— Время смерти?

— Предварительно между восемью вечера и полуночью. Но это оценка на месте, не точная. Тело отправили в Квантико на повторную экспертизу. Ну это ты сам знаешь. Мы все ждем результаты.

— Место обнаружения связано с маршрутами Дженкинса?

— Не знаю. Стивенс и Моррис проверяют. Но I-95 крупное шоссе, тысячи людей ездят каждый день. Дженкинс мог проезжать, а мог и нет.

— Есть свидетели?

— Не знаю подробностей. Стивенс держит информацию закрытой. Крейг приказал, чтобы не было никаких никаких утечек.

Я помолчал. Информации мало, но хоть что-то есть.

— Дэйв, спасибо. Ты мне помог.

— Митчелл, будь осторожен. Крейг сейчас похож на голодного тигра. Если узнает что ты копаешь, добавит обвинение в воспрепятствовании правосудию.

— Не узнает. Я буду осторожен.

— Надеюсь. Удачи, парень. Держись.

— Спасибо.

Положил трубку. Вышел из будки, сел в машину.

Значит, жертва секретарша из Александрии, время смерти восемь вечера или полночь того же дня, когда я застрелил Дженкинса.

И еще. Если бы Дженкинс убил ее, он бы не пришел за Дженни. Между убийствами серийникам нужна пауза, хотя бы несколько дней.

Так что это точно другое убийство. Совпадение.

Нужно больше информации.

Я завел двигатель и поехал домой.

Дженнифер на работе, ее приняли в госпиталь, она вернется к трем часам дня.

Когда я вошел в квартиру, сразу отправился в спальню, достал из ящика комода карту округа Колумбия, большую, складную, масштаб один дюйм равен миле.

Развернул на кухонном столе, разгладил края. Взял блокнот с записями по делу, красный карандаш и линейку.

Открыл блокнот на странице со списком жертв. Красным карандашом отметил на карте каждое место обнаружения тела, ставил маленький крестик, рядом писал инициалы жертвы. Мы это уже делали в офисе, но сейчас у меня нет тех материалов под рукой.

Семь крестиков, разбросаны по округам. Западная часть чистая, там жилые районы, Джорджтаун, центр города.

Взял циркуль из ящика стола, старый и металлический. Настроил радиус на два дюйма, то есть на две мили по масштабу карты.

Поставил острие на первый крестик, нарисовал круг красным карандашом. Диаметр четыре мили, зона комфорта вокруг места преступления.

Второй крестик, нарисовал другой круг. Третий, четвертый, пятый, шестой и седьмой.

Семь кругов на карте, слегка перекрывали друг друга.

В будущем году это будет называться географическое профилирование. Метод появится только в восьмидесятых, его разработает канадский криминолог Ким Россмо. Но принцип простой, серийники действуют в зоне комфорта. Не слишком близко к дому, где могут заметить соседи, не слишком далеко, где незнакомая территория, есть риск заблудиться и потерять контроль.

Оптимальная зона две-три мили от базы операций.

Посмотрел на карту. Круги пересекаются в нескольких местах, но одна зона выделяется, северо-восток округа, между трассой Bladensburg и Kenilworth авеню. Промышленный район, склады, гаражи, мало жилых домов.

Обвел эту зону карандашом, получился неровный овал примерно миля на полторы мили.

Дженкинс работал водителем грузовика, возил грузы по штатам. Знал эти районы как свои пять пальцев. Чувствовал себя там комфортно.

База операций, где он хранил трофеи, возможно держал жертв перед убийством, должна быть в этой зоне.

Но не дома. Криминалисты обыскали его квартиру, пока что не нашли ничего подозрительного. Серийники не хранят трофеи дома. Слишком рискованно. Может найти жена, друзья, гости.

Значит отдельное место. Арендованное. Контролируемое. Изолированное.

Гараж. Склад. Сарай.

В той зоне сотни таких мест. Как сузить поиск?

Я встал и прошелся по комнате. Думай. Подключай логику.

Серийники параноидальны. Боятся оставлять следы. Используют ложные имена для аренды, оплачивают наличными, избегают контактов с владельцами.

Дженкинс одинокий, осторожный и изворотливый. Он бы не использовал свое настоящее имя.

Какое имя он бы выбрал?

