— Именно. Мне не нужно, чтобы вы к ним лезли. Мне нужно знать: с кем они встречаются? Кто заходит к ним с чёрного хода? Особенно… если это люди в форме дворцовой стражи или курьеры Дознания.

— Вы играете в опасные игры, леди, — тихо сказал он.

— Я не играю, Ривен. Я пытаюсь не проиграть свою голову.

Протянула ему кошель.

— Это аванс. Если принесете что-то стоящее — заплачу вдвое.

Он взвесил мешочек в руке. Я заметила странную деталь: пока мы говорили, он машинально, словно не замечая этого, потирал левое предплечье сквозь рукав куртки. Жест был нервным, навязчивым, словно там, под кожей, у него что-то болело или чесалось. Старая рана? Или память о чем-то, что он хотел бы стереть?

— И еще, — я остановила его у двери. — Если вас поймают…

— …я вас не знаю, — хрипло произнес он, перекатывая в пальцах монету. — Но я не дурак, леди. Я знаю, как падают с высоты. Мой отец падал долго.

***

Я вернулась в свою комнату, дрожа от напряжения.

День принес плохие новости, но и надежду.

Плохо: запрос на аудит уже пришел. Они копают под отца.

Хорошо: Магистр Дорн унес папки наверх. Советник Родден — пусть и по своим причинам — дал мне щит. Карантин.

Семьдесят два часа.

Бюрократическая война ведомств подарила мне три дня. И еще два дня, которые понадобятся Дознанию, чтобы найти «что-то» в архиве на нас. Нужно использовать эту отсрочку по максимуму. Если я потрачу их впустую — следующая красная лента окажется на моей шее.

***

В этой главе Лиада находит неожиданную союзницу. Риэл Астар — девушка, которая плюет на условности и носит брюки, пока остальные затягивают корсеты.

Вот такой я её вижу (арт).

📢Важная просьба:У меня готовы шикарные визуализации дляРоддена,ТианаиРивена. Я хочу показать их вам в Блогах, но этот раздел откроется, только когда наберется достаточно подписчиков.

Пожалуйста, нажмите кнопку"Подписаться на автора"! Это поможет мне быстрее открыть Блоги и делиться с вами красотой

Ошибка в расчетах

Пятница началась в Канцелярии с истерики.

Из-за «карантина», наложенного Родденом, работа в архиве встала. Магистр Дорн заперся у себя, а в общем зале царил хаос. Клерки, лишенные доступа к старым делам, набросились на текучку — отдел «Торговля» и «Транзит».

На моем столе выросла гора папок с индексом «Т». Накладные, таможенные декларации, путевые листы. Скука смертная, если не знать, что искать.

Я работала механически. Руки перекладывали листы, глаза сканировали столбцы цифр, но Интенция внутри была натянута, как струна. Я искала имя.

«Морденн».

Оно всплыло через час. Папка из плотной желтой бумаги. «Транзит артефакторного сырья». Я открыла её, и мир вокруг на секунду замер.

Строка 148.«Груз: Кристаллы-накопители (необработанные), класс А. 1 ящик. Отправитель: ТД Морденн. Получатель: Гр. Вессант».

Вот оно. Бумажная бомба, заложенная под фундамент моего дома.

Дата отправки: Вчера.

Статус: «Ожидает таможенной очистки».

Взгляд скользнул ниже, к графе «Основание для ввоза». Там стояла подпись. У меня потемнело в глазах. Я знала этот почерк. Немного размашистый, с вычурными завитками — попытка казаться значительнее, чем есть на самом деле.

Рейнар Тарелл.

Я закрыла глаза, вспоминая.

Месяц назад отец хвастался «гениальной схемой». У каждого Великого Дома есть лимит на беспошлинный ввоз магического сырья — чтобы бароны не копили арсеналы в подвалах. Вессанты свои лимиты выбирали подчистую за неделю — отцу вечно нужны были реагенты для перепродажи и спонсорства.

А у Тареллов квоты «горели». Они ничего не строили, ничего не производили. И отец решил сэкономить. Он оформил договор о «совместном управлении имуществом молодых» до свадьбы. Фактически, он использовал имя Рейнара как ширму, чтобы ввозить свои грузы через квоту Тареллов и не платить налог Короне.

