— Тоучно?

— Конечно, — кивнул я, — Бронникова выставляла передо мной защитный экран…

И тут я понял, о чем она говорит! Когда мы с Григорием пошли к местным второй раз, я своими глазами видел, что тяжелую работу они делают сами, не помогая себе магией. Тот же дед с дровами. Ясно было, что ему тяжело, но он упорно размахивал топором.

Потом в памяти всплыли и другие мелочи, на которые не сразу обращаешь внимание.

— Ты хочешь сказать, что барьер уже опустошил их, и только потом стал вытягивать силу из внешнего мира?

— Возможноу.

Какая агрессивная сфера!

— И что, как думаешь, будет дальше?

— Яу не преудсказатель, — коротко ответила она.

Да мне и не нужен был ее ответ. Григорий мне его уже дал со своей этой странной постройкой. Я вскочил и стремительно покинул дормез, чтобы проверить свою теорию.

И уже подойдя к самой границе на тропинке, понял, что оказался прав: сфера расширяется. Думаю, что это случилось после того, как получила новую подпитку от меня и моей силы. Вот и разбухла. Антипкин прекрасно видел тот дом, а когда мы пришли, то барьер уже целиком поглотил его.

Совершенно дикая идея, конечно.

Нет, завтра с утра мы снова пойдем в поселок, и уж я найду, у кого узнать нужные мне сведения. Не бывает такого, что сотворивший такую грандиозную магию человек, уехал и бросил свое творение. Я уверен, что он продолжает жить в поселке и вести наблюдение.

Еще раз оглядев дорожку, я пяткой прочертил контрольную линию, и только потом отправился спать. Посмотрим, насколько далеко сдвинется граница за ночь.

— Полметра, — мрачно прокомментировал Лабель наутро.

Мы с ним стояли возле дормеза и ломали голову, пытаясь понять, чем подпиталась сфера на этот раз.

Я даже слетал глянуть на полог над озером, но он остался целым. Тогда что? Что, черт подери, в этом поселке твориться?

Едва дождавшись, пока Василиса соизволит подняться и привести себя в порядок — отпускать нас одних она категорически отказывалась, — мы отправились по знакомому пути в поселок.

Пока в голове не было ни единой мысли, как вычислить того, кто в этом всем замешан. Думаю, разберусь по факту. Долго ли умеючи?

Пройдя через барьер, я ощутил, как сила стремительно меня покидает. В прошлый раз такого не было, и меня это озадачило. С чего вдруг сфера стала больше жрать?

— Действуем быстро, смотрим внимательно, не отстаем, — скомандовал я.

— А что делать-то? — тихо спросила Вася.

На нее тоже повлиял проход через барьер: щеки побледнели, а под глазами появились тени. Лабель выглядел не лучше. Только Григорий был бодр и свеж. Позавидовал ему, но не было времени.

— Необычное, подозрительное. Слишком навязчивое внимание или наоборот. Короче, на что глаз упадет, о том и говори.

Не прошло и получаса нашей прогулки, как я перестал видеть водяной шар над плечом Григория, и снова ослеп. Неприятно, но терпимо. На всякий случай я встал позади него, сделав помощника своими глазами.

— Да, вы правы, Алексей Николаевич, заклинаний очень мало. Практически нет. Как они живут так?

— Пошли к твоей тетке, поговорим с ней снова.

— Думаете, она станет с нами разговаривать?

— А вот и посмотрим.

Я уже был готов на крайние меры, хотя пока не видел в них смысла. Если права Вася, и люди здесь просто счастливы за своим барьером, то мы уйдем.

— Катерина! — крикнул Григорий, когда мы приблизились к ее дому. — Можно зайти?

Но вместо нее в окне показалась девчушка в красном платке и внимательными синими глазами.

— Мама говорит, чтобы вы… — она захихикала, — чтобы вы шли дальше. Не будет она с вами разговаривать.

— Увы, милая, это не вариант, — улыбнулся я. — Нам очень и очень нужно поговорить с ней. Передай, что пока мы не выясним, что здесь в поселке происходит, то никуда не уйдем. Так что в ее интересах, рассказать все скорее.

Девчушка скрылась, и на какое-то время дом погрузился в тишину.

— Не знал, что у тебя тут еще родственники есть, — сказал я Григорию.