Знакомое. Легко запоминающееся. Связанное с прошлым.

Родственники. Родители.

Вспомнил из досье ФБР, что мать Дженкинса умерла когда ему было пятнадцать. Девичья фамилия Коулман.

Серийники часто используют имена умерших родственников. Психологическая связь с прошлым, с детством.

Эдвард Коулман.

Но как найти записи аренды? Сейчас нет централизованной базы данных. Гаражи в промышленных районах частная собственность, владельцы не регистрируют арендаторов официально. Платят наличными, без контрактов и чеков.

Нужно искать по старинке. Ехать в нужный район, все обыскивать на месте.

Посмотрел на часы, еще только двенадцать ноль пять. Достаточно времени до возвращения Дженнифер.

Я сложил карту, взял блокнот и ручку. Вырезал из газеты фотографию Дженкинса, сунул в карман. Надел пиджак и вышел на улицу. Поехал на северо-восток, в промышленную зону отмеченную на карте.

Вскоре я очутился трассе Bladensburg, это оказалась широкая улица, тут мало машин в обеденное время. По обеим сторонам склады, гаражи и мастерские. Одноэтажные кирпичные здания, грязные окна, плоские крыши.

Свернул на Kenilworth авеню, теперь ехал медленно. Смотрел по сторонам.

Справа шел ряд кирпичных гаражей, все одинаковые. Металлические двери, висячие замки. Номера намалеваны белой краской, от одного до двадцати.

Припарковал машину у обочины, прошел вдоль ряда гаражей. Двери закрыты, замки ржавые. На одном гараже нашел криво прибитую жестяную табличку: «Сдается в аренду, звоните Питу 202−555–0147».

Записал номер телефона в блокнот.

Дальше по улице еще гаражи, там уже другой владелец. Деревянные двери, краска облезла. Табличка: «Гаражи Гаса, сорок долларов в месяц наличными».

Я отправился дальше, разыскивая офис владельца. В конце наконец нашел его, маленький одноэтажный домик, с белыми стенами и серой крышей. Дверь открыта.

Подошел, постучал в дверной косяк.

— Есть кто?

Изнутри раздался старый, хриплый голос:

— Входи, не стой.

Я повиновался и вошел. Комната маленькая: стол, два стула, металлический шкаф у стены. На стене календарь с фотографией озера, июль семьдесят второго. Пахло табаком и старостью.

За столом сидел мужчина лет семидесяти, лысый и морщинистый. Рубашка клетчатая, штаны на подтяжках. Он курил трубку, синий дым вился к потолку.

— Чего надо?

— Добрый день. Ищу гараж в аренду. Видел вашу табличку.

Мужчина смотрел внимательно.

— Гаражи есть. Сорок баксов в месяц, наличными. Вопросов не задаю, проблем не хочу. Договорились?

— Договорились. Свободные есть?

— Три свободных. Номера восемь, четырнадцать, двадцать. Выбирай, какой хочешь.

— А остальные заняты?

— Ага. Семнадцать гаражей сдано.

— Давно сдаете?

— Лет двадцать пять. С сорок седьмого года. Купил землю после войны, построил тут гаражи и сдаю.

— Арендаторы долго держат?

— Кто как. Некоторые годами, некоторые месяц-два.

Достал фотографию Дженкинса из кармана пиджака. Черно-белое фото, хорошо видно лицо.

— Этот человек арендовал у вас гараж?

Старик покачал головой.

— С чего мне рассказывать?

Я достал двадцать долларов, положил на стол. Потом добавил еще.

Мужчина взял фотографию, поднес близко к глазам. Прищурился.

— Хм. Похож на Эда. Эд Коулман. Арендует с января, гараж номер одиннадцать. Платит наличными первого числа каждого месяца, вовремя. Хороший арендатор, тихий.

Сердце застучало быстрее.

— Эд Коулман?

— Ага. А что?

— Просто похож на знакомого. Когда последний раз видели его?

— Дня три назад. Третьего июля, принес сорок баксов, как обычно. Ничего странного.

Третье июля. За два дня до того как я застрелил Дженкинса.

— Можно посмотреть его гараж?

Мужчина взял деньги, но настороженно посмотрел на меня.

— Зачем? Он занят. Я же сказал тебе, какие свободные.