Он вернул телефон и, кивнув, растворился среди людей. Ирма незаметно для себя допила бокал и осмотрелась. Залитый светом зал казался огромным. Многочисленные зеркала в тяжелых рамах украшали стены, зрительно делая пространство необъятным. Тем не менее, количество гостей едва ли превышало шестьдесят человек. Большая часть — женщины, ровесницы Мисс Навил. Сопровождавшие их мужчины смотрелись скорее как некий аксессуар, настолько необязательный, что большинство ими пренебрегли.

Расставленные в странной симметрии столы, у которых собирались гости, были уставлены закусками на любой вкус. Подхватив пальцами небольшую тарталетку то ли с рыбой, то ли с причудливо замаринованным мясом, Ирма отправила её в рот и, прикрыв глаза, потратила все свои душевные силы, чтобы не застонать от гастрономического экстаза.

— У Анхелики всегда изумительная еда.

Тихий голос раздался слева, вынудив девушку открыть глаза и повернуться. Пожилая женщина в бархатной накидке приветливо улыбалась.

— Добрый вечер. Ирма, — юная ведьма чуть склонила голову в знак уважения. — Поверю вам без колебаний. Понятия не имею, что я съела, но это было самое вкусное, что я пробовала в жизни.

— Миссис Пэддиссон. Можешь звать меня Мартой. Я настолько стара, что все эти условные вежливости приелись ещё пару десятков лет назад.

Марта протянула руку, украшенную массивными перстнями на каждом пальце, и указала на странной формы пирожное.

— Попробуйте это. Сырный крем с малиной. Если бы я была менее воспитана, брала бы с собой контейнер, чтобы унести их. Угостила бы своего повара в качестве объяснения, почему он в этом месяце останется без премии. Кажется, он все рецепты уже перепробовал, пытаясь его повторить. А Анхелика никак не хочет раскрывать секрет их приготовления. Ей-богу, как семейное заклятье вечной жизни выпрашиваю.

Марта тихонько хохотнула своей шутке и проследила, чтобы Ирма выполнила её поручение.

— Как вкусно! Вы правы. Заклятье вечной жизни — не такое ценное сокровище, как рецепт этого пирожного.

Женщина одобрительно кивнула, останавливая официанта. Звякнув браслетами, она взяла бокал виски с подноса и указала рукой, приглашая Ирму последовать её примеру.

— Простите, я сегодня хочу шампанского.

— Молодость, — Марта произнесла это словно с упрёком. — Значит, ты новая девушка нашего красавчика?

— Если «наш красавчик» — это Дэвид, то… — Ирма задумалась. Она знала, что будет плюс один, но степень их близости они не оговаривали.

— Можешь не объяснять. Типичная история.

Доброжелательность Марты в совокупности с тонкими иголками, выдавали в ней завсегдатая светских раутов. Неискушённая в подобных беседах Ирма вновь почувствовала себя неловко.

— Не принимай на свой счёт, девочка. Я просто рада, что ты осознаешь всю хлипкость своего положения, это редкость.

На прощание она похлопала Ирму по плечу и отошла к другой компании. На душе стало как-то гадко от всего этого, девушка явственно почувствовала себя чужеродным объектом — фундуком в этом сливочно-малиновом креме, вроде съедобно, а вроде, что он тут, чёрт возьми, забыл?

— Какое прекрасное платье!

— Спасибо.

К счастью, Ирма ответила прежде, чем успела обернуться, потому что дар речи её покинул. На голове подошедшей дамы красовалась огромная шляпа, на которой разместился целый скворечник. Вернее сказать, гнездо: плотно увитое искусственными ветвями и стеблями с мелкими листочками, творение безумного шляпника было хаотично усыпано маленькими фигурками огненно-жёлтых канареек. Не дожидаясь приветствия, она представилась сама, видимо, это тоже было данью эксцентричности:

— Саманта Оливер.

— И-Ирма, — девушка с усилием перевела взгляд на лицо Саманты. Она была моложе большинства присутствующих, но эта шляпа старила её больше седых прядей или паутинок морщин.

Остановив официанта, Саманта взяла два бокала шампанского.

— Видела, вы это пьёте.

