— Мне надо подышать. Очень душно.

Дэвид кивнул.

— Я присоединюсь через минуту.

Выйдя на балкон, нависавший над ровным зелёным газоном всего в метре, Ирма вдохнула холодный воздух. Шампанское и спертый воздух помещения сыграли с ней злую шутку. Она это понимала. Осталось только успокоиться. Вцепившись в мраморные перила, девушка почувствовала, как её повело.

«Я и правда собиралась выведать что-то полезное у этой зазнавшейся орды ядовитых змей? К чёрту, наберу Дэвида, попрошу отвести в кабинет, если ничего не смогу узнать, откажусь. И верну деньги за платье. Обязательно верну».

Ирма чувствовала себя, как рыба, выброшенная на берег, вроде ещё жива, но дышать совершенно невозможно. Тихая приятная музыка, доносившаяся из банкетного зала, начала набатом отдаваться в ушах, пульсируя в висках, током проходила через тело. Участившееся дыхание, головокружение. Корсет показался необычайно узким, сминающим рёбра, заставляя те впиваться во внутренности, выворачивая наизнанку. Положив руку на грудь, Ирма попыталась вдохнуть, но воздух отказывался проходить.

Мысли метались, пытаясь понять, что происходит. Боль внутри буквально разрывала, Ирма почти чувствовала, как в районе солнечного сплетения начинают трещать ткани и кожа.

Вдруг она почувствовала, как её крепко взяли за локоть и настойчиво повели. Тихий женский голос приговаривал:

— Давай. Пошли. Вот так. Молодец, девочка. Не останавливайся.

Надо сказать, эти нелепые подбадривания помогали ей двигаться. Она не понимала куда и зачем, но сопротивляться увлекающей её силе не могла. Услышав, как за ней закрылась дверь, она потеряла опору. Оставшись стоять одна в странном пульсирующем пространстве, Ирма не выдержала и упала на колени. Спину перетянул тонкий хлыст, впрочем, тут же ослабший. По полу с глухим стуком покатились жемчужины. Сильная рука легла на шею сзади, вынуждая запрокинуть голову.

На языке растекалась вязкая, невыносимо горькая жидкость.

— Пей. Ещё чуть — чуть, и станет легче, обещаю.

Зрение медленно начало проясняться, комната больше не пульсировала, музыка постепенно переходила в ненавязчивый фон, а проклятый воздух наконец пробился в лёгкие. Громкий хриплый вдох, ещё и ещё. Как утопленник, вспомнивший, что значит дышать. Кто-то гладил её по волосам, успокаивая. Опустив голову, она прислонилась лбом к прохладному полу, медленно вдыхая и выдыхая.

Уловив движение рядом, она попыталась подняться.

— Не торопись. Дай себе время отдышаться.

Этот голос.

— Мисс Навил? — хриплые звуки, слетавшие с губ, едва ли можно было назвать речью.

— Да. Дыши.

Ирма прикрыла глаза и послушно задышала. Постепенно к ней возвращалось её молодое живое тело, а вот сознание, начиная понимать, что, кажется, только что чуть не погибло, грозилось скатиться в истерику. Когда девушка почувствовала, что может двигаться, она выпрямила руки, поднимаясь. Колени саднили, но это была обычная боль от ушиба. Заживут. Но что, черт возьми, с ней произошло?

— Что это было?

Анхелика оперлась бедром о стол и сложила руки на груди. Её строгое лицо на сей раз было маской, и Ирма это понимала. На самом деле, женщина мучительно пыталась подобрать слова, чтобы объяснить происходящее. Тяжело вздохнув, она на долю секунды позволила эмоциям отразиться на лице. Глубокие морщины подчеркнуто выделялись на белоснежной коже, словно скомканная бумага, которую попытались наскоро разгладить. Впрочем, это длилось всего мгновение, а может, и вовсе показалось помутненному разуму. Быстро взяв себя в руки, она сухо произнесла:

— Тебя пытались отравить.

— Что, простите?

От удивления Ирма забылась и попыталась встать, но ноги предательски подкосились, и она снова рухнула, сильно приложившись бедром о твёрдый пол.

— Не спеши. Противоядие ещё не до конца сделало свою работу.

Ирма потянулась к лицу. Тонкие полоски жидкости застыли на подбородке. Стерев их, она посмотрела на свои пальцы и принюхалась. Стойкий запах трав не оставил сомнений: это не лекарство в классическом понимании слова.

