теперь при нём служу. Официально, между прочим, в Единой Палате зарегистрирован.
Толян снова присвистнул и посмотрел на меня с новым интересом.
— Ваше благородие. — Он слегка поклонился. — Рад знакомству. Мишка — мужик правильный, если он к вам пошёл, значит, вы тоже человек достойный.
— Благодарю, — кивнул я. — И тоже рад знакомству.
— С чем пожаловали? Патроны небось интересуют?
— Угадал, родной. — Петрович похлопал по прикладу Слонобоя. — Под мой калибр. Для начала… сотню, наверное? — Петрович осторожно посмотрел на меня, и я кивнул.
— Фьюить… — Толян полез под прилавок. — Дорогое удовольствие, Мишка. Семь рублей за десяток.
Семьдесят рублей… Ощутимо, но терпимо.
Толян выложил на прилавок коробки с боеприпасами. Петрович схватил одну, открыл и принялся разглядывать патроны с таким видом, будто ему подарили ювелирное украшение.
Двенадцать и семь… Даже без глифа должен пробивать двухсантиметровую броню на расстоянии в полукилометра. Неудивительно, что Петрович так трясётся над своим Слонобоем.
— Анатолий, а пули отдельно есть? — спросил я.
— Отдельно… Двенадцать и семь? Ваше благородие, вы уж меня за какого-то мага боеприпасов не держите. Эти-то хорошо, если раз в квартал кто берёт, кому мне голые пули продавать? У меня, увы, давно не военный полигон.
Я кивнул, расплатился, и мы вышли на улицу. Таксист курил возле машины.
— Закончили? — Он бросил окурок в урну и открыл багажник, куда мы поставили коробки.
— Почти, — отозвался я и окинул его придирчивым взглядом. Нормальный мужик, а большего сейчас и не надо. — Нанимаю вас на несколько часов, — ровным тоном произнёс я. — О цене договоримся.
— Да я только за! Куда теперь? — Он улыбнулся и выдал: — В магазин артефактных мечей?
— Почти, — повторил я, остановившись возле задней пассажирской двери. — Нам на стоянку списанной военной техники.
— О-о-о… —понимающе протянул таксист и полез за руль. — Присаживайтесь, судари.
Стоянка располагалась за Волгой, уже на выезде из города. Проезжая через мост, я обратил внимание на соседний — тот был массивнее, и по нему ехал длиннющий, кажущийся бесконечным трамвай. Настолько огромным и внушительным он выглядел, что я невольно засмотрелся, вспоминая разных иномирных тварей, с которыми доводилось раньше биться.
Но, разумеется, это огромное чудо не тварь. Это грузовой поезд — на днях что-то мельком читал о таком транспорте.
У въезда на стоянку нас встретил охранник в камуфляже. За воротами виднелись ряды крупной техники: грузовики, фургоны, что-то похожее на бронетранспортёры.
— К кому? — хмуро спросил охранник.
— Покупатели, — ответил таксист через окошко, опустив стекло.
Охранник окинул такси хмурым и недовольным взглядом. Тогда я тоже опустил своё, как тут говорят, «тонированное» окно и положил руку с перстнем на дверь.
Задержавшись взглядом на моём перстне, охранник всё для себя решил и сдержанно кивнул:
— Офис прямо, потом налево.
Офис оказался вагончиком, обшитым тонкими металлическими листами. Внутри за столом сидел полный мужчина в расстёгнутой рубашке, а перед ним стоял едва крутящийся вентилятор.
— Добрый день. — Он привстал, увидев мой перстень. — Чем могу помочь, ваше благородие?
— Добрый, — кивнул я. — Нам нужен вместительный и проходимый грузовик.
— Так-так-так… — Мужчина засуетился, доставая из ящика стола какие-то каталоги. — Сейчас посмотрим. Бюджет какой?
— Сперва посмотрим, что есть.
Мы вышли на площадку. Продавец повёл нас между рядами техники, тараторя без умолку:
— «Урал-4320», шесть на шесть, полный привод. Пробег приличный, но состояние нормальное. Списали по износу подвески, но мы заменили. Не битый и не крашеный…
Петрович сразу оживился. Обошёл машину кругом, заглянул под капот, потом присел и посмотрел на днище.
— Знаем такие. С дизельным двигателем, — начал он выпрямившись. — Тяговитый весьма, и вообще… А ПТС есть? Сколько владельцев было?
— Один, — бодро ответил продавец. — Армейский, списан из гарнизона.
Таксист, который составил нам компанию, хмыкнул:
— Так ежели грузовик был на воинскую часть записан или на какого дворянина, то водителей могло быть хоть двадцать. А в ПТС всё равно один владелец будет значиться.
Продавец метнул на него недовольный взгляд, но промолчал. Петрович тем временем забрался в кабину, покрутил руль, подёргал рычаги.
— Да, тут всё как пятнадцать лет назад! Кабина тесная, — буркнул он, вылезая обратно. — Железки тяжёлые, без усилителя руля заманаешься. Я же сам на таком ездил, ещё когда в Забайкалье служил. Тормоза древние опять же, и мосты слабоваты. А ведь можно было за это время сделать машину лучше!
— Можно, — кивнул продавец и улыбнулся: — А зачем? Это же грузовая техника, ей положено быть надёжной, как топор, а не комфортной. С другой стороны, цена какая, а? Полторы тысячи, но сейчас со скидкой на сотню дешевле будет.
— Дорого, — отрезал Петрович.
— Так у нас же программ куча! — Продавец явно не собирался сдаваться. — Скидка на обмен! Если старый транспорт сдаёте…
— Старше этого? — усмехнулся таксист, но продавец продолжал:
