— Успокойся, дитя. Тебе незачем волноваться. Никто из нас троих не желает тебе смерти.

Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба, заставив Кая замереть. Его дыхание на мгновение остановилось, а мысли, что еще секунду назад били его сознание, будто утонули в этом спокойствии. Голос продолжил:

— Напротив, ты — единственное спасение для всей жизни во Вселенной. Если ты умрешь, это принесет катастрофу для всех, включая нас Богов.

Эти слова поставили Кая в тупик. Он мог ощущать искренность в интонации, но это не уменьшало его подозрительности. Спасение? Что за чушь нес этот Бог Воли?

"Что это за нелепость?" — хотел спросить он, но голос разума остался немым. Его тело словно потеряло способность реагировать.

Кай закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться. Но вместо ответов он нашел лишь пустоту. И в эту пустоту он позволил себе провалиться. Решив не думать больше ни о чем, он погрузился в состояние полной апатии, внутренне ожидая исхода.

"Пусть будет, как будет. Я все равно сейчас бессилен... Просто посмотрю, что будет дальше..." — прошептал он про себя, почувствовав странное облегчение в этом решении.

Его разум больше не боролся. Ни с элементарными письменами, ни с собственными мыслями. Он стал наблюдателем, позволив событиям развернуться перед ним так, как это было угодно богам.

Невидимая сила продолжала тянуть Кая вперед, мягко, но неотвратимо. Он не мог сопротивляться, но это было уже и неважно — он решил наблюдать, позволив судьбе идти своим путем. Через некоторое время перед ним на горизонте начал вырисовываться темный силуэт.

Кай напряг зрение, и вскоре увидел массивный храм. Его контуры были четкими, без излишеств, но поражали своей монументальностью. Стены были выложены из грубых каменных плит, похожих на необработанный базальт. Каждая из них была покрыта трещинами и отметинами времени, словно этот храм существовал миллионы лет. Величественные углы и прямолинейные формы придавали зданию суровую мощь, а колоссальные размеры говорили об уникальности этого места.

Четыре массивные колонны обрамляли центральный вход, их поверхность была покрыта узорами похожими на письмена Закона Воли. Никаких других узоров не было, давая Каю подсказку.

"Это место принадлежит только Богу Воли," — осознал Кай, понимая, что, скорее всего, рядом нет Бога Времени-Пространства и Бога Удачи.

Через несколько мгновений, он остановился перед массивными каменными вратами. Их поверхность была грубой, но на ощупь должна была казаться идеально гладкой. Врата напоминали печать, что могла быть сломана только самим Богом Воли.

Звездное пространство вокруг храма будто замерло, полностью подчиняясь его присутствию. Казалось, что сама вселенная перестала двигаться, предоставив этому месту полное господство. Кай ощутил, как слабая вибрация пробежала по его телу. Это было похоже на зов.

— Хруст! Крааагх! — раздался треск, и массивные врата начали отворяться, привнося вместе с собой грохот и скрежет!

На мгновение Каю показалось, что его дыхание стало тяжелее, а сердце — громче. Неведомое чувство величия и ничтожности одновременно охватило его.

"Бог Воли... Сейчас я увижу существо, которое появилось сотни миллионов лет назад..." — мелькнуло в его сознании, когда он оказался прямо перед открытыми вратами.

Из открывающихся врат хлынул плотный, густой туман, настолько тяжелый, что он словно впитывал в себя весь окружающий свет. Этот туман двигался медленно, оседая на каменную поверхность, и окутывал все вокруг, скрывая детали храма за пеленой призрачного серебра.

Кай невольно задержал дыхание, ощущая, как атмосфера вокруг изменилась. Давление усилилось, пространство стало плотным и вязким. Он не мог оторвать взгляд от густой дымки, которая продолжала выливаться из глубин храма. Вскоре из этого тумана показался силуэт.

Сначала это была лишь тень, слабо очерченная туманом, парившими вокруг. Фигура была неподвижна, но затем силуэт начал обретать четкие очертания. Он оказался всего на две головы выше Кая.

"Бог Воли... Монах Вечности Воли!" — мысленно произнес Кай, задержав дыхание.

