Моррис кивнул и отпил кофе.

— Да. Поговорил с Джерри Коксом и Майком Сэлинджером. Они курируют информаторов в семьях Бруно и Гамбино.

— И что узнал?

Моррис достал из кармана жилетки сложенный лист бумаги, развернул. Рукописные заметки, почерк неряшливый.

— Немного. Эти ребята держат информацию о киллерах в секрете даже от коллег. Но я надавил на них, сказал что это федеральное расследование, уже есть три жертвы, нужна помощь. — Моррис посмотрел в свои записи. — Вот что они дали.

Томпсон наклонился вперед. Я внимательно слушал.

— Семья Бруно в Филадельфии имеет двух известных исполнителей. Первый Николас «Ник Лезвие» Деванзо, пятьдесят два года. Старая школа, работает еще с сороковых. Специализируется на ножах и избиениях. Не наш человек, слишком грубо, слишком много крови.

Я кивнул.

— Второй Томас «Томми Пушка» Риццо, тридцать восемь лет. Огнестрельное оружие, предпочитает.38 калибр, близкая дистанция. Ветеран Кореи, артиллерист. Но опять не подходит, использует крупный калибр, не.22.

— Семья Гамбино? — спросил Томпсон.

— У Гамбино больше ресурсов. Кокс говорит что у них минимум четыре постоянных исполнителя. Но знает имена только двоих. Первый Рой ДеМео, двадцать девять лет. Психопат, любит пытки и расчленение. Работает с группой подручных. Определенно не наш, действует слишком шумно и слишком жестоко.

Моррис перевернул лист, прочитал дальше.

— Про второго мало информации. Кокс слышал от информатора в семье Гамбино о «профессионале за пределами города». Не член семьи, работает на контракте. Специализируется на устранении свидетелей и информаторов. Тихий, эффективный и дорогой. Используют редко, только для важных заказов.

Я выпрямился на стуле.

— 'Профессионал за пределами города? Это может быть наш клиент.

Моррис скептически посмотрел на меня.

— Может быть. Но информация почти нулевая. Нет имени, нет описания, нет адреса. Информатор сам не знает деталей, слышал только разговоры.

— А что именно слышал? — спросил Томпсон.

Моррис заглянул в записи.

— Что этот киллер не из Нью-Йорка. Что он бывший военный. Что использует малокалиберное оружие, «чистая работа, никакого беспорядка». Что берет по пять тысяч долларов за заказ.

Пять тысяч. Огромные деньги в тысяча девятьсот семьдесят втором году. Средняя зарплата рядового американца около десяти тысяч в год.

— Когда последний раз использовали этого киллера? — спросил я.

Моррис пожал плечами.

— Информатор не знает точно. Несколько месяцев назад, может быть весной. Слышал что кто-то из семьи говорил «нужно позвонить профессионалу» по поводу.

Весна. Как раз в это время началась серия убийств. Коулман убит двадцатого мая.

— Как связываются с этим киллером? — продолжал я. — Напрямую или через посредника?

— Информатор не в курсе. Но логично предположить что через посредника. — Моррис отпил кофе. — Мафия так работает. Боссы не контактируют напрямую с исполнителями. Всегда есть прослойка: советник, капо или кто-то доверенный.

Томпсон затушил сигару и закурил новую.

— Значит тупик. Есть киллер-призрак, который работает на контракте, никто не знает кто он.

— Не совсем тупик, сэр, — сказал я. — Теперь мы знаем что он все-таки существует. Что семья Гамбино использует внешнего исполнителя. Что он дорогой и эффективный. Это сужает круг.

Моррис фыркнул.

— Как это сужает круг, Митчелл? Профессиональных киллеров в стране сотни. Бывших военных с оружейной подготовкой тысячи. Без имени или хотя бы описания мы никуда не продвинулись.

— Нет, это прорыв, — настаивал я. — Если семья Гамбино заказала все три убийства через одного исполнителя, значит есть связь между делами. Коулман давал показания против Riverside Trucking в Филадельфии, это территория семьи Бруно, не Гамбино. Но может быть, Бруно и Гамбино работают вместе на транспортных схемах?

Моррис задумался.

