— В толстой книге, — ответил Митя. — Обложка кожаная, листы толстые, текст от руки написан.

— От руки? — теперь уже удивился и я. — Где ты такую нашел?

— В библиотеке. Там была ещё одна дверь, даже без замка, за ней полка, на которой всего несколько книг стояло. Одна из них называлась «Тайные тропы зоны». Я в нее заглянул. Но тайн никаких не нашел.

— Как это не нашел? — возбудился Валерон. — Ты же попал в закрытую секцию. Раньше, поди, она запиралась на заклинания, но они за эти годы разрядились в ноль, вот тебя и не убило.

— А могло? — чуть помолчав, спросил Митя.

— Спрашиваешь. Конечно, могло. Нет, сначала бы вылезло предупреждение, а поражающий удар получил бы ты потом. Эх, и почему ты раньше не сказал про эти книги? Мы бы их взяли в качестве оплаты с Верховцева.

— Не взяли бы, — возразил я.

— Копию сняли хотя бы, — умерил Валерон аппетиты. — Там же ценнейшая тайная информация была. Петь, ты куда смотрел? Мог бы поиск тайников прокачивать.

Я решил умолчать, что это сделал, потому что тогда Валерон от отчаяния принялся бы рвать на себе шерсть. Он, конечно, был не совсем материальным, но все равно жалко же бедную собачку.

— Это не тайник. Мне заклинание на него не указало бы потому что Митя его нашел запросто. И не просто нашел, а вошел и прочитал содержимое книги.

— Мало прочитал. Это же наверняка тайная княжеская информация, — возбуждённо тявкнул Валерон.

— Если бы была тайная княжеская, замыкалась бы на реликвию.

— Но информация там все равно была тайной, — вздохнул Валерон обиженно. — Да чего уж теперь. Не посмотрели и уже не посмотрим.

— Я помню карту, — сказал Митя. — Там не весь мир, а небольшой кусок, отходящий от этого княжества.

Валерон возбужденно подпрыгнул на месте, перед пауком сразу же появилась бумага и карандаши, и помощник скомандовал:

— Рисуй. А мы будем сравнивать с нашей картой.

Сравнивать оказалось особо нечего, потому что на нашей карте были ориентиры и убежища только вблизи границы и буквально пара штук подальше, причем жались эти штуки к границам соседних областей. А были ли убежища далеко от границ тех княжеств, что не захватывались зоной? Вопрос интересный, потому что карты продавались только по княжествам с разбитыми реликвиями. Я не мог исключить того, что по ним можно было составить максимально полные карты, поскольку не так давно люди там жили, а по остальным княжествам с выходом в зону такого не получилось бы. И того, что из-за нынешних напряжений на границах с зоной в таких княжествах из них в зону предпочитали не выходить, а значит, карты особой популярностью не пользовались.

Только сейчас я сообразил, что мои знания об убежищах закончатся на границе зоны Верховцевых, и по зоне Заварзиных придётся ехать на свой страх и риск. Ее вполне реально пересечь за день, а дальше начинается зона Вороновых, карта которой у меня тоже имелась. Главное рассчитать так, чтобы пересечь за день.

— Петь, я считаю, это знак, — неожиданно тявкнул Валерон, вырывая меня из размышлений.

— Какой знак?

— Что нужно съездить и глянуть. Хотя бы до обозначенного здесь убежища, которого нет на твоей карте.

Он ткнул лапой в Митин рисунок. Очень качественный, кстати, рисунок. От былой неуклюжести, когда Митя с трудом держал в манипуляторах метлу, уже ничего не осталось. Карта походила на напечатанную — аккуратная и точная.

— Я собирался за завтра пересечь зону Заварзиных. Если я куда-то буду заезжать, то придется откладывать на сутки. Опять же, глубже в зону придется заходить. Давление здесь нарастает быстрее, чем в захваченных княжествах.

— Заодно устойчивость к зоне прокачаешь, — безапелляционно тявкнул Валерон.

— А если у меня ее не хватит?

— Давай попробуем? Выдвинемся в ту сторону, если поймешь, что не тянешь — развернешься и приедешь сюда же. Потеряем только один день. Зато проведешь разведку.

Разведчик из меня был так себе, поскольку ряду тварей на мою незаметность уже здесь было наплевать. Либо они были слишком сильными, либо мой навык для них — слишком слабым.

