Валерона я поначалу со стола не убирал, но помощник спал беспокойно, дергался, то и дело норовя перевернуть чернильницу и поставить печать своей лапой. Переложил я его на стул для посетителей — умеренно мягкий и куда удобнее столешницы. Перемещения он не заметил, а я успокоился за сохранность моей корреспонденции. Нужно будет завести для Валерона специальную собачью оттоманку ради таких вот случаев. Чтобы спал с полным удобством.
В Святославск я отписался быстро, сообщил, что у нас всё хорошо, потихоньку налаживаем быт, чему эпидемия даже поспособствовала, еще я поблагодарил за информацию о событиях в столице и добавил, что если есть в чем нужда, то пусть они не стесняются, а пишут сразу. Это не княгиня Воронова, которая направляет все денежные потоки на погашение карточных долгов Антоши, там куда более необходимые траты на функционирование дома.
Отчиму же я составлял письмо куда дольше. Нужно было ему дать понять, что ситуация в княжестве не располагает к немедленному очищению его от зоны. Я долго думал, как это лучше сделать, потом написал, что не стоит рассматривать купленное мной поместье как основу для филиала планируемого завода, потому что местные дают всего два года на то, чтобы зона захватила и это место. И добавил, что все важные вопросы будем обсуждать лично, а не по телефону или письмам. Конечно, Юрий Владимирович озаботился собственными курьерами, но кто сказал, что постороннее лицо даже в этом случае не может сунуть нос.
Для ответа маменьке пришлось консультироваться с Наташей, не против ли она пребывания у нас свекрови.
— Разумеется, — удивленно ответила супруга. — Разве может быть иначе? Напиши, что мы посчитаем себя оскорбленными, если она и Юрий Владимирович, приезжая в Святославск, не будут останавливаться у нас. Более того, это запустит ненужные слухи.
— Мне кажется, Юрий Владимирович против визитов маменьки в столицу.
— Мне кажется, он сможет это отрегулировать без нас, — засмеялась Наташа. — Не надо ему облегчать жизнь. Надо облегчать нашу. И вот что я хочу сказать. Поскольку мои навыки видны, а свои ты можешь скрыть, предлагаю мои навыки не поднимать пока вообще, а твои поднять на возможный максимум. На весь запас кристаллов у нас. И не спорь. От этого зависит наше с тобой выживание.
Она даже рукой по столешнице хлопнула, напомнив, что характер у неё тоже есть и она всегда может его проявить.
— На меня останутся мусорные большие кристаллы и кристаллы с целительством, — предложила она.
И только сейчас я сообразил, что если нас с ней просканировали, то враги знают, что у нее есть предсказание. Или сканировали только меня, поскольку Рувинский специально отвлекал меня разговором, чтобы я ничего не почувствовал? Примерную силу моих людей они знали, поскольку те из старой гвардии Вороновых, а Наташу могли посчитать несерьезным противником. Попытался вспомнить, не ощущал ли чего такого во время осмотра или во время разговора, поскольку целительское сканирование и Дар бога — навыки разные и, скорее всего, смотрели разные люди. Пришлось поделиться своими опасениями с Наташей.
— То есть тебя могут убрать как самое незащищенное звено.
— Мой рост в навыках только подстегнет стремление меня убрать, если уже запланировали, — возразила она. — Да и не говорили Рувинскому об этом, иначе Валерон нам рассказал бы.
Валерон, услышав свое имя, нервно дернул ухом во сне, а я подумал, что он это мог пропустить запросто. У него весьма избирательно направляется внимание: преимущественно на то, что нужно ему. Разве что он считал Наташу важным фактором моего выживания, которое напрямую связано с ростом запаса энергии у самого помощника?
— Давай всё же не будем отбрасывать в сторону и эту вероятность, — предложил я.
— Я не чувствую, чтобы мне грозила опасность, — возразила она.
— Ты сама говорила, что твой навык может сбоить, когда речь идет о тебе.
— Не в случае, если мне грозит смерть. Петь, право слово, не вижу причин для спора. Если твои навыки вырастут, то безопасней будет нам обоим. А если заметят аномальный рост у меня, то заинтересуются, почему у тебя такого нет.
