— Думаю, этого хватит. Выберите стол, стул и компьютер на свой вкус. Это не слишком наглая просьба с моей стороны?

— А зачем ещё нужны помощники?

Ирма благодарно улыбнулась.

— Как думаете, кофемашина будет уместна или слишком банально?

— Не знаю, как на счёт банальности, но я без кофе работать отказываюсь! — твёрдо сказала Оливия и, взяв деньги, удалилась, а Ирма осталась разбираться с клиентками.

На следующий день за вереницей новых заказов, Ирма не заметила, как гостиная обрела тот самый вид, о котором мечтала девушка, когда впервые увидела объявление об аренде. Те самые кресла, которым она обещала, что обязательно за ними вернётся стояли рядом с журнальным столиком из литого синего стекла. Камин отбрасывал языки пламени на его матовые бока, создавая иллюзию сказочности происходящего.

Оливия целый день заносила в базу список их клиентов и параметры заказов, но, увидев, что Ирма вышла из кабинета, присоединилась к ней, заняв второе кресло. Запах кофе всё ещё витал в комнате.

— Ирма, вы построили что-то совершенно невероятное. Я как в книге.

— Оливия, давай на «ты».

Дни сливались в недели, недели в месяцы. Чреда одинаковых расследований, связанных с чужими изменами, выматывала, но приносила свои плоды. К Ирме начали обращаться заказчики с интересными делами: один ложно обвинённый в убийстве и два дела о промышленном шпионаже. Она всерьёз задумалась о расширении штата.

Работа занимала почти всё её время, и если офис помогла обжить помощница, то на втором этаже дела обстояли значительно хуже. К кровати добавились пара туристических стульев, перебравшихся с первого этажа, и одно настоящее кресло, подаренное ей Вивьен, потому что «ну невозможно же на полу сидеть, приходя к тебе в гости»!

Оливия оказалась самым ценным приобретением. Она достаточно быстро научилась доставать распечатки с банковских карт благодаря своим знакомствам и личному обаянию. А как мастерски она находила среди тысяч транзакций именно те, что были нужны!

Зима постепенно перетекла в весну. Ажиотаж перепуганных жён сошёл на нет, да и об Оливии и мяснике из пригорода газеты вспоминали всё реже, но возвращаться в свой дом она не хотела. Небольшая квартира в центре старого города, подержанный автомобиль и лишь безупречный внешний вид, подчёркнутый дорогими тканями, остался неизменным.

Сидя у камина в середине апреля, Ирма пригубила вино и, глядя в потолок, беззастенчиво улыбнулась:

— Получилось! У меня всё получилось!

Взгляд, пожирающий пламя, руки опущены в карманы, лицо, казавшееся расслабленным. Игнорируя кресла, мужчина стоял в шаге от камина, оперевшись плечом о кладку. Отблески пламени ложились на тёмную ткань классического костюма. В полумраке приёмной его можно было принять за демона, в разлуке с адом жадно ищущего огня. Несмотря на расслабленность позы, в нём угадывалось напряжение.

Что в офисе её кто-то ожидает, Ирма поняла по припаркованной машине. Отливая чёрными боками, её место нагло занял чей-то седан стоимостью с космический корабль. Присвистнув, девушка затормозила чуть в стороне. Контраст автомобилей мог повергнуть в шок любого стороннего наблюдателя.

Отбросив солнцезащитный козырёк, Ирма придирчиво осмотрела себя в маленьком зеркале. Таких клиентов надо бы встречать в лучшем виде. Наскоро собрав высокий пышный пучок и нацепив очки для солидности, она нервно разгладила идеально гладкий ворот черной водолазки. Апрельский ветер накинулся на покинувшую машину девушку, несколько прядей выпали из хлипкой укладки, норовя залезть под очки.

Сражаясь с погодой, причёской и волнением, Ирма распахнула дверь, а тут такая сцена. Она почувствовала себя столь же неуместной, как и её старенький жук рядом с роскошным седаном. Вообще-то, для неё это было совершенно не свойственно. Богатство её родителей было не напоказ, но придавало ей уверенности при общении с обеспеченными людьми. Здесь было что-то другое: не разница в доходах, а столкновение двух разных миров. Будто на одной полке столкнулись уютный вязаный плед и роскошный атлас — возможно, конечно, но до чего же нелепо.

