— Надо было еще три печи поставить рядом! — заявляет он мне первым делом, когда моя кавалькада всадников заезжает на территорию промплощадки.

Места там еще немало осталось, почти три четверти территории, но я на будущее собираюсь поставить здесь более современные кузницы и заниматься производством бытовых предметов и военных секретов.

— Забор чего не до конца поставили! — неодобрительно замечаю я кузнецу. — Вот еще со стороны реки пробраться можно! Придется еще одного охранника тебе перекинуть. Как раз у меня пока ювелирная лавка простаивает, есть свободные мужики для подобного усиления.

— Да, ладно, кто сюда и так полезет, на землю, где господин Капитан главный? Двоих твоих парней мне хватит! — отбивается Водер.

Но сейчас меня даже всегда несогласный Глорий поддерживает, что охранников много не бывает, а у них тут очень дорогие в производстве водяные колеса и вообще много всего деревянного.

— Так что завтра пару парней пришлю для поддержки и сам приеду! — решаю окончательно и возвращаюсь к рынку, где торговля понемногу заканчивается, так как время неумолимо подошло к ужину.

Все же ехали с раннего утра, потом я полтора часа с Клеей наедине шушукался и что-то ей в руки передавал. Хорошо, что моя милая прилегла поспать, теперь не встанет, пока Клоя ее не разбудит на ужин.

Но, на самом деле, раньше в Асторе позже обеда почти никогда на выносной торговле не работали, только со стационарных лавок товар отпускали. А вот теперь, когда почти все торговцы и покупатели собраны в одном месте, и покупатели дольше идут, и торговля работает более-менее активно даже в поздние часы.

Еще те из крестьян и ремесленников, кто хочет полностью распродаться, к вечеру хорошо так скидывают цены на свой товар. Поэтому уже есть прослойка особо расчетливых хозяек-покупательниц и своих же торгашей, которые скупают подешевевший товар уже в ночи.

«В общем, нормальные рыночные законы начинают весьма эффективно работать даже в таком совсем неконкурентном обществе», — наглядно вижу я.

— Никогда раньше так долго не торговали! — как подслушав мои мысли, говорит мне Дропер, а Апис согласно кивает головой, тоже поддерживая его слова.

— Это ладно, так и должно быть. Как там с квартирой Даниса? — вспоминаю я.

Старший мой оставался в городе, на выездах по поводу дороги они мне больше не нужны оба сразу, сейчас была очередь Аписа командовать моей охраной.

— Хорошо все с квартирой, — довольно улыбается Дропер. — Уже заселили наших новых старших и одного из помощников. Все очень довольны хорошим жильем, да еще на третьей улице и благодарят господина Капитана.

— А соседи что говорят?

— Соседи попросили показать им согласие Даниса на проживание в его квартире арендаторов. Которыми мы представились. Нужно сделать договор аренды и показать им.

— А подпись самого Даниса получим во время следующего выезда! — заявляет Дропер, весело посмеиваясь.

Откровенного воришку никому из моих людей не жалко, ведь украл денег и украшений на непостижимую для них сумму. И еще ни в чем не раскаялся, не умолял о прощении на коленях господина Капитана, а дерзко упирался и думал любым способом сохранить украденное. Даже слова говорит нехорошие и пытался отбиваться по своей великой глупости — значит, совсем бестолковый дурачок. Не о чем с таким разговаривать, пусть теперь отрабатывает воровство.

— Да, уверен, что степняки с ним уже договорились.

Нужно будет у Орнии взять бланк договора, заполнить его от имени Даниса и чтобы он расписался в нем в присутствии двоих свидетелей из Гильдии или Гвардии, Стража тоже подойдет.

Так что никаких особых проблем от Даниса с передачей за долги квартиры я не ожидаю. Если только ему особенно не повезет отправиться на тот свет при Сторожке, несмотря на все мои предварительные договоренности с местным Беем.

Здесь законы простые, на какую сумму украл, на такую теперь должен. Двести тайлеров Данис возместил из своей конфискованной платы, осталась еще тысяча, квартира за триста пойдет, остальное можно будет даже простить.

