— Ладно, — неохотно сдался Динозавр. Что-то в словах Усатика показалось ему фальшивым и не очень честным, но, собственно, его союзники не хотят ничего плохого. — Так уж и быть. Кто из вас пойдет купаться?

— Проше сказать, кто не пойдет, — ответил Усатик. — Останется Нефила и её стрекозы, ну и вы. Остальным нужно вниз. Вон, у Гривастого в гриве полно листьев и веточек. Запутались на позапрошлом выступлении, и застряли, он их вытащить так и не сумел. А у меня спина вместо серой сейчас почти чёрная. Этак могу и за самку принять, позор-то какой. В общем, мы пошли.

— И пиявы? — удивился Динозавр.

— Конечно. Им это тоже необходимо. Они вообще из грязи не вылезали уже очень долго, трудились вам во благо, и сейчас жаждут омовения. Давайте не будем терять время? — попросил Усатик. — Вас ждёт роскошный обед в кустах, а нас — омовение в прохладной чистой воде. Всем буде хорошо, вот увидите.

Динозавру пришлось подождать, пока все спустятся, и лишь затем он отправился в сторону кустов, трапезничать. «Что-то пияв было ну очень много, — думал он. — Расплодились, поди, на свежей грязи. И жирные какие, видимо, грязь пошла им на пользу. Ну, ничего, это даже хорошо. Голоса у них стали громче, и говорят они куда слаженнее и чётче, чем в самом начале. Пирамида возможностей влияет, по всей видимости. Кстати, Гривастый с Усатиком тоже вроде бы слегка подросли. Раньше лягушки были им по плечи, а теперь едва ли по пояс. Какая полезная и вкусная у нас на болоте грязь! Странно, что лягушки почти не выросли, но это, видимо, особенность их лягушечьего строения. Может, так и надо».

Динозавр стоял возле кустов, меланхолично жуя, и бездумно глядя на быструю воду маленькой речки. Через какое-то время он заметил, что по воде в его сторону движутся какие-то красные и розовые полосы. Приглядевшись, он понял, что полосы эти берут начало там, где купаются пиявы.

— Эй, чего это такое? — спросил он с подозрением. — Чего это плывёт от вас сюда по воде?

— Чего плывёт? — удивились пиявы. — Мы ничего не видим.

— Красное чего-то. Или розовое, — сказал Динозавр. — Вы там чем занимаетесь? Откуда это взялось?

— На дне они чего-то взбаламутили, — тут же встрял в разговор Усатик. — Это со дна поднимается, Великий Динозавр. Я отсюда вижу. Эй, пиявы, не мутите воду! — приказал он. — Уберите это красное немедленно!

— Что там может быть на дне такое красное? — спросил Динозавр.

— Водоросли, наверное. Или это ил, — беспечно ответил Усатик. — Во, смотрите, Великий Динозавр. Уже ничего нет, видите? Никакого красного. Говорю же, это они ил со дна подняли, а он оказался такого цвета.

— А, ну ладно, — кивнул Динозавр. — Кстати, Усатик, ты оказался прав. Очень вкусные кусты. Я, пожалуй, отойду немного дальше, чтобы насладиться ими в полной мере. А вы купайтесь дальше. Только воду не мутите. Мне почему-то не нравится, когда появляются эти розовые и красные полосы, — признался он. — Как-то они неприятно выглядят, что ли. Не пойму. В общем, не надо, чтобы это было.

— Хорошо, хорошо, — подобострастно закивал Усатик. — Если вы хотите, чтобы этого не было видно, этого и не будет видно. Как пожелаете. Всё сделаю.

— Вот и славно, — одобрительно кивнул Динозавр.

— Бао, твоя главная задача — это быть просто кошкой, — строго сказал Скрипач. — Дай им понять, что мальчик тебе очень нравится. И постарайся не реагировать на то, что мы будем говорить. Ага?

— Ага, — вздохнула Бао. — Рыжий, это всё напоминает какую-то идиотскую игру, тебе так не кажется?

— Кажется, — согласился Скрипач. — Театр абсурда, и беспредел цинизма. Но… прости, иного выхода у нас нет.

— Почему вы не хотите сказать нам с Элин, что вы задумали? — спросила Бао сердито.

— А почему ты не спросила о том, что мы задумали, у Авис? — спросил в ответ Скрипач.