— Странный запах.

— Семейный рецепт.

— И часто у вас в семье кого-то травили, если понадобилось семейное противоядие? — Ирма больше не играла в покладистость. К чёрту всё это. Её хотели убить. Не выдуманную девушку Дэвида, а настоящую её.

На лице Мисс Навил отразилось удивление. Она не ожидала подобной реакции, но следом улыбнулась уголком губ:

— И это вместо благодарности? Кусаешь руку, спасающую тебя.

— Я не умирала до того момента, как не переступила порог этого дома.

— Ты начала умирать в тот момент, когда согласилась быть рядом с Дэвидом. Просто не понимала этого. Сейчас ты знаешь, мой тебе совет — беги.

«Ну ничего себе заявление. Что они все заладили: беги, да беги. И хоть бы кто-нибудь сказал: куда». Злость — частое следствие испуга, когда опасность миновала, а виновник не найден, очень просто сорваться на первого встречного. Но высказать всё, что думает об этом доме, его гостях и хозяйке, Ирме помешала распахнувшаяся дверь.

— Ты не видела… — Дэвид запнулся, осматривая представшую его взгляду картину, и тихо, по инерции, договорил: — Ирму.

На мгновение прикрыв глаза, мужчина надавил пальцами на веки и, сдерживая гнев, напряженно произнёс:

— Мы же договорились.

Женщина медленно обошла стол и села в глубокое кожаное кресло. Глядя на сына снизу вверх, высокомерно бросила:

— Я спасла ей жизнь.

— От себя?

Она всплеснула руками:

— За кого ты меня принимаешь? Убивать кого-то на собственном приёме — моветон.

— Аргумент.

Дэвид подошёл к Ирме и протянул руку. Игнорируя этот жест, движимая чистой яростью, она оттолкнулась от пола и наконец встала. Не так изящно, как планировала, но ей простительно, она только что чуть не умерла. Мужчина отступил назад, чтобы не мешать. Из-за стола донеслось саркастичное:

— А ты умеешь выбирать девушек.

— Каких к чертям собачьим девушек? Если вы и правда считаете, что оказаться в вашем доме под руку с вашим сыном — мечта всей жизни любой уважающей себя девушки, спешу вас заверить — нет. Я частный детектив, он нанял меня, чтобы найти пропавшее яйцо. Всё, что я хотела, — это осмотреть место преступления. Ни вы, ни ваш особняк, ни ваш сын меня не интересуют, — переведя дыхание, она добавила чуть спокойнее: — Ну, кроме вопросов оплаты моих услуг. Тут он меня очень даже интересует.

Во время её пламенной речи Мисс Навил выглядела сначала удивлённой, а затем злой.

— Какого чёрта, Дэвид? Я же сказала — не лезь в это.

— Я не лезу, как ты и просила. Вот сыщика нанял.

Ирма хоть и плохо соображала, но начала догадываться, что мужчина не воспринимал её всерьёз. Она была громоотводом для гнева матери. И либо Анхелика согласится на её кандидатуру, либо позволит Дэвиду самому вести расследование, — оба варианта его устраивали.

— Ты подписал ей смертный приговор.

— Не драматизируй, — он закатил глаза. — Это мраморное яйцо, дорогое, да. Но за такое не убивают.

Анхелика зло засмеялась. Дэвид выглядел рассерженным, но сдерживался.

— Готов рискнуть жизнью невинной девушки, чтобы проверить мои слова?

Он нервно мотнул головой, пытаясь привести мысли в порядок. Мисс Навил продолжала давить:

— Её отравили! Всё ещё думаешь, что это обычное похищение?

— Думаю, что отравление никак не связано с нашим делом.

Женщина подскочила и, уперевшись руками в стол, пристально посмотрела на сына. Они оба были упрямы и совершенно убеждены в своей правоте. Их безмолвное противостояние заставляло воздух дрожать. Ирма не выдержала первой:

— Раз уж я здесь, могу я увидеть, где стоял камень?

Мисс Навил усмехнулась и указала ладонью на край стола, на изящную пустую подставку. Подойдя и протянув руку, Ирма аккуратно её погладила.

«Золото. Отлично».

Металлы не говорят с Кристальными ведьмами. Они охотнее поболтали бы с Земляными, но таких специалистов Ирма не знала. Возможно, среди многочисленной семьи Вивьен найдётся умелец. Стоит попробовать.