Сердце застучало быстрее.
— Трофеи?
— Да. — Томпсон кивнул медленно. — Украшения, фотографии, личные вещи. — Посветил во вторую коробку. — Много чего.
Сандерсон надел резиновые перчатки, осторожно достал из первой коробки золотое кольцо. Поднес к свету фонаря.
Жертва 1. Мэри Уилсон, 25 лет, учительница, Роли, Северная Каролина, 8 января 1972.
Жертва 2. Кэрол Джонсон, 22 года, секретарша, Филадельфия, Пенсильвания, 2 февраля 1972.
Жертва 3. Дженнифер Моррис, 24 года, медсестра, Балтимор, Мэриленд, 19 марта 1972.
Жертва 4. Сьюзен Кларк, 23 года, официантка, Ричмонд, Виргиния, 23 апреля 1972.
Жертва 5. Лиза Томпсон, 21 год, студентка, Уилмингтон, Делавэр, 7 мая 1972.
— Обручальное кольцо. С гравировкой внутри: «Для Мэри, с вечной любовью, 1970» To — Посмотрел на Томпсона. — Мэри, кто это?
Я подал голос:
— Мэри Уилсон, двадцать пять лет, учительница из Северной Каролины, первая жертва.
Томпсон кивнул.
— Да. Она носила обручальное кольцо, муж упоминал в показаниях.
Сандерсон положил кольцо обратно, достал женские часы Timex. Серебряный браслет, циферблат треснул.
— Часы. Инициалы на задней крышке: «С. А. К.»
— Сюзан А. Кларк, — снова сказал я не подходя к гаражу. — Четвертая жертва.
Фотограф снимал каждый предмет. Вспышки шипели, освещая мрачную картину.
Я стоял у входа и смотрел. Но не входил, как и обещал Томпсону.
Но видел достаточно.
Дженкинс виновен. Мы нашли здесь достаточно трофеев. Неопровержимые доказательства.
Томпсон подошел к холодильной камере, взялся за ручку двери. Посмотрел на криминалистов.
— Готовы?
Оба кивнули и подняли фонари.
Томпсон потянул ручку. Дверь открылась с шипением, она держалась на герметичном уплотнителе. Холодный воздух вырвался наружу.
Лучи фонаря скользнули внутрь.
Томпсон замер. Сандерсон заглянул через плечо.
— Что тут?
— Вон, поглядите ниже, — тихо ответил Томпсон. — Это его трофеи.
Я не видел, что там внутри камеры. Но примерно предполагал.
Фотограф протиснулся между ними, снимал внутренность камеры. Вспышки, освещали гараж.
Томпсон закрыл дверь камеры, повернулся к криминалистам.
— Фиксируйте все. Мне нужны фотографии каждого предмета, каждой поверхности. Берите образцы, кровь, волосы, волокна. Отпечатки пальцев со всех поверхностей. Все здесь должна быть идеально задокументирована. Понятно?
— Да, сэр.
Томпсон вышел из гаража и приблизился ко мне. Лицо серьезное, но в глазах читалось облегчение.
— Митчелл сукин сын. Как ты это сделал? Ты знаешь что только что спас свою задницу? И нашу в том числе.
— Трофеи от всех семи жертв?
— Пока вижу минимум от трех. Будем тщательно проверять. Но да, похоже там есть и от других жертв. — Пауза. — Дженкинс виновен. Ты застрелил серийного убийцу. Стрельба оправдана.
Я медленно выдохнул. Напряжение, державшее последние два дня, наконец отпустило.
— Спасибо, сэр.
— Не за что. Ты сам нашел. — Томпсон посмотрел серьезно. — Как именно ты нашел, не спрашиваю. Официально оформим как анонимную наводку. Так и запишем в отчет. Договорились?
— Договорились.
Томпсон повернулся к Гасу Петерсону, стоявшему у фургона в растерянности.
— Мистер Петерсон, спасибо за помощь. Мы завершим работу через несколько часов, опечатаем гараж. Потом вернем вам ключи.
Гас кивнул медленно.
— Эд действительно… убивал женщин?
— Не можем комментировать детали расследования. Но да, есть основания так полагать.
Гас покачал головой.
— Казался таким нормальным. Никогда не подумал бы.
— Они все кажутся нормальными, — тихо сказал Томпсон.
Гас ушел к своему домику, медленно, опираясь на стену. Старик был в шоке.
Я стоял возле фургона, смотрел как работают криминалисты. Вспышки камеры, приглушенные голоса, щелчки открывающихся чемоданов с инструментами.
