— Ясно.

Уэллс открыл блокнот, взял ручку.

— Начнем с простого. Как вы спали прошлой ночью?

— Нормально. Четыре часа, может пять.

— Это мало. Вы не могли заснуть?

— Немного трудно заснуть.

— О чем-то думали?

— О деле. О стрельбе. О последствиях.

Уэллс записал.

— Вас преследовали кошмары?

— Нет.

— Как себя чувствовали когда проснулись?

— Нормально. Немного уставшим.

Уэллс записал, посмотрел через очки.

— Итан, вы убили человека позавчера вечером. Большинство людей в такой ситуации испытывают сильный стресс. Вина, страх, проблемы со сном и аппетитом. У вас есть что-то из этого?

— Только небольшие затруднения со сном. Остального нет.

— Чувствуете вину?

— Нет.

— Совсем? Может хотя бы чуть-чуть?

— Нет. Дженкинс угрожал женщине ножом и пытался ее похитить. Я остановил его. Сделал то что нужно.

Уэллс внимательно слушал меня.

— Сожаление?

— Нет.

— Если бы могли вернуться назад, поступили бы так же?

— Да. Без колебаний.

— Почему без колебаний?

— Потому что альтернативы не было. Он держал нож у ее горла и тащил к машине. Еще секунда, он бы уехал с ней. Потом бы убил. Я не мог допустить этого.

Уэллс кивнул.

— Вы видите ситуацию очень четко. Черное и белое. Он угрожал, вы его остановили. Силой. Серых зон нет?

— Серые зоны есть всегда. Но в тот момент их не было. Он представлял угрозу, я защищал. Все просто.

— Просто, — повторил Уэллс. — Большинство агентов после первого убийства говорят что ситуация казалась хаотичной, страшной или неясной. Вы говорите, что все просто.

— Потому что анализировал ситуацию логически.

— Даже в момент выстрела? У вас не бурлил адреналин, не было стресса, страха за женщину?

— Адреналин был. Но я контролировал его. Сосредоточился на задаче остановить угрозу, не задеть заложницу. Прицелился и выстрелил.

Уэллс откинулся на спинку стула. Потом спросил:

— Итан, у вас есть военный опыт? Насколько я знаю вы служили в армии. Участвовали в боевых действиях?

— Да.

— Понятно. — снова черкнул Уэллс. — Тогда я понимаю ваше хладнокровие.

Я кивнул.

— Возможно, мне еще помогла тренировка в Квантико. Может характер. Я всегда был спокойным под давлением.

— Всегда?

— С детства.

Уэллс откинулся назад, снял очки, протер стекла носовым платком.

— Вы очень рациональны, Итан. Мало эмоций. Это нормально для вас или это такой защитный механизм?

— Нормально. Всегда был таким.

— Друзья в детстве называли вас холодным?

— Иногда. Но чаще просто спокойным.

— Романтические отношения? Девушки не жаловались на отсутствие эмоций?

— Нет. Невеста не жалуется. Говорит что я спокойный и надежный.

— Невеста. — Уэллс посмотрел в папку. — Дженнифер Коллинз, двадцать четыре года, медсестра. Живете вместе, вскоре планируется свадьба. Верно?

— Верно.

— Как она отреагировала на стрельбу?

— Волновалась. Но поддержала меня.

— Вы рассказали ей подробности?

— В пределах допустимого.

— Как она восприняла?

— Спокойно. Понимала, что я спас девушку.

Уэллс надел очки обратно.

— Хорошо, Итан, сейчас я проведу стандартный психологический тест. Миннесотский многофазный личностный опросник. Пятьсот шестьдесят шесть вопросов. Отвечаете правда, ложь или не знаю. Там нет правильных или неправильных ответов, вам нужно просто быть искренним. Понятно?

— Понятно.

Уэллс достал из ящика стола толстую брошюру, страниц сорок, скрепленных скобами. Протянул мне вместе с карандашом.

— Читайте утверждения и отмечайте ответ. Не думайте долго, первая реакция обычно самая правильная.

Я взял брошюру и открыл первую страницу.

1. Я люблю читать газеты: «Правда», «Ложь», «Не знаю»

Отметил «Правда».

2. У меня хороший аппетит: «Правда», «Ложь», «Не знаю»

Снова отметил «Правда».

3. Я просыпаюсь каждое утро свежим и отдохнувшим: «Правда», «Ложь», «Не знаю»

Тут я отметил «Ложь», ведь последние две ночи спал так себе.

