Но всё сложилось лучшим образом, и теперь мне доступна настоящая, полноценная охота на монстров. Именно то, что мне нужно, а точнее — прямо-таки необходимо.

Таксиста мы отпустили, предварительно расплатившись и достав из багажника коробки с патронами. Он оставил нам визитку с номером телефона — глядишь, ещё пригодится. Тем временем Петрович обходил машину кругом, то и дело качая головой.

— Ну вы даёте, Антон Игоревич. Ну вы даёте… А это что? — Он остановился у левого борта и нахмурился.

В броне виднелся небольшой люк. Петрович потянул за ручку, и крышка со скрипом отошла в сторону.

Внутри была пустота. Только обрывки проводов торчали из стенок ниши и несколько крепёжных болтов, на которых когда-то что-то держалось.

— Странно… — Петрович сунул руку внутрь, пощупал стенки. — Я что-то чувствую. Будто… гудит? Что тут было?

— А это, Петрович, как раз то, ради чего мы и купили эту колесницу, — спокойно произнёс я.

Я потянулся к Руне Ощущения и в очередной раз «ощупал» своё приобретение. Теперь, когда не нужно было торопиться, картина проступала отчётливее.

По всему корпусу машины тянулись тонкие энергетические контуры, впаянные в броню. Они сходились к этой самой нише. Тут было сразу несколько контуров: один для защиты, другой атакующий, а третий… Ага, похоже, для ускорения.

Не хватало только сердечника, который превращал мёртвые линии в живую систему.

— Поясните? — хмуро прошептал дед.

— Тут стоял преобразователь энергии.

— Стоял?

— Стоял. — Я кивнул. — Скорее всего, его под шумок вытащили ещё до списания. А потом и машину списали под благовидным предлогом. Генерал погиб, кому какое дело до пропавшего артефакта.

Петрович понимающе поморщился.

— В армии такое встречается, да… Интенданты, мать их! — Он помолчал несколько секунд, а затем скрипнул зубами и продолжил: — Но зачем нам машина без преобразователя? Эти контуры без него — просто узоры на железе.

Я повернулся к Петровичу и с интересом уставился на его морщинистое лицо. Мне было приятно, что мой водитель искренне радеет за наше общее дело.

— Потому что я могу её починить, — с улыбкой ответил я.

— В смысле? — ещё сильнее опешил старик.

— Преобразователь нужен, чтобы перерабатывать внешнюю энергию в пригодную для контуров. Сложная и дорогая штука. Но ведь есть и другие способы.

Я провёл пальцем по краю ниши, чувствуя отголоски старых плетений, и уверенно продолжил:

— Контуры целы, им просто нужен источник питания. Я начерчу новую схему, и можно будет запитывать их напрямую от Ядер.

— От Ядер монстров? — выпалил дед. Но тут же спохватился, зажал рот руками и огляделся по сторонам.

Пусто — после оформления документов у продавца появились какие-то другие занятия, а кроме него до нас никому не было дела.

— Именно, — кивнул я. — Вставил Ядро — контуры работают. Ядро разрядилось — вставил новое. Просто и крайне надёжно.

Петрович пару минут переваривал услышанное, пока я ходил вокруг «Егеря», наслаждаясь моментом.

— То есть… эта броня будет обладать ещё одной защитой? — прошептал Петрович, поравнявшись со мной. — Помимо самого материала?

— Если правильно всё настрою, то да. — Я снова кивнул. — И не только защитой.

Дед посмотрел на «Егеря» новым взглядом.

— Антон Игоревич… — медленно проговорил он. — Так это вы не технику купили! Стало быть, у нас будет форпост на колёсах…

Петрович забрался в кабину первым и тут же выругался:

— И всё-таки, какая же тут срань!

Я заглянул следом и сразу понял, что так не понравилось моему водителю: сиденья покрывал слой пыли, перемешанной с засохшей грязью, на приборной панели красовались разводы от дождевой воды. Ну а полиэтилен на месте лобового стекла, конечно, защищал от крупного мусора, но мелкую взвесь пропускал исправно. Судя по всему, не один месяц пропускал.

— Зато на ходу, — успокоившись, философски заметил дед и начал рукавом смахивать грязь с руля.