Тот лишь пожал плечами, мол, и сам не имел о них представления. Вася с Кристофом отошли от нас, изучая резьбу на беседке возле забора. Вокруг нее росли когда-то красивые цветы, но сейчас они изрядно подвяли.

Василиса все цокала языком, аккуратно сплетая заклинание на рост, чтобы потом возмущаться, потому что оно мгновенно распадалось.

— Гадство! — топнула Вася ножкой и потеряла к кустам интерес.

Наконец, входная дверь открылась и появилась бледная тень Бронниковой. У меня аж брови взлетели. Только вчера я видел ее полной жизни!

— Екатерина, добрый день снова. Что случилось?

— Вы случились, — напряженно ответила она. — Все из-за вас.

— А конкретнее?

— Уходите. Просто уходите.

В ее голосе звучала дикая усталость. Словно она неделю работала на шахте без перерывов для сна.

— Не могу, Екатерина, никак не могу. Как я уже сказал, пока я не разберусь, что здесь происходит, никуда не денусь.

Из-за нее выглянула уже знакомая мордашка ее дочери. Она насупила брови и язвительно сказала:

— Мама имеет в виду, что из-за вас она потратила последние силы! Демоны вы, вот кто!

А вот это уже интересно.

Не дожидаясь, пока Бронникова затолкает дочь обратно в дом, я подошел ближе и щедро плеснул в тетку Григория силы. И сразу же перешел на магическое зрение. Не зря, как оказалось.

Сначала магия облепила Бронникову, румяня ей щеки и возвращая блеск глазами, но буквально через минуту, все, что не успело впитаться в нее, рассеялось в воздухе и улетучилось, став мелкими крупицами. Не нужно было следить за ними, чтобы понять, куда они устремились.

К границе сферы.

— Ох, что это вы? Зачем? — растерянно пробормотала Екатерина. — Не нужно было…

— Еще как нужно, — твердо ответил я. — А теперь жду вашего рассказа. И подробного!

Я мягко толкнул ее в дом и кивнул остальным. Через минуту мы рассаживались на плетеных стульях возле небольшого столика. На нем стояли какие-то дохлые цветы, которые давно пора было выбросить.

— Не думайте, что ваша сила что-то изменит, — с вызовом сказала Бронникова, отойдя от первого шока.

— Не думаю. Я знаю, — я взмахнул рукой, и засохшие бутоны вновь распустились. — Из вас тянут силу, и я хочу знать, кто это делает и зачем.

— Мама! Расскажи ему! Я ему верю! — вынырнула из ниоткуда девчушка. — Вдруг он сможет нам помочь⁈

— Цыц, Светлана! — беззлобно ответила Екатерина. — Без сопливых разберемся.

— Но я хочу послушать!

В ответ она получила тяжелый материнский взгляд, от которого даже у меня мурашки по спине побежали.

— Хорошо, я вам расскажу. Но после вы должны немедленно покинуть наш поселок и никогда не возвращаться!

— Обещать не могу. Только после ваших слов я смогу решить: помогать вам или бросить здесь доживать последние дни, — просто ответил я, вытягивая ноги. — Итак, что здесь произошло?

— Вы действительно думаете, что можете что-то исправить? — спросила она и обвела взглядом всю нашу компанию, а затем остановилась на Григории. — Ты их привел, значит, уверен в них и доверяешь. Тогда слушайте.

Бронникова села на край стула и переплела тонкие, почти прозрачные пальцы.

— Это началось довольно давно, лет десять, а то и больше. Сначала мы ничего не замечали, жили себе и жили. Потом стали барахлить бытовые заклинания, мы не придали этому значения, пока даже накопители не стали заряжаться. Тогда-то мы решили, что просто магия начала уходить из этого места. Бывает, хотя и очень редко. А потом это коснулось и нас.

— Как именно? — уточнил я.

— Силы таяли, — она слегка дернула плечом.

— Почему же вы не уехали?

— Некоторые успели еще в первые пару лет. А остальные, — она развела руками, — здесь они родились, здесь выросли, как бросить все? Нет, многие не смогли, остались, пытаясь смириться с возвращением в эпоху ручного труда. Стирка, уборка, сад и огород. Дальше — хуже. Мы сами стали терять силу. Заклинания, даже самые простые, давали сбои и в какой-то момент просто перестали работать. Началась паника.