Тело Монаха было массивным, мощным, словно вырезанным из камня. Его окутывали ленты, похожие на полосы древнего пергамента или старинной ткани. Эти ленты не лежали спокойно, а медленно двигались, словно реагировали на дыхание своего хозяина. Они парили вокруг его тела, иногда переплетаясь, а иногда дрожа.

Голова Монаха была лишена привычных человеческих черт, таких как нос и уши. Его рот был закрыт, тонкие уста были сомкнуты, но именно это молчание источало колоссальное давление. Глаза, скрытые за широкой повязкой, казались беспристрастными и спокойными, даже если Кай их не видел.

Его руки, соединенные перед грудью, переплетались между собой, как будто скованы в вечной молитве или обещании. При этом сами пальцы Монаха были когтистыми, словно в нем таилась первобытная хищность, а не только умиротворение.

Одежды Монаха, свободные и изношенные, висели на его массивном теле, будто века пыли и времени оставили на них свой отпечаток. Эти плащи были покрыты потертостями, но светились мягким, тусклым сиянием, исходящим изнутри. Казалось, что за этими одеждами скрыта не плоть, а твердая порода — сама суть вечности воли, которая придавала смысл всему существующему.

Когда Монах Вечности Воли сделал первый шаг, туман вокруг его ног закружился вихрем, расползаясь по полу. Каждое его движение звучало в пространстве, словно отголоски огромных каменных плит, сдвигающихся с места.

Кай смотрел на эту фигуру, чувствуя, как его сердце билось все медленнее, как будто в попытке соответствовать размеренному и спокойному ритму самого Бога Воли. Его взгляд застыл на нем, не в силах отвести глаза.

"Ладно... Видимо я ошибся," — мелькнуло у него в сознании. "Он определенно на уровне с Вечной Матерью Духа... Каким же он был до того, как произошли события Древней Войны?" — в шоке задумался Кай.

Монах Вечности Воли остановился. Его фигура замерла прямо перед Каем. Молчание повисло в воздухе, но казалось, что оно было насыщено словами, смысл которых нельзя было постичь человеческим разумом.

— Могу предположить, что твоя жизнь была очень сложной и полной загадок, ха-ха, — будто пытаясь быть дружелюбным, произнес он.

Казалось, что эти слова попали прямо в точку и срезонировали с эмоциями и мыслями Кая. Но за последнее время прошло слишком много всего, чтобы он удивлялся... Он только тяжело вздохнул и произнес:

— Я устал от неопределенности. Ответьте прямо — что вы собираетесь со мной сделать? Вам нужно Ядро Бытия, чтобы уничтожить всю жизнь во Вселенной? — умышленно изменяя название Сферы Сути, напрямую спросил Кай.

Монах Вечности Воли остановился и лишь слегка наклонил голову в сторону, будто обдумывая слова Кая. Затем он издал низкий, сдержанный смех.

— Уничтожить жизнь? — с легким оттенком иронии в голосе произнес Монах, его губы едва заметно дрогнули, но остались сомкнутыми. — Нет. Это бессмысленно. Никто из Высшей Триады не нуждается в Ядре Бытия... По крайней мере в том смысле, в котором подразумеваешь ты.

С этими словами сила, которая удерживала Кая, неожиданно исчезла, будто растворившись в окружающем тумане. Его тело наконец освободилось, и он едва устоял на ногах, чувствуя, как напряжение уходит, оставляя лишь слабость и головокружение.

Монах разомкнул руки, его когтистые пальцы расплелись медленно, и он жестом пригласил Кая войти в храм. Ленты, что парили вокруг его тела, закружились быстрее, подчеркивая движение.

— Расслабься. Ты сейчас в полной безопасности. Мы подождем остальных, — спокойно продолжил он, словно игнорируя напряжение, что еще витало в воздухе. — Когда Бог Времени-Пространства и Бог Удачи присоединятся, для тебя многое станет ясным.

Кай замер, пытаясь осознать услышанное. Его взгляд скользнул по массивной фигуре Монаха, по его лентам, которые двигались в ритме невидимого дыхания, по тусклым письменам, мерцающим на одеждах.