«Мальчик просто будет ставить подпись, Лиада, — говорил тогда отец, довольный собой. — Ему лестно, что он участвует в делах, а нам — чистая прибыль в тридцать процентов».

Чистая прибыль.

Рейнар воспользовался этой схемой. Он, имея легальное право подписи на грузы для Вессантов, подписал накладную на ввоззапрещенныхкристаллов.

Для таможни это выглядело как очередная партия сырья, которую хитрый граф Вессант ввозит через будущего зятя. Никто и не подумал проверять.

Я вцепилась в край стола, чтобы не закричать. Кровь отхлынула от лица.

Отец сам дал ему в руки нож, думая, что дает ложку. А Рейнар… Рейнар воспользовался этим, чтобы заказать нам смерть.

Кровь бросилась мне в лицо. Хотелось скомкать этот лист, сжечь его, разорвать зубами.

«Спокойно, — одернула я себя. — Если ты уничтожишь документ, поднимется шум. Пропажу заметят. Нужно сделать так, чтобы документ стал бесполезным».

Я снова посмотрела на строку получателя.«Гр. Вессант».

Моя рука медленно потянулась к чернильнице. Перо в пальцах казалось тяжелым, как кинжал. Мне нужно было изменить всего одну букву. Но зал был полон. Справа скрипел пером пожилой клерк, слева Риэл с интересом наблюдала за мухой. Впереди прохаживался начальник секции — тощий, желчный господин Горм, который славился тем, что любил штрафовать за пятна на манжетах.

Мне нужно было отвлечение. Настоящее.

И судьба, словно извиняясь за прошлые удары, подбросила мне подарок.

Господин Горм внезапно замер у стола молодого, прыщавого переписчика Элвика, сидевшего через ряд от меня. Элвик покраснел и попытался накрыть ладонью какой-то листок, лежавший поверх реестра.

— Что это у нас тут? — проскрипел Горм так, что его услышал весь зал. — Секретные сводки? Или опять рисуем карикатуры на начальство?

— Нет, господин начальник, это личное… — пролепетал парень, вцепившись в бумагу.

Но Горм был быстрее. Он хищно, как коршун, выхватил листок из-под носа подчиненного.

— «Личное» будете писать дома, Элвик. А здесь время принадлежит Короне.

Горм поднес листок к глазам, поправил пенсне, и его тонкие губы растянулись в глумливой улыбке.

— О-о-о… Да тут у нас поэзия! — провозгласил он громко, поворачиваясь к залу. — Коллеги, прошу внимания! Юный Элвик страдает от стрел Амура!

Зал затих. Клерки, изнывающие от скуки, повскакивали с мест. Риэл аж подалась вперед, забыв про свое новое увлечение энтомологией.

— «Твои глаза, как два болота, в них утонуть мне так охота…» — с выражением начал читать Горм.

По залу прокатился смешок. Элвик закрыл лицо руками, готовый провалиться сквозь землю.

— «О, Мила, стан твой, как лоза…» — продолжал издеваться начальник.

Все взгляды метнулись в другой конец зала, где сидела хорошенькая регистраторша Мила. Девушка вспыхнула, как маков цвет, и вскочила, опрокинув чернильницу.

— Это не мне! — взвизгнула она. — Я не брала!

— Ах, не вам? — подключилась полная дама из бухгалтерии. — А кто вчера с ним за шторами шептался?

Начался гвалт. Смех, улюлюканье, оправдания Милы, позор Элвига и торжествующий голос Горма, читающего бездарные вирши. Весь отдел наслаждался скандалом. Никто, абсолютно никто не смотрел в свой стол.

Идеально.

Я осталась единственной во всем огромном зале, кто не участвовал в травле. Я была скучной, серой мышью, склонившейся над работой.

Я придвинула папку. Рука не дрогнула.

Один штрих.

Я аккуратно, копируя нажим писаря, добавила к букве «н» в фамилии «Вессант» крошечный хвостик вниз. «Н» превратилась в «р».