— Могут, — кивнул Скрипач. — Думаешь, они там этим занимаются?

— Не факт, — Ит поморщился. — Но какие-то взаимоотношения между двумя расами там есть. Не просто же так они этот заповедник устроили.

— Если на Планете Тлен, их ждёт нечто незабываемое, — хмыкнула Бао. — А он там будет. Не может не быть.

— Твоя самоуверенность порой просто поражает, — покачал головой Ит. — Почему ты в этом уверена?

— Я… ну, мне так кажется, — призналась Бао. — Думаю, он там есть, потому что это мир Даарти, и…

— От мира Даарти, боюсь, там немного осталось, — вдруг сказала Авис. — Не хотела вас огорчать, но кое-что мне узнать удалось. И вряд ли сведения, которые у меня появились, вас обрадуют. Правда, они касаются только мальчика. Но и этого достаточно.

— Что именно тебе удалось сделать? Откуда информация? — спросил Ит.

— Мне разрешен ограниченный доступ к системе, он был нужен для навигации, и для содержания корабля в ангаре, — объяснила Авис. — Это закрытый раздел, не имеющий выходов вообще никуда, разумеется. Автономная система. Но, — кажется Авис усмехнулась, — Эта система помогает мне слышать разумных, которые оказываются иногда рядом с другими системами.

— Вибрации? — спросил Ит.

— Тени вибраций. Мне удалось услышать мальчика, который сохранил шерстинку Бао. Он иногда говорит сам с собой. Его можно понять — совершенно бесполезная имитация работы, длинные смены, ему одиноко и грустно.

— И что же он говорил? — спросил Скрипач.

— Например, он говорил о том, что видит странные сны, — ответила Авис. — Сны, в которых он боится доброго друга Га-шейра, и вообще всех Га, а ведь он должен, он обязан любить Га, они его лучшие друзья. Говорил, что видел странные разговоры, в которых речь шла о южном полушарии Планеты, которое скоро потребует очередного Светлого Очищения.

— Видел? — спросила Бао.

— Именно видел, механисты общаются друг с другом не словами, — ответила Авис. — Он мог видеть фрагменты четырехмерного кода, например. Он работает с механистами, и может быть обучен их читать.

— Человек не может читать такие коды без техники, — заметил Скрипач.

— Обычный не может, но модификат с измененной памятью справится, — ответила Авис. — Он говорил о Бао, и о том, что он осознал слово «нежность», а до этого оно было для него просто звуком. Он спрятал шерстинку, и боится, что её найдут. Он…

— Авис, погоди, что он сказал про Очищение? — спросил Ит.

— Они делают что-то с Планетой. То с одним полушарием, то с другим. Периодичность понять невозможно, но там определенно что-то происходит, — ответила Авис. — Думаю, я сумею понять это позже.

— Хорошо, — Ит кивнул. — Что же касается мальчика…

— Только ничего не говори, — попросил Скрипач.

— Нет, это ты ничего не говори, — возразил Ит.

— А я собирался? — деланно удивился Скрипач.

— А разве нет? — приподнял брови Ит.

— Ты первый сказал «что же касается мальчика», — напомнил Скрипач.

— Да? — удивился Ит. — Вообще-то говорил, точно. И…

— И ничего не говори, — твердо сказал Скрипач.

— Спасите его, а? — попросила Бао. — Ну, пожалуйста. Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста…

— Бао, прекрати, — приказала Элин. — Не забывай о том, кто ты на самом деле. Или, может быть, ты сошла с ума? Что с тобой такое вообще?

— Каждая особь твоего вида — это, в некотором смысле, расходный материал, — тихо сказал Ит. — Да, Элин? Мы помним Тингл. Помним мост, с которого падали вниз его живые части, и тонули. Помним рыб-русалок, которых требовалось приносить в жертву. Помним, как окаок едва не убил нас, идущих через океан на «Либерти». В тебе проснулось то, что мы помним? Может быть, ты вернешь на место прежнюю Элин, которая знает, как быть человеком?

— Ит. Он клон, — с горечью сказала Элин. — И, скорее всего, не предназначен для долгой жизни. Ты ведь понимаешь, что такое измененные организмы? Может быть, когда-то это были дети, но в данный момент то, что мы видим, изменено механистами настолько сильно, что…

— Он. Взял. Мою. Шерстинку, — в голосе Бао зазвучало отчаяние. — Он гладил меня. Он спрятал шерстинку. Волосок. Он ребенок, Элин. Он просто добрый мальчик. И мы не можем…

— А другие дети? — спросила Элин. — Они хуже? Или они не гладили тебя?