— Возможно. Семьи иногда кооперируются на больших делах. Порт Балтимора, грузоперевозки, отмывание денег через транспортные компании. — Посмотрел на Томпсона. — Бруно контролирует Филадельфию, Гамбино — Нью-Йорк и часть Нью-Джерси. Балтимор спорная территория, там работают обе семьи.

Томпсон кивнул.

— Значит возможно, что один заказчик координирует все убийства. Убирает свидетелей по всему Восточному побережью и использует одного киллера для всех заказов.

— Экономия средств, — добавил я. — Зачем платить разным исполнителям, если один справляется отлично? Плюс меньше людей знают о заказах, меньше риск утечки.

Моррис неохотно кивнул.

— Логика есть. Но это не поможет найти киллера.

Томпсон посмотрел на меня.

— Митчелл, ты подготовил запросы в Пентагон и полицейские департаменты?

— Да, сэр. Вот здесь. — Достал папку с напечатанными запросами, положил на стол.

Томпсон взял, пролистал быстро.

— Хорошо. Подпишу сегодня, отправим курьером. Военные архивы обработают запрос за неделю-две. Вы тем временем продолжайте работать. — Посмотрел на Морриса. — Фрэнк, попроси Кокса надавить на своего человека в семье Гамбино. Любые детали о «профессионале», внешность, возраст, откуда приезжает, как связываются. Что угодно.

Моррис кивнул.

— Попробую. Но не обещаю результатов. Информатор рискует жизнью каждый раз когда открывает рот. Если начнет задавать слишком много вопросов про киллера, семья его заподозрит.

— Понимаю. Пусть работает осторожно. — Томпсон затянулся сигарой. — Митчелл, продолжай анализировать дела. Может быть упустили какую-то деталь. Как ты там умеешь, вытащи кролика из черной шляпы, сделай какой угодно фокус.

— Да, сэр.

— Все. Свободны.

Вышли из кабинета. Моррис молча пошел к своему столу, сел и взял телефонную трубку. Начал набирать номер, видимо звонил Куперу из отдела оргпреступности.

Я вернулся к своему столу, снова открыл папки с делами. Начал перечитывать показания свидетелей, разыскивая что мог пропустить.

Детали. В деталях всегда скрывается ключ.

Я спустился в подвал в девятнадцать тридцать. Рабочий день давно закончен, в здании почти никого. Охранник на первом этаже кивнул, узнав меня, ведь я третий вечер подряд спускаюсь в компьютерный центр.

Коридор подвала пустой, слышны только мои шаги по бетонному полу. Дверь с табличкой «Центр обработки данных» заперта. Достал ключ, который дал Финч, открыл и вошел внутрь.

Прохладно. Кондиционеры ровно гудят, поддерживая шестьдесят пять градусов по Фаренгейту. IBM System/370 стоит в центре зала, лампочки мигают зелеными и красными огоньками. Катушки магнитных лент медленно вращаются за стеклянной панелью.

Дороти уже здесь. Сидит за консолью, печатает команды на клавиатуре. Экран монитора светится зеленым, курсор мигает. На столе рядом стопка перфокарт высотой дюймов шесть, в ней примерно пятьсот карт.

Услышала скрип двери, обернулась и улыбнулась.

— Вовремя, Итан. Только закончила подготовительную работу.

Подошел и положил портфель на соседний стол.

— Сколько готово дел?

— Сто семьдесят два. — Дороти указала на картонную коробку у стены. — Каждое дело закодировано на три перфокарты. Итого пятьсот шестнадцать карт.

Прошел к коробке и заглянул внутрь. Перфокарты аккуратно сложены стопками, разделены картонными перегородками. На каждой перегородке надпись маркером: номер дела, штат, дата.

— Ты работала над этим весь день?

— С восьми утра до шести вечера. — Дороти потянулась и размяла шею. — Десять часов на перфораторе. Пальцы онемели, спина болит. Но закончила первую партию.

Взял одну карту наугад, поднес к свету. Дырки пробиты аккуратными рядами по восьмидесяти колонкам. В верхней части карты напечатано: «ДЕЛО НОМЕР 70-AL-0156 ВОЗРАСТ ЖЕРТВЫ 25 ЛЕТ СПОСОБ УБИЙСТВА УДУШЕНИЕ».

— Проверяла на ошибки?

— Дважды. Прогнала тестовую партию в пятьдесят карт через считыватель, компьютер принял без проблем. Формат правильный, данные читаются.