— Мы спросили, но она отказалась говорить, — сердито ответила Бао. — Сказала, что если мы будем знать, мы не сможем естественно себя вести. Правда, непонятно, при чём тут Элин, она ведь будет на корабле, а вот я…

— Всё, хватит, — попросил Скрипач. — Атлант, ты заигралась в кошку. Но переиграла. Вернись в состояние «кошка домашняя обыкновенная», и веди себя соответственно. Ты хочешь спасти мальчишку?

— Очень, — честно ответила Бао.

— Тогда делай то, что я тебе сказал. Это не так уж и сложно, правда?

— Правда, — вздохнула Бао, сдаваясь уже окончательно. — Только, пожалуйста, не рискуйте собой. Они очень опасны.

— Мы знаем, — уже серьезно ответил Скрипач.

— Если что, я, как атлант, могу…

— Не надо, — покачал головой Скрипач. — Никаких действий, ясно? Ты кошка. Всё. Точка. Ты просто кошка. И не более того.

Это был последний условный день их пребывания на Сфере Тэус. Все контракты были заключены, все необходимые формальности соблюдены, все встречи, все переговоры остались позади, и через несколько часов им предстояло покинуть Сферу. И слава мирозданию, потому что оставаться тут после всего, что им удалось узнать, не хотелось совершенно. «Как же здесь отвратительно, — думал Ит. — Стерильно, прозрачно, правильно — с точки зрения Стрел, конечно. А ещё есть тысячи тысяч взглядов, которые постоянно направлены на тебя, и от которых можно спастись только на борту Авис. Теперь, увидев это всё своими глазами, я не удивляюсь больше тому, что другие посольства и переговорщики находятся тут не более двух суток. Они очень быстро решают свои дела, и уходят. Это тяжело, это невыносимо тяжело — находиться постоянно, непрерывно под стопроцентным контролем, когда отслеживается каждый твой шаг, каждый взгляд, каждая мысль. Да, этому можно противостоять, но противостояние изматывает. Даже нас оно изматывает, ни смотря на все ухищрения, что наши, что Авис. Однако придется доиграть эту игру до конца. И не только из-за того, что об этом попросила Бао. Нам с рыжим тоже жалко этого мальчишку, и, если бы была жива незабвенная Эдри, куратор Орина, она бы сказала, что мы снова подбираем бездомных кошек. Смешно. На этот раз не человек подобрал кошку, наоборот, кошка хочет подобрать человека».

— Файри, будь любезен, вызови, пожалуйста, Га-мий и Га-шейра, — попросил он.

— Почему бы тебе не сделать это самому? — спросил в ответ Скрипач.

— Мне нужно закончить внутреннее бдение, — ответил Ит. — Я не могу прерывать его разговором с неродственными созданиями. Вызови, окажи любезность.

— Как скажешь, брат, — кивнул Скрипач.

Этот короткий диалог был сигналом: полная готовность, мы в подходящем месте. Место они выбрали заранее, здесь, как они успели узнать, было временное снижение мощности потока отслеживания. Совсем небольшое, но для их задачи подойдет. Авис нашла тут уязвимость, и, если потребуется, сумеет ею воспользоваться так, чтобы никто ничего не понял. Но именно что если потребуется. Крайне желательно обойтись без помощи Авис. Лучше сделать всё законно, к общему удовлетворению сторон. Вот и попробуем.

Га-мий и Га-шейр прибыли к месту предполагаемой встречи в рекордно короткий срок — им на это потребовалось пять минут. Скрипач первым делом извинился за то, что отвлек их от дел, а затем сказал, что сегодня они отправляются в путь, и у них есть одна незначительная, крошечная просьба, которую благородная Га-мий и уважаемый Га-шейр могут сейчас выслушать. Дело пустяковое, но для них, послов Соградо, оно важное.

— И что же вы хотели? — спросил Га-мий, когда Скрипач закончил свою речь.

— Понимаете ли, дело в нашей кошке, — начал издалека Скрипач. — Она, как вы успели заметить, существо доброжелательное, развитое, и очень нам дорого. Мы много лет заботимся о ней, и следим за её душевным равновесием.

Больше всего он боялся, что Бао, которая сидела сейчас у Ита на плече, поднимет лапу, и покрутит пальцем у виска, как она это любила иногда делать, но нет, Бао сидела смирно, и ничем себя не проявляла. Кошка и кошка.