Вот и вышло, что Лаврентий Яковлев подложил ту ещё свинью Ланцову. Принц, конечно, уменьшил вред, но этим сделал ректора своим должником. С какой стороны ни глянь, неприятная ситуация.

И ведь от своего заместителя после всего произошедшего он вряд ли сможет избавиться. Во-первых, это повлечет огромные финансовые потери для Академии, и во-вторых, вместе с ним Академию покинут многие профессоры. Появится дикая нехватка кадров, которую попросту будет некем восполнить в короткий период времени.

Это в свою очередь навредит репутации Академии, с ней же пострадает репутация Ланцова, и всё придёт к тому, что Его Императорское Величество будет настаивать на отставке старика. Кого же возьмут на его место? Того же Яковлева.

Правда, с уходом ректора уйдут и верные ему преподаватели, в том числе и я, ведь меня ничего больше держать не будет, но это уже частности. Факт остаётся фактом — никто из этих двоих не пойдет на радикальные шаги в ближайшее время. Нет, это будет долгое и муторное противостояние двух интересов, и сколько оно так продлится, никому не известно.

— По решению судейского совета, мы объявляем, что тринадцатая группа набрала больше всех баллов на первом и втором испытании, а также одержала безоговорочную победу в сегодняшней схватке. Поздравляем победителей! — громогласно сказал один из судей, после чего по всем трибунам раздались аплодисменты.

Хлопал в том числе и я. Чего бы не порадоваться победе своих студентов? Это ведь и на мою репутацию играет.

Только Аристарх Евгеньевич по-прежнему выглядел напряжённым. Похоже, из-за дополнительного испытания, о котором рассказывал Оболенский.

— Также судейский состав объявляет, что Академией было подготовлено дополнительное испытание, в целях обмена опытом между студентами и выпускниками — спустя небольшую паузу добавил судья, заставив толпу взбудоражиться. Мои студенты тоже напряглись от такой новости. — Это благородная традиция, к глубокому сожалению Академии, была забыта, но теперь мы надеемся, что благодаря сегодняшнему дню она будет возрождена.

— Какие громкие слова, — ухмыльнулся я и поправил всколыхнувшиеся от ветра волосы. — Традиции просто так не забываются. Либо этому виной война, либо они считаются пережитком прошлого.

— Соглашусь с вами, — ответил Всеволод. Похоже, он тоже был не в восторге от происходящего. Занятно. — К сожалению, в нашей с вами стране полно консерваторов, не видящих ничего дальше своего носа.

— Ваше Императорское Высочество, это очень дерзкие слова, — сказала Виктория Андреевна, то ли с предупреждением, то ли ещё с каким-то посылом. — Я не могу гарантировать, что нас не подслушивают.

— Я своих слов назад не беру, — покачал головой принц и многозначительно посмотрел на главу ИСБ. — Тем более я готов эти слова повторить кому угодно в лицо. Если же кому-то мои слова не понравятся — что ж, это их проблемы. Я не могу физически нравиться абсолютно каждому.

Нет, принц даже чересчур прямолинеен. Не будь он наследником, уверен, у него не было бы отбоя от дуэлей. Хотя в этом мы с ним похожи. Я тоже не привык скрывать своё отношение к человеку, и плевать, кто будет стоять передо мной.

Никто не идеален, что тут ещё скажешь.

В итоге моим студентам дали час на отдых, чтобы восстановить силы, залечить раны и решить, кто выйдет сражаться с загадочным выпускником, чьё имя судьи почему-то не называли.

Видимо чтобы против него не подобрали самого проблемного противника. Хотя опять же, странное решение. Выпускник-то явно посильнее будет, особенно учитывая, что он в своё время считался сильнейшим учеником в Академии.

Если уж чтобы победить Демидова, понадобились общие силы Волкова и Алеева, то сколько шансов на победу будет сейчас что у первого, что у второго?

Час пролетел незаметно. Мы даже успели пообедать и почаевничать, пока наконец ворота на арену не открылись и на арену не вышел мужчина лет сорока на вид. Аккуратная, чуть седая борода с проседью, несколько едва заметных рубцов на лбу. На задней стороне ладоней особенно хорошо видны взбухшие вены.