— Спасибо. Да. — Принимая бокал, девушка натянуто улыбалась, пытаясь придумать, как узнать у женщины хоть что-нибудь нужное для дела. Первая попытка провалилась, но не сдаваться же, не начав. Тем более, Дэвид пока не собирался возвращаться в общий зал. — Вы давно знакомы с Мисс Навил?

— О! Кажется, что целую тысячу лет, но если посчитать, то всего лет сто, — она кокетливо засмеялась. Такие ужимки больше подошли бы молодой девушке, не отягощённой воспитанием. В Миссис Оливер причудливым образом сочетались невероятный талант себя старить и молодиться самым пошлым из возможных образом.

— Вы на себя наговариваете.

— Какое милое дитя!

— Вы познакомились на каком-то приёме? — «Слишком в лоб», — Ирма попыталась исправиться: — Не подумайте, мне просто интересно, как люди обзаводятся такими верными друзьями. Сто лет — серьёзный срок.

Саманта продолжила так же пошло хихикать.

— Ну что вы⁈ Нас познакомил её бывший муж. Отец Дэвида.

— О! — Ирма не знала, что сказать. Она, к своему стыду, не удосужилась узнать, когда он умер, поэтому понятия не имела, насколько этично расспрашивать о нём. Может, рана слишком свежа.

— Да. Такой замечательный был человек. Строгий, принципиальный, но при этом душа компании. Дэвид больше похож на мать. Вспыльчивый, неукротимый в своём гневе.

Ирма приподняла бровь. Вот уж какой характеристики она не ожидала.

— Мне казалось, он хорошо умеет справляться со своими эмоциями.

Миссис Оливер заговорщицки посмотрела на Ирму и, чуть склонившись, горячо и громко прошептала:

— Значит, эмоции не настоящие, если справляется. Мой тебе совет, девочка, если увидишь, что эти двое, Дэвид и Анхелика, затеяли спор — беги. Беги как можно дальше и желательно в бункер.

Саманта отстранилась и приподняла бокал, призывая выпить. Сделав вид, что послушалась, Ирма намочила губы напитком и с искренней заинтересованностью спросила:

— И часто они ссорятся?

— По мелочи постоянно, но чтобы что-то серьёзное, — она задумалась, — пожалуй, последний раз пару месяцев назад, когда Дэвид оставил дочку Одри. Ох, как она пылала! Она-то планировала соединить два рода, — женщина резко остановилась, сообразив, что сболтнула лишнего.

— А разве Дэвид из знатного рода?

— В определённых кругах, — она рассмеялась. Но в этот раз наигранно весело и настолько бездарно, что поверить ей мог разве что пьяный шут, приговорённый к повешению. — Ой, ну что ты слушаешь! Старая женщина сочиняет, романов перечитала. А ты читать любишь? В наше время так сложно найти умную девушку.

Она так быстро говорила, что Ирма едва успела расслышать вопрос, но кивнула почти в нужном месте. Остальная болтовня дамы с гнездом на голове не стоила того, чтобы её слушать, но воспитание не позволило Ирме уйти. Спасение пришло откуда не ждали: мужчина лет тридцати беспардонно влез в разговор.

— Миссис Оливер, опять вы распугиваете своими беседами молодых неопытных светских дам? Я же вижу, она уже хочет сбежать через окно.

Сопровождая своё хамство ослепительной улыбкой, высокий блондин, словно сошедший с обложки журнала, учтиво поклонился.

«Их тут что, всех по кастингу выбирают? Куда делись обычные невзрачные личности?»

— Я ведь прав? — мужчина с наигранным сочувствием посмотрел на Ирму.

— Ох, Тома! — Саманта снова пошленько хихикнула, — Вечно ты пытаешься задеть старую больную женщину. Но я не позволю меня оскорблять.

— Что вы! Я лишь отдал дань вашему таланту найти общий язык с любым собеседником, сколь бы неопытен и бесперспективен он ни был, — Тома вновь склонил голову, почти незаметно, почти шутовски. Его тон не был издевательским, скорее подхалимским, но Ирма прекрасно видела, что для него это всё не более чем сценка в любительском театре.

Несмотря на то что его сарказм был адресован не ей, Ирма почувствовала себя крайне неуютно. Она не знала, как себя вести: заступиться за Миссис Оливер или посмеяться над шуткой.

— Вы слишком напряжены, что странно для женщины с бокалом шампанского. Пейте, и всё пройдёт, — тоном семейного доктора сказал блондин.