Томпсон закурил сигарету, глубоко затянулся.
— Митчелл, поезжай домой. Мы здесь проторчим до вечера. Завтра утром позвони нам, узнаешь результаты полной инвентаризации.
— Хорошо, сэр. — Помолчал. — А как насчет Крейга и Мэрфи?
— Я сам позвоню им сегодня вечером. Доложу о находке. Надеюсь, они будут будут довольны, ведь дело закрывается, скандала не будет. — Томпсон посмотрел на меня. — Экспертиза новой жертвы еще идет. Но даже если подтвердится что она умерла после смерти Дженкинса, это не важно. Семь убийств доказаны. Ты застрелил серийника. Твоя стрельба полностью оправдана.
Кивнул. С души свалился тяжкий груз.
— Спасибо, сэр.
— Иди, отдыхай. Выглядишь как старик. Когда последний раз нормально спал?
— Позавчера.
— Вот и иди спать. Завтра поговорим.
Пожал руку Томпсону, пошел к машине. Сел за руль, завел двигатель. Поехал домой.
По дороге включил радио, поймал станцию WWDC, играла песня «Alone Again (Naturally)» Гилберта О’Салливана. Грустная мелодия, но сейчас даже она звучала хорошо.
Дженкинс виновен. Это доказано.
Вскоре я припарковался у дома. Посмотрел на часы, уже шестнадцать десять.
Поднялся по лестнице, открыл дверь ключом.
В квартире пахло чем-то домашним, жареным луком и томатным соусом. На кухне что-то шипело на сковороде.
— Итан? — услышал я голос Дженнифер.
— Да, это я.
Она вышла, вытирая руки кухонным полотенцем. В домашней одежде, в джинсах и голубой футболке, волосы собраны в хвостик. Лицо встревоженное, глаза красные, наверное, плакала.
— Боже, я так волновалась. — Подошла быстро и обняла меня. — Весь день думала о тебе. Где ты был? Звонила в офис, сказали ты не появлялся.
Обнял ее, прижал к себе.
— Был занят. Извини что не предупредил.
Она отстранилась и посмотрела мне в глаза.
— Что случилось? Ты выглядишь… по-другому. Спокойнее. Радостнее.
— Произошел резкий поворот.
— Какой поворот?
Прошел в гостиную, сел на диван. Дженнифер села рядом и взяла мою руку.
— Рассказывай.
— Сейчас я не могу рассказать тебе подробности. Завтра все станет официально. Но… — Посмотрел на нее. — Ситуация изменилась. К лучшему.
Глаза Дженнифер расширились.
— Это значит… они нашли что-то? Дженкинс и в самом деле виновен?
— Не могу пока говорить. Завтра утром встреча с инспекторами. Если все пойдет хорошо, с меня снимут обвинения и вернут к работе.
Дженнифер закрыла рот рукой, глаза наполнились слезами.
— Боже. Правда? Это правда?
— Почти уверен. Девяносто пять процентов.
Она бросилась обнимать меня, крепко и от души, сама при этом дрожала.
— Я так боялась, Итан. Так боялась что все рухнет. Свадьба, будущее, все… Два дня не спала нормально, на работе не могла сосредоточиться.
Я погладил ее по волосам.
— Все будет хорошо. Завтра узнаем точно.
Она отстранилась и вытерла слезы пальцами.
— Что они нашли? Можешь хоть намекнуть?
— Место. Важное место. Там были… вещи. Нужные вещи.
— Доказательства против Дженкинса?
— Да.
Дженнифер глубоко выдохнула.
— Слава богу. Слава богу.
Встала и прошлась по комнате.
— Значит завтра все закончится? Тебя оправдают?
— Если инспекторы примут доказательства, то да. Меня оправдают, вернут служебное удостоверение, значок и оружие.
Она подошла, села рядом снова, взяла обе мои руки.
— Хорошо. Верю тебе. — Сжала мои руки. — В какое время ты поедешь завтра на встречу с ними?
— Девять утра. Официальная встреча, там будут только агенты. Ты будешь на работе, у тебя вторая смена?
— Да, с семи до трех. — Она помолчала. — Позвонишь как только узнаешь результат?
— Позвоню. Обещаю.
Дженнифер снова обняла меня, прижалась лицом к груди.
— Я так рада, Итан. Так рада что кошмар заканчивается.
— Еще не закончился. Завтра закончится.
— Знаю. Но уже близко. Чувствую.
