— Просто хочу посмотреть какие тут гаражи, узнать их размер и состояние.

— Все одинаковые. Двадцать на тридцать футов, кирпич, бетонный пол. Электричество есть, воды нет.

— Понял. А ключи у арендаторов?

— У них свои замки. Я не лезу, они не лезут. Так проще.

Кивнул. Открыть просить нельзя, а то и так заподозрит лишнего.

— Хорошо. Дайте мне подумать, может быть вернусь завтра.

— Как хочешь. Меня зовут Гас Петерсон. Буду здесь до шести вечера каждый день.

— Спасибо, мистер Петерсон.

Вышел из домика, прошел вдоль ряда гаражей. Нашел номер одиннадцать. Кирпичная стена, зеленые металлические ворота, краска местами облезла. Висячий замок марки «Master Lock», стальной и новый.

Неужели я вот так, почти сразу напал на верный след?

Я остановился перед дверью. За ней могут быть трофеи. Доказательства. Личные вещи кого-то из семи жертв.

Или ничего. Что делать? Вернуться с ордером или взломать замок сейчас?

Нет я не могу войти сам. Нет ордера. Если вскрою замок и войду, все найденные улики будут признаны незаконными. Мы не сможем использовать их в суде. Хуже того, меня обвинят в незаконном проникновении, воспрепятствовании правосудию.

Нужно позвонить Томпсону. Немедленно.

Вернулся к Форду, сел за руль. Посмотрел на часы, уже обеденное время.

Завел двигатель, проехал два квартала. Увидел телефонную будку у заправки Texaco. Припарковал машину и вышел.

Вошел в будку, снял трубку, опустил десятицентовик в щель. Снова набрал рабочий номер.

Гудки. Щелчок.

— ФБР, Региональный офис Вашингтона.

— Специальный агент Дэвид Томпсон, криминалистический отдел. Срочно.

— Минуту.

Ждал секунд тридцать. Наконец раздался щелчок.

— Томпсон слушает.

— Сэр, это Митчелл. Я нашел гараж Дженкинса.

Пауза. Потом босс резко спросил:

— Что⁈ Какой к дьяволу гараж?

— Арендованный гараж. Kenilworth авеню, номер одиннадцать. Владелец Август Петерсон. Дженкинс арендовал под именем Эдвард Коулман, это девичья фамилия его матери. Сорок долларов в месяц наличными с января семьдесят второго. Последний раз платил третьего июля, за два дня до смерти.

Томпсон молчал секунд пять.

— Митчелл. Как ты это нашел? Тебе запретили расследовать!

— Случайно узнал, сэр. Ехал мимо, увидел гаражи, решил спросить. Владелец показал фото и опознал Дженкинса.

— Случайно, значит. — скептически сказал Томпсон. — Ты просто случайно проезжал мимо гаражей в промышленном районе и случайно решил спросить?

— Да, сэр.

— Черт возьми, Митчелл. — Томпсон вздохнул тяжело. — Если Крейг узнает что ты вел собственное расследование…

— Не узнает. Я был осторожен. — Пауза. — Сэр, не важно как я нашел. Важно что там может быть. Трофеи, доказательства. Нам немедленно нужен ордер.

Томпсон молчал. Слышал как он барабанит пальцами по столу.

— Хорошо. Дай точный адрес.

— Kenilworth авеню, между 28 и 29 улицами. Гаражи Гаса Петерсона, ряд кирпичных строений, двадцать гаражей. Номер одиннадцать.

— Записал. Сейчас позвоню помощнику прокурора, запрошу экстренный ордер. Если одобрит, выезжаем через час. Криминалисты, фотограф, я.

— Я могу присутствовать?

Томпсон помолчал.

— Нет, не можешь. Ты отстранен от дела, под следствием. Крейг и Мэрфи запретили участвовать. Мы и сами уже не ведем это дело, но я буду действовать под свою ответственность.

— Но я нашел место. Имею право увидеть результаты.

— Митчелл…

— Сэр, я не буду входить в гараж, не буду трогать улики. Просто посмотрю снаружи. Технически я не нарушу запрета.

Томпсон вздохнул снова.

— Хорошо. Но ты будешь стоять за периметром, не приближаться, не комментировать и молчать как рыба. Если Крейг появится, немедленно уезжаешь. Договорились?

— Договорились. Спасибо, сэр.