Одет неброско. Простенькие туфли, чёрные брюки и белая рубашка, сквозь которую видно рельефное тело. Вряд ли бы на улице кто-то обратил бы на него пристальное внимание, максимум проводил бы взглядом. Только вот я знал этого человека. Память у меня хорошая, и узнать ауру мне не составило бы труда. И сейчас я словно увидел призрака.

Треснувшие от напряжения подлокотники заставили всех троих обернуться в мою сторону.

— Алексей Дмитриевич? — хмуро спросил меня ректор, в то время как принц и глава ИСБ молча наблюдали. — Всё в порядке?

— Это точно он, — сказал Ворон, появившись на моём плече. Судя по реакции остальных, они тоже его видели. — Скорее всего, прошёл через пластическую хирургию или через что похуже, но энергетический след всё тот же. Тут сомнений нет.

— Прошу прощения. Я на мгновение потерял самообладание, — сказал я и, откашлявшись, добавил: — Я знаю этого человека, и сложившаяся ситуация меня, мягко говоря, не радует.

— Поприветствуйте Андрея Владимировича Сухачева! — крикнул судья, после чего принялся рассказывать, кто такой этот Сухачев. Вслушиваться в бредни заранее заготовленного текста я не собирался.

— Не расскажете, что между вами произошло? — прямо спросил меня принц, явно удивлённый моей реакцией.

— Это будет сложно объяснить — задумчиво ответил я, положив большой и указательный пальцы на подбородок. — Пожалуй, скажу прямо. Это не Андрей Сухачев, а самозванец.

— Самозванец? — переспросил меня ректор, явно не ожидавший такой подставы. — У вас есть доказательства?

— Мой фамильяр, как и любая могущественная тёмная сущность, чувствует и запоминает энергетический след людей. Другими словами, они чувствуют ауру магов, — ректор наверняка знал про это, но я решил объяснить детали для принца и главы ИСБ. Всё-таки в стране не так много магов, заключивших договор с сущностями тьмы. — При должных тренировках энергетический след можно скрыть или замаскировать, однако тот, кто притворяется Сухачевым, даже не пытается этого сделать. Меня явно провоцируют выйти на арену, а вас, Аристарх Евгеньевич, похоже кто-то пытается крупно так подставить. Что скажете?

— Значит прямых доказательств у вас нет, — сделал верный вывод принц, но по интонации было понятно, что он на моей стороне.

— Вы можете только поверить мне на слово, — как есть сказал я, даже не думая оправдываться или делать что-то в этом духе. — Сущности тьмы не склонны врать. По крайней мере как я знаю. Меня не меньше вашего терзает вопрос, как самозванец умудрился проникнуть на турнир, пройдя все степени проверки. Однако после инцидента с попыткой похищения студентов, я ничему не удивлюсь.

— После того случая был разбор полётов и полетели головы, — вставил своё слово Ланцов, видимо не желая остаться крайним. — Треть всего персонала службы безопасности была уволена и заменена. Помимо них и профессоров, которых я попросил о помощи, на турнире также присутствуют агенты ИСБ, внимательно следящие за обстановкой. Сами понимаете, даже малейшая паника может привести ко множеству жертв.

— И всё же самозванец, со слов Алексея Дмитриевича, смог обмануть проверку, — нахмурилась Некрасова. — Если это так, то возможен теракт. Прикажете начать эвакуацию гражданских? — обратилась она к принцу.

— Поспешные действия могут усугубить ситуацию, — недовольно протянул принц, но внешне не показывал эмоций. Наверное, чтобы сохранить лицо для публики. — Если бы террористы хотели напасть, они бы сделали это сейчас. Однако судя по всему, их главной целью является Алексей Дмитриевич, который так не кстати сидит рядом с нами, а не наблюдает в одиночку со стороны.

А ведь принц прав. Самозванец и те, кто за ним стоит, не могли знать, что мне взбредёт в голову сидеть в одном ряду с принцем и остальными. Расчёт должно быть шёл на то, что я с лёгкостью поддамся на провокацию и атакую без предупреждения, тем самым вскопав себе могилу. Никто бы не стал разбираться, был Сухачев настоящим или нет.