Повернувшись на звук, мужчина, опережая Оливию, заговорил низким тихим голосом:

— Добрый вечер. Видимо, вас-то мы и ждём. Ирма?

Замерев всего на секунду — немыслимый подвиг, девушка кивнула.

— Добрый вечер. А вы?

Протянув последнюю букву, она дала возможность посетителю представиться:

— Дэвид Кавилл.

Ирма робела и никак не могла взять себя в руки. Не понимая ни реакции организма, ни своего поведения, она не придумала ничего лучше, чем начать злиться. В конце концов, злость, в отличие от робости, не мешает действовать, хоть и не слишком разумно.

— Прошу в кабинет.

Проходя мимо помощницы, она с удивлением отметила, что компанию ей составляет Вивиан. Обе девушки не стесняясь разглядывали их пару. Оливия была явно заинтригована новым делом, которое мог принести этот мужчина, а вот выражение лица Вив Ирма разгадать не смогла: не то злое, не то недоумённое. Пообещав себе разобраться с этим сразу по уходу клиента, Ирма зашла в кабинет. Мужчина плотно закрыл дверь и прошёл к столу. Опустившись в кресло, он заинтересованно посмотрел на картину над головой Ирмы.

— Интересный выбор, — переведя взгляд на Ирму, улыбнулся уголком губ, — и названия агентства, и картины.

— Спасибо, — невозмутимо ответила девушка, давно смирившаяся с «Лежачим камнем». — Так что у вас случилось?

— Не у меня. У моей матери украли семейную реликвию.

— Вы обращались в полицию?

— Нет.

Ирма слегка склонила голову, ожидая продолжения, которого не последовало. Пришлось спрашивать самой:

— Почему?

— Не вижу смысла. Вещь недорогая, никто её искать не будет. Максимум слуг опросят, а это я и без них сделал.

В его интонациях не было бахвальства, сплошная констатация. Но Ирму начинала раздражать его самоуверенность.

— Они профессионалы.

— Несомненно. Однако с людьми я общаться умею. Прислуга его не крала, не выбрасывала и не прятала.

Он сказал это без угрозы, но у Ирмы по спине пробежал холодок. В её голове почему-то живо нарисовались сцены средневековых пыток, но она попыталась сохранить на лице доброжелательность:

— Что это за вещь?

— Яйцо.

Ирма приподняла бровь:

— Простите?

— Мраморное яйцо. Это подарок моего отца. Его уже нет с нами.

— А подробнее. Размер, цвет.

— Чёрный мрамор, в диаметре около десяти сантиметров.

Ирма откинулась в кресле. От былой злости не осталось следа, а вот любопытства хоть отбавляй.

— Но постойте. Яйцо такого размера из черного мрамора — не совсем дешёвая безделушка, а точнее сказать, очень даже дорогая. Конечно, всё зависит от узора и чистоты породы, но всё же. Почему вы решили, что полиция не станет этим заниматься?

Мужчина улыбнулся:

— Потому что, в отличие от вас, полиция совершенно не разбирается в стоимости мрамора. Для них это материал для пола в общественных зданиях, — он приподнял бровь, иронично добавив, — в лучшем случае. А значит не стоит ничего.

— С чего вы взяли, что я разбираюсь?

— Вы же сами сказали. Вернее, доказали. Только что.

Вернув лицу серьёзность, он добавил:

— Но я хочу, чтобы вы уяснили одну вещь. В первую очередь — это подарок отца. Поэтому для меня очень важно её найти.

Нечего и говорить, что для Ирмы это было дело мечты, но радоваться она отчего-то не спешила. Слишком уж хорошо всё складывалось.

— Откуда вы о нас узнали?

— Порекомендовали.

Дэвид поставил локоть на подлокотник и, уперевшись указательным пальцем в скулу, опустил подбородок на большой палец, слегка наклонив голову. Ирма подумала, что если и есть в этом мире олицетворение лукавства, то выглядит оно именно так. Самое сложное было оставаться серьёзной и сосредоточенной и не смотреть на пальцы, прикрывающие уголок губ, потому что невозможно же, почему они так гипнотизируют — губы, не пальцы. Немного припухлые, с чётким изгибом. А зеленые глаза, со смехом смотрящие из-под длинных до неприличия ресниц, почти лишали способности нормально рассуждать.