Моим людям подобный расклад очень понравился, за небольшой риск получить почти законным образом отличные комнаты в шикарной квартире. Здесь для счастливой жизни больше ничего и не требуется простым парням с семьей.

«А ведь еще можете целыми замками командовать в будущем. У кого на подобную жизнь мозгов и смелости хватит», — прикидываю я.

— Да, его подпись теперь получить не трудно. Хотя, чего возиться с арендой, пусть подписывает продажу квартиры сразу всем моим людям! — я не хочу переоформлять квартиру на себя, чтобы не возиться потом с дальнейшим переоформлением.

Да еще не стоит Капитану в отжиме квартиры у своего работника участвовать, если нет решения настоящего суда по такому поводу. Небольшой косяк на самом деле для меня, но если можно его легко избежать, то зачем создавать лишние проблемы с нарушением закона.

До кладбища доехать не успел, начало стремительно темнеть, как тут всегда случается в летние месяцы.

На следующий день с утра смотрю первую плавку, сам Водер постоянно перечитывает мои записи о порядке закладки угля и руды. Проверяет работу водяного колеса, которое управляет огромными кожаными мехами, неутомимо накачивающими воздух в саму печь.

Ременные передачи и шестерни скрыты внешним кожухом от слишком любопытных глаз, на подобной секретности уже сам Водер настоял.

Знакомых ремесленников собралось немало, но все терпеливо ждут за воротами результатов невиданного события во всем Черноземье. Чтобы после плавки не требовалось печь ломать для извлечения крицы железа.

Но я не дождался итогов, побывал на кладбище и рынке, выдал всем ответственным лицам правильные указания и поехал принимать подвал дешевого хамама.

— Да, так сумрачненько и неказистенько по сравнению с тем хамамом, но чего требовать за небольшую плату? — делаю я вывод из увиденного. — Главное, что парилки почти такие же, чуть поменьше размерами, так вольготно в них не расположишься. Печки тоже такие самые, уже вполне проверенный работой вариант, чего от добра добра искать?

— Второй этаж класть, господин Капитан? — спрашивает старший строительной бригады, рассчитывающий на больший объем работ.

— Здесь не надо! — отмахиваюсь я. — Есть другая работа!

— Это какая же, господин Капитан? — старший ест меня взглядом, потому что я почти никогда не торгуюсь и легко плачу вперед задаток за работу.

— Около каменоломен большой сарай мне поставить и на площадке на реке большое здание тоже.

— Насколько большой сарай, господин Капитан?

Я прикидываю размеры для производства цемента и для его хранения, что тоже немаловажно, потому что товар нельзя мочить. И говорю размеры, выбирая побольше на всякий случай.

— А на площадке, господин Капитан?

— Там еще рано думать! — я не уверен, что запихнуть ткацкий цех рядом с кузницами будет так уж правильно.

Поэтому еще немного подумаю над местом размещения ткацкого цеха и ткачих.

— Да, потом начнете строить маленький храм на въезде у кладбища. Как договорюсь с храмом Последнего Спасителя, они пусть проект свой дают! — давно собирался, а вот теперь окончательно решился начать продвигать монотеистическую веру в Черноземье.

Отношения у меня и так отличные с первыми здешними служителями культа, который уже вышел на первое место среди местных богов по отдельности. Но ходит в первый храм пока не так много асторского народа, процентов пятнадцать, не больше. Поэтому хорошо бы им помочь набрать побольше аудитории, раз люди там порядочные пока стоят во главе новой веры.

На утро следующего дня зашел в Ратушу, рассказал одному Крому о своей последней поездке, а остальным ничего не стал.

Дальше с охраной посетил закрытую ювелирную лавку, лично открыл пять замков, погрузил оставшиеся украшения в мешки и вернул обратно в Кассу. Переговоры с конкурентами будут, наверно, довольно долгие, держать лишнюю охрану не стоит около лавки постоянно. Но и оставлять только под защитой замков большие залежи драгоценного барахла ни к чему. Конкуренты первые стукнут лихим людям про подобное обстоятельство, когда можно хорошо обнести постоянно демпингующего соседа.