— Замолчи, — Бао отвернулась. — Какая ты сегодня… жестокая…

— Остановитесь, все, — произнесла Авис. Голос её звучал немного необычно, не совсем так, как всегда — Ит, услышав его, на секунду опешил. Что не так? Он не понимал, что его смутило, но Авис не дала ему опомниться, и сделать какой бы то ни было вывод. — Я просмотрю варианты, и создам схему, чтобы забрать мальчика. Один вопрос: что вы планируете с ним сделать? Оставить на борту?

— Нет, конечно, — покачал головой Ит. — Отправить в Санкт-Рену, там ему сумеют дать достойную жизнь, и сумеют исправить то, что сделали с ним механисты. У него будет жизнь. Просто жизнь. В которой будет и мама, пусть приемная, и кошка, может быть, даже не одна, и много всего ещё. Не думаю, что Королева откажет нам в просьбе о спасении ребенка.

— Принимаю, — ответила Авис прежним голосом. — Простите, что вмешалась, но, кажется, могло дойти до драки.

— Элин, я расцарапаю тебе ноги, — Бао всё ещё злилась. — Как ты можешь говорить такие вещи?

— Это справедливость, — тихо сказала Элин. — Многие достойны жизни, Бао. И многие, её достойные, уходят из неё слишком рано. Ты спасешь одного ребенка. Хорошо. Но согреет ли твою душу мысль о том, что ты не сумела спасти остальных?

— Это уже было. Здесь. В этом пространстве, — Ит сел за стол, положил голову на руки. — Было. И это было страшно. Боюсь только, что самое страшное мы тогда не застали. После смерти братьев Фламма мы эвакуировались с планеты, а здесь, на Сфере, Стрелы добивали уцелевших. А потом они пришли на Планету. Пока я могу только предполагать, что там происходило, но, как мне кажется…

— Ит, а вот сейчас действительно не надо, — попросил Скрипач. — Остановись.

— Хорошо. Остановился, — Ит поднял голову. — Этика и мораль, да? И детский дом в Морозново. Эти компоненты и так были бесконечно далеки друг от друга, но, думаю, Стрелы сумели принести сюда свою мораль. И свою этику, которая несчастным местным из Морознова не могла даже присниться.

— У нас есть трое суток до вашего визита на Планету, — сказала Авис на следующее утро. После вчерашнего разговора все были грустными и подавленными, и говорить сейчас не хотелось никому, но Авис на это было, кажется, наплевать. — Я разработала первую часть плана по спасению Лю Гао.

— Да? — спросила Элин с интересом. — И что потребуется сделать?

— Ит и Скрипач сегодня пойдут на очередные переговоры, а вы отправитесь гулять. Ты и Бао, — ответила Авис.

— Я с ней не пойду, — насупилась Бао. — Я обиделась.

— Пойдешь, если хочешь сделать то, о чём говорила вчера, — отрезала Авис. — Маршрут и время подгадаю так, чтобы вы встретились с мальчиком и его наставником. Далее — всё будет зависеть от твоего поведения, Бао, и от поведения мальчика.

— Я что-то должна буду сделать? — удивилась Бао.

— Да. Ты должна будешь проявить к нему крайнюю заинтересованность и дружелюбие. Таких встреч я запланировала три, но провести, скорее всего, получится только две. На три я не рассчитываю. И… многое зависит от самого мальчика, как ты можешь догадаться.

— Кажется, я поняла, — кивнула Бао.

— Ох, Авис, идея, конечно, хорошая, но мне лично сомнительно, что из этого что-то получится, — заметил Ит.

— Ты, если я правильно помню, агент, — Авис усмехнулась. — Неужели не сумеешь взять под воздействие пару механистов?

— Дурдом, — Скрипач закрыл глаза ладонью. — Ладно, гулять, так гулять. Но учти, Бао, если ты снова устроишь то, что устроила вчера… к тебе, Элин, это тоже относится… в Санкт-Рене мы оставим не только мальчика. Для вас там тоже найдется уютное пристанище. Обещаю.