— Сам не хочешь сгонять?

— Меня временами в глубине зоны из бесплотности вышибает, — неохотно признался Валерон. — Чем глубже, тем вероятней. И энергии тратится больше.

— Без страховки не хотелось бы лезть глубоко и мне.

— А я? А Митя?

— Боюсь, для Мити там противники окажутся слишком серьезными.

— Я хорошо уворачиваюсь, — возразил Митя. — Лазерный резак работает хорошо на всех. Не встречал такого материала, чтобы резак не взял.

Как мне показалось, ему было любопытно увидеть зону своими глазами и не хотелось просидеть всё интересное в Валероне. Я его создавал как дополнительное оружие, но он оказался настолько домашним, что про это как-то забылось. Ну не вязалось у меня в голове то, что он любит читать сказки и при этом прекрасно дерется.

— Утром подумаем, — предложил я. — Если там будет что-то похожее на кракелацев, то мы просто не вывезем.

— Кракелац толпами не ходит, он одиночка, — возразил Валерон. — И вообще, ты с ним прекрасно находишь общий язык и без убийства.

— У меня, к сожалению, нынче нет ненужных трупов под рукой, чтобы подкормить бедную животинку.

— Это ты не продумал, — вздохнул Валерон. — И кровь для активации следующей реликвии придется где-то брать. Ты слишком расточителен.

— На следующую активацию наберём куриной.

— Она слабая. Видишь, даже человеческая не дала нужного эффекта, а если возьмешь куриную, рискуешь остаться в толпе монстров, потому что реликвия не активируется. Предлагаю труп следующего бандита сохранить для кракелаца.

— Сытость кракелаца меня беспокоит в последнюю очередь.

Я пил чай и размышлял. И о том, стоит ли проверить, что там на месте форпоста. И о том, будет ли это корректным — ведь место, по факту, принадлежит Верховцеву. Конечно, форпост давно забросили, а если его уже обнаружили артельщики, могли и растащить. Верховцев туда в ближайшее время не выберется, но если выберусь я и что-то найду, делиться с ним ничем не буду.

Утром Валерон с Митей меня уговорили, и я вместо того, чтобы двигаться к Вороновскому княжеству, полез вглубь зоны. Митя устроился на заднем сиденье снегохода, крепко ухватился манипуляторами, и мы рванули к первому убежищу, отмеченному на нарисованной пауком карте, чтобы хотя бы проверить, верна она или нет.

Убежище обнаружилось на своем месте в целости и сохранности, задерживаться мы не стали, поехали ко второму. По дороге нарвались на стаю механизмусов, от которых удалось удрать, поскольку двигались мы быстрее, а следы за собой я заметал. А вот от следующей стаи удрать не удалось, потому что они меня окружили.

Причем немаленького размера были, первоначально вообще показалось, что из снега вынырнули танки. Митя по сравнению с ними выглядел мухой. Одно хорошо: стая была небольшой, на семь очень крупных особей. А ещё против них прекрасно работали Птички, которых примерно в середине битвы стало не две, а три — уровень заклинания вырос.

Но повертеться, уворачиваясь от их манипуляторов, пришлось знатно. Митя действительно сильно помог, пройдясь резаком по гусеницам трех механизмусов и тем самым их обездвижив.

Плевки Валерона работали куда хуже, потому что помощник целился в корпус, пробить который насквозь не мог, а в жизненно важные детали не попадал. А плеваться он мог не слишком часто — плевки выросли в размерах и дальности, но не частоте.

Зато птички порезвились внутри корпусов знатно, лишая механизмусов сначала осмысленности движений, а затем самих движений. Происходило это куда медленнее, чем мне хотелось, и только постоянное маневрирование на снегоходе не позволило попасться под загребущие манипуляторы, часть которых после окончания боя остались валяться на снегу, отрубленные моим топориком. Обугленных отверстий после Искры тоже хватало. А вот Теневая стрела, напротив, давала аккуратные, почти ювелирные разрезы. Как оказалось, у меня выросла не только мощь заклинаний, но и увеличилась частота их использования. Так что, хотя в комбинезоне появилась щель для проветривания, победа осталась за мной: вскоре все механизмусы прекратили свою не-жизнь. Кое-кто еще подергивался, но это были именно судороги, прекратившиеся еще до того, как я подъехал с целью оборвать страдания.