— Не благодари пока. Может быть там ничего нет, и ты зря рисковал. — Пауза. — Но надеюсь ты прав.

— Я в этом уверен, сэр.

— Увидим. Жди на месте. Приедем как получу ордер. Час-полтора максимум.

— Буду там.

Положил трубку. Вышел из будки.

Час-полтора. Времени достаточно.

Сел в машину, поехал обратно на Kenilworth авеню.

Припарковал машину в квартале от гаражей Петерсона. Не хотел чтобы Гас заметил меня, он меня видел, может что-то заподозрить.

Вышел из машины, прошелся пешком. Остановился за углом здания напротив, откуда видны гаражи. Прислонился к кирпичной стене.

Ждал.

Улица пустая, машин мало. Промышленный район в обеденное время тихое место, рабочие на обеде, склады закрыты.

Я пристально смотрел на гараж номер одиннадцать. Зеленая металлическая дверь, висячий замок. Обычный гараж, ничем не отличается от соседних.

Но за этой дверью может быть ответ.

Время тянулось медленно.

Четырнадцать ноль пять. Четырнадцать двадцать. Четырнадцать сорок.

Наконец услышал звук двигателей. Две машины свернули на Kenilworth авеню, черный фургон Ford с надписью ФБР на борту и темно-синий седан плимут.

Остановились возле гаражей. Из фургона вышли четверо: Томпсон, двое криминалистов в синих комбинезонах, фотограф с камерой на шее. Еще из седана выбрался Гас Петерсон, старик смотрел растерянно.

Я вышел из-за угла. Томпсон увидел меня и коротко кивнул.

— Митчелл. Стой за периметром, как договорились.

— Есть, сэр.

Томпсон повернулся к Гасу.

— Мистер Петерсон, спасибо что согласились приехать. У нас ордер на обыск гаража номер одиннадцать, арендованного Эдвардом Коулманом.

Достал из кармана пиджака лист бумаги, показал. Гас взял, медленно прочитал, шевеля губами.

— Ордер суда. Обыск в рамках уголовного расследования. — Поднял глаза. — Эд сделал что-то плохое?

— Не можем комментировать, сэр. Это часть расследования.

Гас покачал головой.

— Эд казался хорошим парнем. Тихий, платил вовремя. Никогда от него не было проблем.

— У вас есть ключ от гаража?

— Нет. Арендаторы ставят свои замки. Я не лезу к ним, пусть делают что хотят лишь бы платили вовремя.

Томпсон кивнул, повернулся к одному из криминалистов, молодому мужчине лет тридцати, с коротко стриженными волосами и серьезным лицом.

— Сандерсон, вскрывай замок.

Фрэнк Сандерсон кивнул, подошел к двери гаража. Достал из металлического чемодана болторезы, с длинными рукоятями и стальными губками. Приложил к дужке замка и сжал.

Металл хрустнул, дужка сломалась. Замок с лязгом упал на бетон.

Сандерсон убрал болторезы, взялся за ручку двери. Посмотрел на Томпсона.

Томпсон кивнул.

Сандерсон потянул. Дверь медленно открылась, скрипнули петли. Внутри темно, пахло затхлостью и машинным маслом.

Фотограф включил вспышку и поднял камеру выше. Сделал снимок входа, вспышка осветила интерьер на долю секунды.

Томпсон достал фонарик из кармана и включил. Луч прорезал темноту.

Шагнул внутрь.

Я стоял снаружи, смотрел из-за плеча Сандерсона. Видел смутно бетонный пол, кирпичные стены, что-то большое в углу.

Томпсон остановился в трех шагах от входа. Луч фонаря замер на объекте в углу.

Молчал секунд пять.

Потом сказал тихо, почти шепотом:

— Боже мой.

Сандерсон вошел следом, включил свой фонарь. Второй криминалист тоже.

Фотограф сделал еще несколько снимков, вспышки освещали гараж.

Я стоял у входа. Но кое-что видел.

В углу гаража стояла холодильная камера, размером примерно шесть на восемь футов, высота семь футов. Дверь металлическая, герметичная, с хромированной ручкой. Электрический провод тянулся к розетке на стене, тихо гудел компрессор.

Возле камеры стоял грубо сколоченный деревянный стол. На столе картонные коробки, три штуки, крышки открыты.

Томпсон подошел к столу, посветил фонарем в первую коробку.

Долго молчал.

Повернулся ко мне с побледневшим лицом.

— Митчелл. Ты был прав.