— Довод, — не открывая глаз, тявкнул Валерон. — Давно бы согласился, правильно она всё говорит.
— Предлагаю отложить решение вопроса на завтра. Сейчас закончу письмо и…
— Пойдешь делать купель? Я чувствую, она нам необходима, — страдальчески сказал Валерон, зевнул и сел. — Потрясающе неудобный стул. Я все бока на нем отлежал. Напомни, где ты взял это дерьмо?
— Не я, а ты, у кого-то из Черного Солнца.
— Ничего они в мебели не понимали, — проворчал Валерон. — Будем надеяться, что Рувинский в этом смыслит больше и заказал что-то поприличнее. А еще я есть хочу.
Он так жалобно сказал последнюю фразу, что Наташа сразу потащила его на кухню. Я же написал ответ маме, на чем с письмами закончил, распорядился отправить всю корреспонденцию утром, а потом действительно отправился делать купель — в наших условиях это не только возможность помыться, но и восстановиться. Ингредиенты у меня все были, так что я провозился до поздней ночи, но закончил и даже опробовал. Не хватало банного столика, на который можно было бы поставить бокал и тарелку с закусками и положить книгу или газету, но это можно было заменить обычной доской, поскольку в базовую комплектацию купели такое не входило и на работу никак не влияло. Отдых в купели позволил расслабиться и понять, что Наташа, в общем-то, права: ее незакрытые навыки намекают, что мои должны быть не меньше. Что-то можно отнести на то, что она княжеская дочь, и то только для тех, кто не знал, что Куликовы вкладывались только в развитие старшей, и только до момента обнаружения нового роста. Про навык Сокрытие Сути я не только нигде не читал, но и ни разу не находил. Вообще ни об одном внеуровневом навыке из тех, что мне были переданы богом, я не встречал даже упоминания. Упоминались другие маскировочные, достаточно редкие и встречающиеся не во всех княжествах. И подозреваю, что они пробивались максимальным Божественным Взором, в отличие от моего навыка, который был выдан именно для того, чтобы никто и никогда не смог узнать о моих навыках поиска и слияния осколков. Значит, рост своих навыков я смогу продолжить, не забывая их маскировать, и он не приведет к обеспокоенности врагов.
На ночь я использовал кристалл со сродством к Земле, тем самым закрывая последнюю стихию. Утром я не стал сразу же использовать отложенные чуть ли не с начала моего появления в этом мире кристаллы с заклинаниями этой стихии, припомнив, что у меня были заклинания и поинтереснее среди уже просмотренных. Атакующие и защитные у меня были, так что я выбрал для изучения заклинание Заклятие глубины, которое открывало проход через камень толщиной 1 см на уровень заклинания. Конечно, чтобы пройти через метровую стену, такое заклинание на первом уровне нужно было использовать сто раз, и собиралось оно аж из пяти кристаллов, но такой козырь может когда-нибудь и сыграть.
Валерон сразу после завтрака отбыл на шпионаж, поэтому непросмотренные кристаллы я решил не трогать и поднял это заклинание всего до второго уровня. Зато вернулся к ранее просмотренным и отложенным по причине нежелания поднимать уровень. Поскольку там Валероном уже было слито всё найденное, я просто принялся использовать все подряд, сливая отделенный кристаллический запас в ноль.
Искра бодро доползла до восемьдесят третьего уровня, Теневая стрела — семьдесят девятого, Теневой кинжал — шестьдесят четвертого. Теневой плащ и Удушающая тень прибавили по единичке и стали восьмого и десятого уровней. Теневой сгусток дорос до тридцать второго уровня. Парение доросло до одиннадцатого, Огненная плеть — до двадцать пятого, а Водяной шар — до шестьдесят пятого. Ледяная игла и Снег тоже прибавили по единичке и стали двадцать шестого уровня оба.
Вчерашняя поездка тоже дала свои плоды: Ощущение чужого внимания взяло пятнадцатый уровень, а Ядовитый плевок — третий. Если так дело дальше пойдет, достаточно будет плюнуть врагу в бокал, чтобы он умер — и никто не догадается, откуда взялся яд. Или просто плюнуть — тоже вариант. Уровень только подкачать, чтобы плевок оказался летальным — и вперед.