— На ходу, — подтвердил я и повернулся к водителю: — А без лобового стекла ездить можно?

— Нельзя. — Петрович покачал головой. — Штраф, да и вообще небезопасно. Но аристократов такие запреты обычно не останавливают. Особенно если ехать недалеко и по делу.

— Вот и славно, — ответил я, задумчиво оглядывая внутреннее «убранство» автомобиля.

Изначально я рассматривал идею воспользоваться эвакуатором для спецтехники, предложенную ещё таксистом. Но быстро её отмёл — времени мало, надо действовать прямо сейчас, а не ждать, когда лобовое приведут в порядок. Иначе глупо получится — машина у нас есть, а мы продолжаем кататься на попутках или искать другие временные варианты.

Не говоря уже о том, что денег в заначке-то и не осталось.

Я содрал остатки полиэтилена. В кабину сразу ворвался свежий воздух, и дышать стало легче.

— Погнали, старик, — хмыкнул я. — Всю ответственность беру на себя.

— Хы… — осклабился Петрович. — Не одобряю, но поддерживаю!

Он провернул ключ в замке зажигания, и «Егерь» заревел своим громадным многолитровым мотором.

— М-м-м… — мечтательно протянул Петрович. — Мёд для моих ушей.

«Пение» движка ему явно нравилось. И это притом, что «Егерь» уже успел немного притихнуть и теперь рычал ровнее.

Петрович планомерно выжал сцепление, включил первую передачу, и машина неспешно тронулась с места.

— Хорош! — восторженно выпалил дед. — Лучше, чем всё, на чём мне довелось ездить раньше!

— Вот и наслаждайся, — улыбнулся я. — Радуйся, что на службу ко мне пошёл.

— Радуюсь каждый миг! — заявил он. А через пару секунд нахмурился, не получив отклика от машины, и выругался: — Чёрт его дери, поворотники тупят. А это, как я понял, не гарантийный случай.

— Серьёзная проблема?

— Не наша, — усмехнулся дед. — Потом починим у Макса с Кристиной. Хорошие ребята из Новосибирска к нам переехали, СТО открыли. Говорят, всё по чести делают.

Мы направились в сторону заправки. Каждый раз, когда «Егерь» перестраивался, другие машины нам сигналили. Наверное, желали счастливого пути…

Так думал я, пока мы не заехали на заправку. Едва выпрыгнули из машины, как заметили четырёх хмурых мужиков. Они вылезли из чёрного внедорожника, ехавшего за нами.

— Вы чего, совсем страх потеряли? — с ходу начал один из них, поперев на нас. — Вы нас подрезали, мрази! Поворотники включать не учили⁈

— Погоди-погоди, парень, сейчас извинения достану, — забормотал Петрович.

Мужик осёкся, глядя на то, как дед полез обратно в машину. А затем расплылся в довольной улыбке и повернулся к своим.

— Смотри-ка, понятливый оказался.

Его группа поддержки загоготала. Он же уставился на меня, оглядел с ног до головы, не заметив перстня — руки я держал в карманах.

— Учись у своего старика, молодой!

— Учусь, — пожал я плечами. — У него в самом деле есть чему поучиться.

— Вы это, парни, — начал дед, снова вылезая из кабины. — Простите уж дедушку, машину только купили, не со всеми кнопками разобрались.

Он улыбнулся, держа самого ретивого на мушке «Слонобоя». Что ж… примерно таких «извинений» я и ожидал от Петровича.

— Извините его, ребята, — поддержал я Петровича и зашагал навстречу буйной четвёрке, держа на вытянутой ладони миниатюрный смерч. — Он правда очень расстроился, что помешал вам.

— Д-д-да… — пробормотал заводила, пятясь назад. — Извинения принимаются. Претензий не имеем! Хорошего дня!

Он первым рванул к своему внедорожнику, остальные побежали за ним. Заревев мотором, их машина сорвалась с места уже через несколько секунд.

— Заправиться забыли, — заметил я, глядя вслед удаляющейся машине.

— А говорят, это с возрастом память портится, — проворчал дед. — Но нет! Некоторые испорченные уже с рождения.

Мы с ним переглянулись.

Я начал понимать суть дорожных конфликтов в моём новом мире и неодобрительно покачал головой.