И так дальше в том же духе. Я продолжал отвечать на самые разные вопросы. О здоровье, настроении, отношениях, страхах и привычках.

Наконец, добрался до конца, ответил на все пятьсот шестьдесят шесть вопросов. Заняло минут сорок. Положил брошюру на стол.

Уэллс взял и быстро пролистал ее. Смотрел на отмеченные ответы, иногда останавливался и перечитывал.

— Вы быстро закончили. Обычно занимает час-полтора.

— Вопросы простые.

— Для некоторых да, для других нет. — Уэллс отложил брошюру. — Я обработаю результаты позже и составлю ваш профиль. Но предварительно скажу, что ответы последовательные. Признаков психоза, депрессии или тревожности не вижу. Эмоциональная устойчивость высокая. Может быть слишком высокая.

— Слишком высокая?

— Нормальная реакция на стрессовое событие это эмоциональный всплеск. Страх, вина или сожаление. У вас этого нет. Это может быть признак подавления эмоций. Отложенный шок, он придет позже.

— Или просто я такой. Спокойный.

— Возможно. — Уэллс посмотрел внимательно. — Но будьте осторожны, Итан. Эмоции не исчезают. Они накапливаются. Рано или поздно выходят. Иногда в неожиданный момент.

— Понял.

Уэллс закрыл блокнот и положил ручку.

— На сегодня закончим. Я отправлю отчет инспекторам и вашему начальству через два дня. Рекомендация будет психологически стабилен, пригоден к службе. Но с одним условием.

— Каким?

— Если почувствуете изменения: тревогу, депрессию, бессонницу свыше недели, навязчивые мысли, приходите ко мне немедленно. Не ждите пока станет хуже.

— Хорошо.

Я встал и протянул ему руку. Уэллс пожал.

— Удачи, агент Митчелл. Надеюсь у вас все будет хорошо.

— Спасибо, доктор.

Вышел из кабинета.

В коридоре тихо. Психологическая оценка пройдена. Уэллс вроде бы признал меня стабильным.

Спустился по лестнице, вышел из здания. Сел в машину и завел двигатель. У меня много планов на день. Но сначала нужна информация о новой жертве.

Выехал с парковки, проехал два квартала, остановился возле телефонной будки на углу Девятой стрит Шестой улиц. Вошел в будку. Стеклянная кабина со скрипнувшей дверью. Снял трубку, опустил десятицентовик в щель, набрал номер.

Гудки. Щелчок.

— ФБР, чем могу помочь?

— Агент Дэвид Паркер, криминалистический отдел.

— Минуту.

Ждал минуты две. Снова щелчок.

— Паркер слушает.

— Дэйв, это Митчелл.

Пауза. Потом осторожный голос:

— Митчелл. Как дела?

— Нормально. Хотел узнать о новой жертве на Interstate 95. Что известно?

Пауза подольше.

— Митчелл, тебе же сказали не лезть в расследование.

— Не лезу. Просто спрашиваю коллегу. Неофициально.

Дэйв вздохнул.

— Слушай, я бы помог, но не могу. Нас с Харви отстранили от этого дела. Крейг и Мэрфи передали расследование нового убийства другому отделу. По насильственным преступлениям. Ведут агенты Ральф Стивенс и Кэтрин Моррис. Мы даже отчеты не видим.

— Почему отстранили?

— Сказали, это конфликт интересов. Мы работали над этим делом когда ты застрелил Дженкинса. Теперь нужны независимые агенты.

— Понятно. А что ты знаешь? Хоть что-то?

Дэйв помолчал. Потом тихо спросил:

— Неофициально? Только между нами?

— Только между нами.

— Хорошо. Слышал обрывки. Жертва белая женщина, двадцать семь лет, работала секретаршей в адвокатской конторе в Александрии. Имя пока не публикуют, уведомляют семью. Нашли на обочине I-95 вчера утром в девять пятнадцать. Тело лежало в кустах, частично скрытое. Ее заметил проезжий водитель, вызвал полицию Вирджинии.

— Причина смерти?

— Удушение. Кровоподтеки на шее, переломы подъязычной кости. Как у предыдущих жертв.

— Другие травмы?

— Ссадины на запястьях, кровоподтеки на руках и ногах. Следы борьбы. Одежда частично сорвана, но изнасилования вроде нет. Медэксперт еще проверяет.